Ветер из Междуморья. Книга 1. Джай (СИ) - Страница 25

- Входи...

Адонаш не ожидал, что князь согласиться его принять, тем более, что, судя по болтовне стражей, был занят.

То, что в углу спальни князя стояла женщина - одна из танцовщиц (какая именно, Адонаш не разглядел: она была в тени), его не удивило. Но вид Божена поверг в ступор: князь облачен в кольчугу, с обнаженным мечом в руках, тяжело дышит, и находится под действием Дара - слышит песню меча, - это видно по глазам. Может какой-нибудь изощренный способ любовных утех?..

Адонаш непонимающе нахмурился.

- Говори, чего ты хочешь... - прохрипел Божен и, сделав над собой усилие, вложил клинок в ножны.

- Я хотел бы поговорить...

- Среди ночи?

- Дело не терпит отлагательств...

- Ради воспоминаний о солнце, что оправляет Дракон в океан своим Хвостом, я выслушаю тебя.

- Я помешал, прости... - Адонаш покосился на женщину.

- Ты можешь помочь...

- Не думаю... Я предпочитаю... уединяться с женщинами... а не...

Божен рассмеялся.

- Я не развлекаюсь с ней, а допрашиваю!

- Что?..

- Они покушались меня убить!

- Танцовщицы?.. - только теперь Адонаш разглядел оковы на хрупких белых руках девушки.

- Одна из них - Мастер Оружия. Я пытаюсь узнать - какая.

Адонаш был так обескуражен, что на мгновение позабыл о цели своего прихода.

- Эта тварь, - она, а может ее подруга, а может и все они, - нанятая убийца! Она бросила дротики в моих охранников, а затем кинжалы в меня.

- Кому это нужно?..

Князь снова рассмеялся, на этот раз громче и неприятнее:

- Ты, настолько наивен, что полагаешь, будто у меня нет врагов?

- Не в том дело... Нанять убийцу - Мастера Силы, согласившегося отправиться в замок к тебе, у которого столько бойцов, сколько нет ни у одного из тарийских Советников?.. Это по меньшей мере... дорого...

- Ты не глуп... Дорого. Но нашлись те, кто смог заплатить... Все эти смарговы бабы сдохнут под пытками!.. И признаются, кто из них убийца, и кто их нанял!

- Возможно, не все они виновны?.. Убивать этих девушек...

- Что? Бесчеловечно? Кровь за кровь, юноша! Это правило жизни! Убьешь ты или убьют тебя!

Девушка не реагировала на его жестокие слова, сулящие ей мучительную смерть. Может, она не понимала языка?

- Она говорит по-нашему? - спросил Адонаш.

- Делает вид, что нет. Но должна говорить. Убийца точно знает тарийский. Посмотрим, на каком языке они будут кричать, когда я стану вырывать им ногти!..

Божен налил вина в два кубка, подал один Адонашу.

- Тебе они понравились?

Он пожал плечами - как они могли не понравиться?

- Если не боишься, можешь взять какую-нибудь, и развлечься с ней, пока раскаленное железо не изувечило ее гладкое лицо...

Адонаш уверился, что девушка не понимает языка - она спокойна, как статуя, а от этих разговоров о пытках, даже у него по спине поползли мурашки.

- Боюсь, это не будет по взаимному согласию...

- Ха!.. Так в этом же и все веселье!.. Предложу Пийклу - тот не откажется... Тем более, что он сегодня это заслужил... Так зачем ты пришел? Узнать, как я коротаю ночи?

- Нет... Это из- за... ведьмы...

Седые брови Божена взлетели вверх.

- Ведьмы?..

- Я видел суд... Я слышал, то, что там говорилось... Неужели ты, князь, веришь в бредни суеверного мужичья?.. Все обвинения против нее - чушь!.. Выдумки одурманенного вуривихой разума. Я раз попробовал эту самую вуривиху и...

- Ты молод и наивен, чтобы не сказать - глуп!.. Тебе предстоит многому научиться, Адонаш...

Князь замолчал, он стоял, задумчиво ухватив себя двумя руками за передние седые косы, а Адонаш внутренне содрогнулся - этот жест напомнил ему наставника... (Жив ли еще старик?..)

- Когда ты появился здесь, - продолжал Божен тихим, печальным голосом, совершенно ему несвойственным, - мое сердце растаяло... Я так давно не видел снежной вершины пика Тигра, так давно не слышал, как поет горный соловей в зарослях цаай. Вчера из окна башни я заметил тебя, входящего во внутренние врата и содрогнулся: словно это моя молодость решила заглянуть в пристанище одинокого горца. А когда ты вошел в зал, мое сердце облилось кровью - ты очень похож на меня... не только обычаем заплетать семь кос.... лицом, голосом, походкой, манерами, тем, что носишь два меча за спиной, как и я когда-то... Хинси спросил, не мой ли ты сын... Ты рассуждаешь, как я в юности... И ты делаешь те же ошибки...

Адонаш молчал. Он не знал, что говорить. Это было странно. Весьма странно и неожиданно...

- Я создал здесь сильное и великое княжество, которым можно гордиться. Я выстраивал новый мир в этих диких землях, применяя опыт и знания, накопленные за долгую жизнь Одаренного. И успел очень многое, в том числе - и насладиться плодами своих трудов. Теперь же мне недолго осталось топтать эту землю - всякая жизнь когда-нибудь заканчивается, даже такая длинная, какой наделили свыше меня ... Создатель сыграл с нами, отмеченными Силой, злую шутку: лишив возможности передавать дело своей жизни отпрыску - плоти от плоти, крови от крови... У меня не рождались Одаренные, чтобы дожить до этого часа, а последний, рожденный от меня неодаренный сын умер еще семьдесят лет назад, проведя всю свою никчемную жизнь под моим крылом. Я не задумывался о наследнике очень долго, а теперь чувствую скорый конец... Если я найду достойного приемника, то Божения когда-нибудь станет настоящей державой. И ее правителю не придется кланяться Огненосцам. Ты подходить для этой роли...

Адонаш стоял в ступоре, а Божен глубоко вздохнул, присел и замолчал, не обращая внимания ни на него, ни на застывшую в углу девушку-танцовщицу, все больше погружаясь в свои собственные мысли, не понятные тому, кого князь считал подходящим кандидатом на роль наследника.

- Да... ты послан мне свыше... - наконец, заговорил Божен, - Позволь в твою пустую голову, где гуляет ветер, вложить несколько мудрых мыслей, позволь научить тебя не только слушать песню меча и проливать кровь, но и править! И ты будешь иметь все! Ты послан мне Создателем, как сын с моей Родины, которая, несмотря на прошедшие годы, до сих пор в моем сердце...

- Князь, я не знаю, почему ты предлагаешь мне все это, совершенно меня не зная, но... я не для этого пришел... - Адонаш заикался.

- Я знаю тебя, поверь. Я был там, где ты сейчас. Я могу сказать, зачем ты пришел, - Божен ухмыльнулся, - ты хочешь, чтобы я отпустил эту безумную Асию, потому что она - лишь сумасшедшая, а никакая ни ведьма. Ты хочешь сказать, что казнь этой женщины - обычное, недостойное меня, убийство. Что все обвинения - бред! Что я проявлю высшей степени благородство, если освобожу ее. Так?

Адонаш кивнул.

- Но ты видишь лишь поверхность озера, а я весь подводный мир! Люди, Адонаш, всегда ропщут. Что бы ты не сделал для них - они будут недовольны. Я уничтожил стольких тварей, досаждавших жителям окрестных деревень, что не счесть, я дал пришедшим сюда людям земли - плодородные, свободные от чудовищ, богатые лесами, в которых изобилует дичь, чистыми родниками, лугами с сочными травами. Я охранял народ Божении от разбойников и создал для них законы... Но этого мало. Особенно теперь, когда чудовищ почти не осталось...

- Но как же гипок?..

Князь очень странно посмотрел на него.

- Как ты сказал? Гипок?

- Слизень...

- Где ты слышал то, другое название?

- В Городе Семи Огней, - соврал Адонаш.

Божен задумчиво кивнул.

- Людям нужны страхи и тот, кто защищает их от этих страхов, - продолжал он. - Только это по-настоящему укрепляет власть, никакие благодеяния, милости, предоставленные возможности или справедливое правление не могут их удовлетворить - лишь защита от ужаса, с которым им не совладать!.. Не я объявляю этих женщин ведьмами. Не я обвиняю их. Я лишь выполняю волю народа. Я как бы говорю им: "Да. Вы правы. Именно она виновна в ваших бедах". Я подтверждаю их правоту, признаю их догадливость, благодарю за бдительность, узакониваю то, что они считают справедливым. Если они не будут обвинять ведьм, то станут винить меня. Ты понимаешь?