Вихрь. Сказка в современном мире. (СИ) - Страница 15

- Тебе, оанах, придется подождать. - Приложил руку к его груди и постучал пальцами, покачал головой. - Еще не готово. Иди в малую столовую. Накрою там.

- У, - покачал головой Донг-Ху, - долго.

- Иди. - Погнал с кухни крестный.

Весело посмеиваясь, дурачась, молодой мужчина вышел с кухни, после чего степенно, но заложив руки за спину, как ребенок или шкодник игриво сверкая глазами, прошел в сторону малой столовой. Нэнэ любит его, он любит Нэнэ, и эти перебранки с ударами ложкой их любимое занятие, когда повзрослевший кот приходит в гости.

- О! Пьянь проснулась! - раздался веселый голос.

- Яши-Ди, ты никак дома? И нигде не заблудился? - усмехнулся Донг-Ху проходя в столовую, видя азарт в темных глазах с едва заметным синим отливом. Усмехнувшись, стал приближаться к нему, но братец, поняв уловку, начал отходить вбок.

- Это кто еще блудит! Вот ты себя вчера не видел. Вот где блуд и стыд! "Нэнэ, дай я тя расцелу-у-у-ую! Нэ-нэ, я ку-у-у-шать хотю-ю-ю! - подражая пьяному говору, сын крестного ухмылялся язвительно, - ну Нэ-нэ-нэ…ну…ик…я так тя лублу!"

- Да не было такого! - возмутился Донг-Ху улыбаясь.

- А ты докажи! - улыбаясь и держась на расстоянии, выставляя стол в качестве гаранта своей безопасности, брат перемещался ровно на столько же шагов, сколько делал их Донг-Ху. - Приполз пьяным в уматень! - "пьяный" братец ускорился, и "трезвый" братец тоже. - Лыка не вяжет! - вскинул указательный палец вверх, словно утверждал прописные истины. За ним, наращивая скорость, уже начиная бежать, следовал братец им порицаемый. - Тащить до кровати пришлось! Спать не давал всю ночь! То песни, то…у-у-а-а-ай! - закричал Яши-Ди, будучи пойманный быстрым воином. - Нет-нет-нет-нет! - заверещал он, ощущая самую ужасную кару за голословие - щекотки!

- О, да! - смеясь и щекоча бока братишки, Донг-Ху истинно наслаждался его реакцией. - Да-да-да! - повалив его на пол, щекоча и посмеиваясь, слыша дикий хохот брата, и останавливаться не собирался. Удерживая елозившего братца, не давая вырваться, практически оседлав его и терзая бока умелыми щекотками, от азарта язык высунул. Они покатались по полу, смеясь и попискивая от щекоток, яростно сопротивляясь и наслаждаясь моментом. Было весело, как и всегда. Легко, весело, как истинные братья, где нет никакого запрета, этикета воина и не воина, просто как семья. Весело и классно!

- Ну хватит полы натирать! - раздался веселый голос Нэнэ. - Руки мыть и кушать!

Мгновенно Донг-Ху отпустил младшего, даже подхватил его за шкирку и поставил на ноги, после чего быстро полетел в первую попавшуюся сторону, где есть раковина. Яши-Ди держался за бока, весь растрепанный и приходил в себя от скорой расправы за свое нытье.

- Смотри, так и до Богов защекотать может. - Покачал головой родитель.

- Да-к если ж я хоть слова неправды сказал! - возмутился Яши-Ди.

- А ему какая разница, за что тебя щекотать?

- Ну да. Изверг! - громко оповестил столовую братец и пошел в сторону кухни, руки мыть и волосы прибрать - прическа вся всклокоченная, как и одежда.

Через несколько минут семейство расселось по местам, принявшись трапезничать.

- Как поживает тятьянг? - спросил брат.

- А то ты не знаешь? - скривился Донг-Ху.

- Да? - братец усмехнулся. - Я, в отличие от тебя, служу самому вавэхдэ, а никак не тятьянгу. У меня должность не позволяет служить двум господам.

- Хм, - сощурился Донг-Ху, - а я, значит, могу служить двум господам? Через твои уста, так?

- Ой, да было бы что передавать, давно бы кляузу настрочил!

- Но-но-но! - встрепенулся брат.

- Дагжи, - мягко и ласково, но сощурив глазищи, продолжил, - заметь, я сказал "было бы", и также заметь, спрашиваю "ка́к поживает". Чуешь разницу?

Донг-Ху на мгновение задумался, погонял мысль, после чего степенно склонил голову и произнес:

- Простите, достопочтенный младший секретарь совета, не уразумел сразу, что вы великодушно прикроете глаза на мое поведение вчера и то, что тятьянг не лицезрит мое тело сегодня.

- Вот так бы всегда, - хмыкнул братишка и тут же выставил руки барьером, так как братец-воин тут же полез щекотать его.

- Ну хватит вам, дети. - Посмеиваясь Нэнэ покачивал головой.

Когда они покушали, Донг-Ху вышел на балкон и осмотрел простор. Рядом с ним встал брат. Оба несколько минут помолчали. Оба наслаждались пространством, видом с балкона и чистым воздухом. Несколько минут тягучей и безмятежной тишины, вздох и Донг-Ху повернул голову:

- Спрашивай.

- Ну что у тебя спросить, дагжи, - брат покачал головой и усмехнулся. - Вавэхдэ беспокоится о своем брате. Как провели компанию? Был ли ранен? Ты ведь понимаешь, ему подробностей никто не расскажет, а ведь он начинает всерьез волноваться. И ты прекрасно понимаешь, когда волнуется вавэхдэ, житья никому нет. Так что братец, рассказывай, как и что делал тятьянг, куда нос совал, где ранку получил и прочая ласковая и не очень муть, которую я буду вынужден отредактировать в виде письменного отчета. С меня стребуют не сегодня, так завтра.

- Да не было ничего такого. - Пожал плечами Донг-Ху. - Опасного.

- Ну-ну. Если у тебя есть ранение, о которых Нэнэ не знает, значит не настолько легко и мягко было там, в заварушке, благодаря которой ты получил звание воина дагжи. И если пострадал ты, то и тятьянгу досталось. Насколько сильно?

Вздохнув, покосившись на твердый и уверенный взгляд, пожевав губу, сдался.

- Бедро. Задели в бедро. Похромал недельку, покомандовал лежа на носилках, встал и дальше пошел. Не хромая. Все. Больше ничего такого.

- Уверен?

- Яши-Ди, это отредактированная версия. - Покосился на брата Донг-Ху.

- Понятно. - Нахмурился брат. - Значит было "почти сдохли" и "чудом выбрались". Вавэхдэ не обрадуется.

- Яши-Ди, - просительно протянул он его имя.

- А что "Яши-Ди"? Вот что? Как мне такое писать прикажешь в рапорте отчета со слов верного шпиона за состоянием здравия тятьянга? И это при том, что ты получил повышение! Переступить через одну ступень в ранге можно только если жизнь на кон положил и знал - не выбраться, но сумел это сделать! Ты вообще понимаешь, как смотреться будет мой отчет? Что еще было?

Донг-Ху насупился. Несколько минут он напряженно думал. Потом вздохнул тяжело, покачал головой.

- Предали нас. Предателя наказал сам, лично. Никто из воинов не мешал схватке. Ранил его предатель отравленным клинком в бедро. Еле откачали. Тащили на себе по вражеской территории четыре дня, еще три дня по нашей, на корабле. Лекарю посмертно награду. Его убили через неделю, как вышли. Засада была. Не усмотрели, но тут тятьянга не тронул никто. Не успели. Это все.

- Вот, другое дело. За такое могут через звание вознаградить повышением. - Кивнул согласно Яши-Ди. - Точно больше ничего не добавишь?

- Ну ты и наглец! - возмутился брат.

- Ну а что? Я вот тоже хочу премию, - он посмотрел на него и усмехнулся на кулак, что ему показали.

- После твоего отчета, тятьянга точно ко двору призовут.

- И его верные дагжи должны будут тоже присутствовать. - Усмехнулся Яши-Ди. - А ты как думал? Ранили отравленным клинком! Да вавэхдэ всем дагжи и не только, такие плеши на голове сделает, пока таскать за их боевые косы будет, что плакать и молить о снисхождении, как детки малые будут.

- А ты еще подробностями приукрасишь? - сквасился Донг-Ху.

- Конечно. - Важно кивнул головой младший секретарь совета. - Я ведь через какие-то руки получаю сведения, а кто и сколько приукрасил, дабы доблесть свою описать, увы, не знаю. Все, что дошло до моего уха, то и чисто напишу в отчете.

Донг-Ху, отряд тятьянга и кавалерия вавэхдэ, что прибыла забрать его в столицу, дабы представить пред очи монаршие, взошли на быстроходную шхуну. Через пару дней они прибыли к головному острову, где располагался Великий дворцовый город. На этом острове был всего один город и вокруг него деревни, поселения и маленькие хутора. В порту, который отличался от торговых порт-городов, были только доки, военные корабли и суда, принадлежавшие знати и Домам, работали только те, кто прошел проверку, и как было положено, прибывших встречал военный кортеж, состоявший из сотни головорезов личной гвардии вавэхдэ. Шутка-ли, тятьянга ранили! Да еще кто? Предатель! Воистину, если вавэхдэ волнуется, спокойствия нет никому. Не зря они братья.