Вихрь. Сказка в современном мире. (СИ) - Страница 14

Одевшись, вызвав такси, Антон вышел из дома и спустился вниз. Через пару минут подъехала машина и он сел в нее. Водитель был культурен и вежлив, как и все островитяне. А заметив серьгу, еще и закрыл своего зверя коконом, дабы не лез. Антон внимания на это перестал обращать, привыкнув за последние полгода ношения серьги или как ее тут называли конут. Носить ее было не обременительно, а даже волнительно. Это заставляло в предвкушении ожидать, когда поступит предложение сделать отношения еще более глубокими, более серьезными. Когда он впервые одел конут, вернее не снял, когда получил от Донг-Ху, родитель заплясал от радости, сообщая, что этому коту не просто повстречаться и поиграться в постели, а все гораздо серьезнее. По законам островов, самец предлагал свою защиту, знак своего рода, тому, кого видит больше чем просто любовником. Но родитель предупредил сразу, так как про законы ухаживаний знает гораздо больше, что от момента передачи конут и до фактического сватовства может пройти не один год. И просил набраться терпения - островитяне отличаются от материковых котов более медлительным раскачиванием в отношениях, ухаживаниях, подходу к интересующему человеку и конечно же приводу в свою постель, дом и семью.

Антон и не торопился. В большей степени он не думал, что будет супружество. Он просто наслаждался тем, как именно за ним ухаживали, были трепетны и нежны. И сам давал все, что мог. За время знакомства с Донг-Ху он стал мягче, нежнее в отношении к нему, внимательнее. Ухаживал за ним по мере своих сил и понимании что означает сам термин "ухаживать". И конечно же, был все более и более отзывчивым, более страстным, более доверчивым, ждал встречи и мечтал. Увы, он мечтал о том, о чем ранее даже думать не хотел. Но с ним ему бы хотелось создать семью. Еще раз родить. Поверить настолько, чтобы встать за его плечо и доверить ему защищать себя, своих детей. Конечно был страх. А вдруг они друг друга не примут? Его сыновья с характером, даже ведомый Аран и тот умеет быть упрямым настолько, что ничего не способно переубедить его.

Такси подъехало к ресторану, на этот раз не к тому, где они постоянно трапезничали, а к новому. Антон очнулся от дум, после второго обращения водителя, встрепенулся, рассчитался с им и вышел. Внутри его встретил администратор, поинтересовался заказан ли столик. Назвав имя заказчика, был сопровожден до столика. Донг-Ху увидел его и плавно встал с места, заулыбался.

Антону показалось, что он сегодня особенно нарядный, как-то более красив и почему-то казалось, что он волнуется. Хотя нет, только показалось. Вежливо забрав своего гостя из рук приведшего его администратора, альфа галантно подставил стул, а когда Антон присел, погладил по плечу пальцами, заглянул в глаза, получил ласковую улыбку, заулыбался и присел на свое место. Тут же к ним подошел официант и предложил легкое вино для Антона, которое заранее отобрал его кавалер. Как только в бокал было налито белое, ароматное вино, официант оставил пару наедине, сообщив Донг-Ху что подавать будут блюда через десять минут.

Вечер был приятным. Они разговаривали о многом, интересов за столько времени общения у них набралось достаточно, чтобы было, о чем вести беседы. Кушанья, представленные кухней ресторана, бередили аппетит одними ароматами и услаждали вкус. Слух наслаждался звуком голоса любимого…да, именно любимого. Голос любимого бередил еще один аппетит, и он видел это, ему было лестно и радостно знать, как именно он влияет на него, на этого интересного и необычного для островов рождающего. И сам рождающий видел, какими глазами смотрит на него самец, как он обещает ему сладкую ночь.

Они перешли к десерту, который принесли в красивой посуде. Попробовав одно из сладких блюд, Антон закивал головой.

- Очень вкусно.

- Я рад. - Расплылся в улыбке Донг-Ху. - Здесь приятная кухня.

- Да, - ему улыбнулись, беря еще ложечку и отправляя в рот.

- Антон, я, - Донг-Ху протянул руку и этим движением попросил дать свою, и его уважили, вложили пальцы в протянутую ладонь, - я хотел бы…

- Добрый день, … - рядом со столом появился мужчина в костюме, уважительно склоняя голову, договаривая что хотел сказать.

Донг-Ху не слышал ничего, что говорил этот кланявшийся мужчина. Все его существо сосредоточилось на дрожи, что поползла по пальцам замершего Антона. А у того внутри все сжалось, скукожилось. По телу разрастался ком разочарования и шока. Он медленно вытащил руку из его пальцев, не смея пошевелиться, пока незнакомец не отошел от их стола, поняв, что не вовремя подошел.

- Антон, я… - Донг-Ху замер, глядя на побледневшего Антона.

- А меня, когда в известность поставить… - он покачал головой, - простите, я сейчас не могу…извините. - Он встал, и Донг-Ху подскочил с места, - не нужно. - Твердо сказал он, не глядя на ухажера. - Не сейчас. - Поднял руку, останавливая.

Донг-Ху во все глаза смотрел на него, но с места не сдвинулся, подчиняясь отказу, запрету и не имея права - он может не так расценить этот жест, да и показать всем присутствующим ссору не лучший выход. Антон прикрыл глаза на мгновение, беря себя в руки, после чего открыл их и ровным уверенным шагом покинул ресторан.

Семь лет назад

Дагжи Донг-Ху и тятьянг Эуль Доан-га-Кху

Донг-Ху получил звание. Стать воином дагжи было почетно, даже желанно для любого островитянина, а для воина подавно. Дагжи очень ответственное звание, это уже офицер, это уже свои подчиненные, это уже отдельные миссии от общей армии. Конечно, не разис, старший командующий, но и не просто солдат, а командир.

- Смотри, как бы тебе тятьянг хвост не открутил, - рассмеялись парни, которые вместе с ним состояли в одной боевой команде.

- Да ты посмотри на него! Весь лоснится, звание получил! Светится весь, аж слепит! - беззлобно посмеивались парни.

- А чего бы и не поблистать? - хмыкнул Донг-Ху. - И тятьянг мне ничего не сделает, слишком он занят своими делами.

- Дела-а-ами! - протянули парни игриво и один из них повесил руку ему на шею. - И какими же делами, великий брат правителя занят? Давайте, личный страж принца, колитесь!

- Вот есть мне дело, государственные тайны разглашать! - фыркнул Донг-Ху и сощурился, - а ты часом не шпионишь?

- Я-а-а?! - изумился воин, встал по стойке смирно и покачал головой, - дагжи, вот не думал, что вы заразитесь чумой недоверия едва ступив в должность. Не ожидал.

- А ты привыкай к неожиданностям, - шутливо сощурился Донг-Ху, и его друг рассмеялся. - Мы вообще отмечать будем? Или только трепаться языками?

- УРА! - заголосила вся компания, подняв левую руку вверх с зажатым кулаком.

Донг-Ху закатил пирушку. Настоящую, громкую и жаркую. Ребята из отряда весело провели время, после чего расползлись по домам. Увольнительные у них были на три дня, так что хватит времени и шикарно отпраздновать и прийти в себя…

Он проснулся только к обеду. Дома. Заулыбавшись, медленно встал, потянулся и направился в сторону ванной. Приведя себя в порядок, даже ополоснувшись для этого, одел легкие домашние штаны и рубаху, которая носится на выпуск, плавной и размеренной походкой направился на поиски съестного. После хорошей попойки, лично он, когда проспится, страшно голодный. И как бы плотно не покушал во время праздника, утром все равно голоден так, словно не кормили его неделю. Вот что значит метаболизм альфы!

Кухня. Самое любимое место обитания. Кухня…мир Нэнэ, его любимого дяди, заменившего ему родителя. И это место поистине волшебное, особенно когда он готовит, а в животе война. И сейчас, когда он такой голодный…

- Мряу! - выгнув спину, получив удар по мягкому месту, не больно, но неожиданно, Донг-Ху увернулся от второго удара.

- Оанах, - любимый голос старшего из дома, прозвучал добрым тембром, но строгим тоном, - опять воруешь?

- Нэнэ, - расплылся в улыбке Донг-Ху, - с добрым утром! - раскрыв объятия, прильнул к нему, поцеловал в щеку и заглянул в глаза, преданным котенком и обожающим его существом. - Тут так пахнет, так манит, а я такой голодный, - и состроил умилительное лицо голодного и несчастного, что его крестный заулыбался.