Входящая во Мглу - Страница 10

Мара склонила голову набок и, не успела я ответить на вопрос ее мужа, добавила:

– Иногда вам удается сдерживаться, а иногда нет?

Я посмотрела на Бена, потом на Мару.

– Именно так.

Дэнзигер подцепил книгу и принялся быстро листать страницы. Мара продолжала:

– Вы говорили с существом в тумане, вас кто-то толкнул, но трогали вы сами что-нибудь? Распихивали или отталкивали туман?

– Нет.

– Вы проваливаетесь в туман не по своей воле?

– Да.

– И это происходит все чаще с тех пор, как вы очнулись в больнице?

– Поэтому я и обратилась к доктору Скеллехеру. Я думала, со мной что-то не так. Он говорит, все нормально.

Мара откинулась на спинку дивана.

– Все верно. Просто ваш случай большая редкость, о которой вряд ли упоминают в медицинских институтах.

Я зажмурилась и сжала кулаки.

– Что же со мной, черт возьми?

Дэнзигер водил пальцем по страницам, пока его жена меня допрашивала. Теперь он остановился и произнес:

– Мгла.

– Что?

Бен кивнул на мои руки.

– Не стискивайте стакан. О битое стекло недолго порезаться.

Я с преувеличенной осторожностью поставила стакан и зло глянула на Дэнзигера. Я бы закричала, если бы меня не опередили.

– О господи! Ребенок.

Дэнзигер вынул из нагрудного кармана радионяню.

– Нам лучше спуститься вниз, чтобы Брайан мог составить нам компанию.

Качая головой, я потащилась за Марой Дэнзигер и мерцающим силуэтом Альберта. Бен замыкал шествие, пока не свернул на одном из пролетов, мы с Марой пошли по ступеням дальше.

– Вы еще в тупике? – спросила она.

– В отчаянии. Вы так и не ответили на мой вопрос.

– Ах да, конечно. Дело в том, что вы Входящая во Мглу. Вам это пока ничего не говорит.

– Абсолютно.

– Останьтесь на ужин, я попытаюсь объяснить вам, пока буду готовить. Бен обязательно спустится и поможет мне.

Я не была уверена, что поступаю мудро, но последовала за Марой на кухню, где она взялась за ужин. Когда Мара говорила, Альберт скользил у нее за плечом.

– Между нашим и загробным миром есть некое пространство. Бен называет его Мглой.

Зашел Бен Дэнзигер, неся черноволосого малыша, который грыз большую русскую матрешку.

– Готовы к разговору о Мгле? – спросил он.

– Мы уже начали, – ответила Мара.

– Ага! У меня есть наглядное пособие. Если сумею отобрать его у Брайана.

Бен посадил ребенка и выманил у него матрешку.

– Так. Для начала обзорные сведения. Материя, какой мы ее знаем, является лишь состоянием энергии. Физика элементарных частиц и так далее. Просто энергетические состояния и их взаимодействие. Если забыть про красивые термины, многие философские и религиозные постулаты сводятся к одному и тому же: бытие, жизнь и сознание – это в основе своей энергетические состояния.

Он сел на пол рядом с тяжелым дубовым столом и раскрыл матрешку, показывая вторую внутри.

– Дальше, если мы воспринимаем одно состояние энергии, следовательно, может быть и такое, которое мы не воспринимаем, потому что существуем в другом. Кроме «нормального» мира – нашего обычного энергетического состояния, – есть параллельный или «паранормальный», где доминируют другие энергетические состояния, и переходная зона, где миры накладываются друг на друга. Как матрешка – одна в другой. Переходная зона – Мгла, у нее свои обитатели, всевозможные проявления паранормального и нормального. Призраки, вампиры, духи стихий и прочие. Они не принадлежат ни к тому миру, ни к этому. Обладают неким физическим телом, которое слишком материально для паранормальной сферы бытия – или могут его обрести, – но одновременно и способны на более быстрое, легкое преобразование энергии, которая…

Малыш выхватил матрешку, и Бен поднял на меня взгляд.

– Вы хмуритесь. Потеряли нить?

– Да.

Мара вздохнула и заговорила, не отворачиваясь от раковины:

– Это не так сложно, как Бен объясняет. Представьте, что мир – это море энергии, по поверхности которого и скользит большинство людей. Умерев, вы нырнули в море, а когда очнулись, частичка его осталась с вами, меняя ваш взгляд на мир. Вы можете игнорировать это знание, но оно не исчезнет.

– Я «нырнула»? – недоверчиво взглянула я на нее.

– По аналогии, смерть это действительно глубокое погружение. Говоря, что кто-то «уходит», люди сами не понимают, насколько правы. Вы скидываете все тяжелое, замедляющее и проноситесь сквозь барьер к… чему-то новому. Сверхъестественному. Но вначале вам придется пройти через Мглу, и если вы не совсем готовы к иному миру, во Мгле вы задержитесь на какое-то время, потому что именно там миры накладываются друг на друга.

– Чистилище, – подсказала я.

Мара рассмеялась, откидывая с лица кудряшки и оглядываясь через плечо.

– Выдумка католиков. Мгла не имеет отношения к вероисповеданию, страданиям или искуплению грехов. Но там много странностей, вы наверняка заметили, и энергии в изобилии. Не сомневаюсь, вы видите, что дом сияет.

– Гм… да.

– Дом стоит на узле силы – вот почему мы его выбрали, – который является частью энергосистемы, если брать широкую аналогию. Это та же энергия, что течет во всем живом или магическом. Она кажется хаотичной, но у нее есть свои правила. Вам нужно лишь изучить их.

Я села. Мара повернулась ко мне и, прислонившись к кухонному столу, отряхнула руки от муки. Я наблюдала, на миг оцепенев, как мука плывет в воздухе подобно знакомому облаку, и опускается на пол.

– Зачем мне? Сейчас я в порядке. Я здесь, живая, настоящая. Синяки пройдут, и все закончится.

Дэнзигеры покачали головами.

– Смена состояния произошла, – сказал Бен. – Не важно, как вы себя чувствуете теперь. Вы изменились и не можете вернуться к себе прежней.

Ребенок раскидал матрешек по полу, заглушив мой ответ. Бен поднялся и взял Брайана под мышку.

– Ну все, хватит. Мама превратит тебя в жабу, если не угомонишься, будешь жить в саду. Эй… хорошая идея!

Мара замахнулась на него полотенцем.

– Остынь, чудовище, а не то я тебя сделаю зеленым и бородавчатым. Можешь не сомневаться, тогда поцелуев ты от меня не дождешься.

Бен засмеялся и вприпрыжку покинул кухню с извивающимся малышом. Мара нагнулась, подобрала матрешек и поставила их на стол передо мной.

– Не могли бы вы собрать вселенную обратно?

Она вернулась к кухонному столу и занялась раскатыванием теста для печенья. Сказала через плечо:

– Догадываюсь, как вы расстроены.

– Да. Слушайте, я ничего не понимаю. Даже если смирюсь с призраками, как насчет остального?

– Все это связано. Вы видите призраков, потому что способны заходить во Мглу, где они живут. Большая редкость. Многие из нас, кто их видит, могут только стоять у края и вглядываться в смутные очертания, или черпать воду ведрами, или кричать в надежде, что кто-то ответит. Мы очень ограничены и слабы, мы рискуем привлечь ненужное внимание, если вы понимаете, о чем я. Чтобы нырнуть, мы вынуждены оставлять тело и отправлять в путешествие разум. Это тяжело и опасно, немногие способны выдержать больше пары минут.

– Вы имеете в виду медиумов?

Мара засмеялась, добавляя фрукты в пирог.

– Среди прочих. Но вы, понимаете, вы сохраняете силу и безопасность собственного тела, когда заходите туда. Пока что вы не идете дальше. Вы могли бы, если б знали как, пройти насквозь и найти то, что искали. Вам бы не понадобились посредники, вы бы не боялись остаться не услышанной. У вас есть другие проблемы, однако сила, которой вы обладаете во Мгле как реальный человек среди, в основном, энергетических существ, очень велика. Некоторые жители Мглы имеют тела – и часто сильные, – но взамен у них другие слабости.

Мара поставила готовый пирог в духовку и помахала над ним рукой, что-то бормоча. Ее слова стекли голубым ручейком.

Я заметила.

– Что вы делаете?

Мара, похоже, удивилась.

– О! Просто сплела ему легкое антипригарное заклинание. Терпеть не могу, когда пирог пригорает.