Ветер перемен. Танцующая с ветром - Страница 3

Вся в слезах, она, дрожащими руками, набирала номер Мелиссы, гудки, гудки, гудки.

– Алло? – пропел журчащий голос Мелиссы.

– Мел, – хрипло позвала Катя, – Мел, – только и могла она выговорить, дальше комок становился в горле, и боль поднималась в груди.

– Катенька! Что случилось? – встревожилась она. – Ты едешь?

– Нет, не еду. Мне только что звонила Его гражданская жена…

– Кто?

– Ты слышала.

– Как ты узнала, что это она?

– Она сама представилась…, – помолчав, добавила, – я чувствовала, что у Него кто-то появился, просто отказывалась верить, что за два месяца кто-то может появиться, да еще и гражданской женой себя называть, представляешь? – горько усмехнулась она, а в глазах стояли слезы.

– И ты так сразу поверила другой женщине? – удивилась Мелисса.

– Понимаешь, я почувствовала это раньше…

– Да…, – только и сказала она, – приедешь?

– Приеду, хочу поговорить, – устало сказала она.

– А муж где? – виновато спросила Катя, переступая порог и скидывая обувь в роскошном холле.

Мелисса, одетая в какой-то блестящий халат, пожала плечами и сказала:

– Уехал.

Катя вытаращила глаза:

– Куда?

– Да успокойся ты! Детей к маме повез, там и заночуют, – спокойно сказала она.

– А я-то думала… – выдохнула она.

– Что ты думала, Катерина? – спросила она с интересом.

Катя вспыхнула: «Поди уже мысли прочитала, своим рентгеном», – а Мелисса стала говорить, оставив свой вопрос без ответа:

– Никто, ни от чего не застрахован! Так мало времени, и оно так скоротечно, чтобы тратить его на споры ссоры и недоверия, я люблю мужа, очень, ловлю каждый момент жизни, живу и наслаждаюсь жизнью сейчас, всегда, повсюду…

– А когда моешь…

– Даже, когда моешь пол, – не дав договорить, серьезно ответила Мел. – Пол ведь можно мыть в разных местах. Одна моя подружка, очень известный тренер по фитнессу в своих кругах, очень умная и образованная, мы вместе учились в университете, моет пол в одном из своих центров. Но что это за центр!!! – воскликнула она. – Ты бы видела, о нем можно только мечтать, а зарплата там выше, чем у некоторых ответственных работников, а ответственность только за чистый пол. Но некоторые и пол мыть не умеют качественно, мечтают ничего не делать и деньги лопатой грести. Этакие трутни, – с горечью вздохнула она и добавила. – Это не про тебя! Ты умница. Только замотанная, уставшая. Проходи, будем чай пить. Расскажешь, как на учебу по женственности сходила и про другие дела, – намекнула она на недавний разговор.

«Когда живешь так, наверное, и мыслишь по-другому», – думала Катя, с оглядкой на свою жизнь. – Ну, к чему я пришла к своим сорока годам? Ну, почти…, еще пять лет и мне будет сорок. И я совсем-совсем буду старой», – от этой мысли ей захотелось плакать. – «В сорок лет жизнь только начинается», – вспомнились слова из знаменитого кино «Москва слезам не верит»

– Ты меня не слушаешь, – мягко упрекнула Катю Мелисса.

– Ой, прости! Я совсем задумалась, запуталась, как-то все сложно стало, словно клубок размотала и вся в нитках запуталась, шагу ступить не могу. И все какое-то не то, что я хочу, словно я на другой планете оказалась, среди инопланетян, мир изменился, даже моя оболочка изменилась (стала старее), а я все такая же внутри, как и раньше…что-то…, – она не могла подыскать слов, чтобы объяснить и поэтому начала активно жестикулировать и показывать, словно пантомиму.

«Веду себя как комик на эстраде. И никому меня не понять», – горько подумалось ей в тот момент, а на душе тоска и разочарование. И вдруг, в изумлении, она услышала голос Мелиссы:

– Бежала, бежала и не заметила, как пробежала все интересное, яркое, а уже финиш замаячил….

– Да, да, – активно закивала Катя. – Как ты поняла? Как ты узнала?

– И вся растратилась, хочу одно, делаю другое, получается третье…

– Да, да, да! – опять закивала она. – Я говорю, только понять никто не может.

– И теперь уже не знаю, чего хочу, так? Нужны ли отношения вообще, да и вообще есть ли мужчины на этом свете настоящие, преданные, любящие и надежные, еще и зарабатывающие? – продолжала Мелисса.

Катя просто смотрела на нее, округлив глаза, а потом устало сказала:

– Их нет. Я уже поняла.

– Они есть, вопрос в другом, почему ты их не видишь? Более того, что с тобой происходит, что ты их совсем не привлекаешь? А может нужно просто присмотреться? – вопросительно посмотрев на Катю, она улыбнулась, а потом спросила:

– Ты Его любишь?

Катя замялась и немного подумав, ответила:

– Не знаю, но мне хорошо с Ним, правда дети Его не любят, да и зарабатывать Он не зарабатывает, на диване лежит или ходит на какие-то работы не понятные, устала я, одна, а тут еще кредиты…

– Какие кредиты? – удивилась Мелисса.

– Такие, – уклончиво ответила Катя, – как-то Ему деньги нужны были, я взяла кредит, сказал, что все вернет…

– И не вернул, – заключила Мел.

– И не вернул…, – горько заключила Катя, – хотя обещает.

– И не вернет. Не жди. Прости меня, пожалуйста, дай Ему пинка! – рассердилась она. – Такие живут за счет женщин, играют на чувствах. – Потом помолчав, внезапно спросила:

– А дети с кем?

– Как я забыла?!!! – в ужасе Катя схватила телефон. – Давай потом поговорим…

Та покачала головой:

– Я знаю. Что ты очень гордая и помощи можешь не принять, но все-таки может шофера попросить их сюда привезти?

Катя замялась и начала теребить сумку:

– Ты итак много помогаешь, я все-все помню, и у меня ощущение твоей большой должницы.

Она внимательно посмотрела на Катю, развернулась к столу, налила себе воды и, выпив, спросила:

– Сколько мы с тобой знакомы?

Её этот вопрос застал врасплох, и воспоминания потекли рекой, вспомнился тот вечер, когда Катя бежала с работы за сыном, Димка был в подготовительной группе. Она залетела, достала из кабинки одежду сына и, попросив его одеться, побежала в другую группу к заведующей просить отсрочку за платежи и взносы.

– Доченька, сейчас папа приедет за нами, пойдем скорее, – услышала она женский голос за спиной, обернувшись, она увидела молодую женщину и девочку с косичками, которая никак не хотела надевать шапку.

И в этот момент голос заведующей огласил на весь коридор:

– Катерина, когда же Вы оплатите садик?

Катя, вздрогнув, вдруг поняла, что отсрочки не будет:

– А-а-э-э, я все-все заплачу в этом месяце, – вырвалось у неё.

– Да? – удивилась она. – За полгода сразу?

– Да, – уверенно сказала Катя, и на душе сделалось легко и страшно одновременно. – Я работу нашла высокооплачиваемую, – врала она.

«Пол мыть в университете», – усмехнулась горько про себя.

– Так что все нормально. Я это и хотела сказать, – и гордо подняла голову.

– Ну, хорошо. Будем ждать, – недоверчиво проговорила заведующая и зашла в кабинет.

– А большой долг? – услышала Катя и с удивлением обернулась, и чуть не сгорела от стыда, молодая женщина с девочкой стояли и все слышали.

– Да нет, – пробурчала пунцовая Катя.

– Мамочка! – закричал Димка и подбежал к матери. Катя облегченно вздохнула.

– Я здесь мой родной, – присев раскрыла объятья, и Димка тут же прыгнул в них.

– Ой, какой мужчина! – опять услышала Катя, мама с девочкой еще не ушли.

– Как тебя зовут? – спросила она Диму.

– Я – Дима Валуев, а это моя мама – Екатерина Сергеевна!

– О! Молодец! А в какую группу ты ходишь?

– В подготовительную. «Колокольчик» называется.

– А мы в младшую, в «Вишенку», – улыбнулась она. – Приятно было познакомиться, – и пожала ему руку на прощание. – Мы спешим с Олькой. До встречи!

А через несколько дней Катя пришла платить за садик и узнала, что долг погашен, и более того платежи выплачены на два месяца вперед. Заплатила, как выяснилось та самая женщина. И звали ее Мелисса Владимировна, как цветок!