Верну тебя: Любой ценой - Страница 13
Артём молчал. Он стоял, бледный как полотно, и смотрел на свои графики, которые вдруг показались ему детскими рисунками. Он был раздавлен. Унижен. И всё это – из-за меня. Марк бил по нему, но целился в меня. Каждый его вопрос был ударом по моему выбору, по моему окружению, по моей новой жизни.
Коллеги вжимали головы в плечи. Никто не смел поднять глаз. Это была публичная порка, и каждый боялся попасть под горячую руку.
– Я так и думал, – Марк с тихим стуком положил ручку на стол. Он откинулся в кресле и сцепил пальцы в замок. Он посмотрел на Артёма с таким холодным презрением, что мне захотелось вскочить и выцарапать ему глаза. – Знаете, в чём ваша проблема, Лазарев? Вы хороший исполнитель. Вы знаете формулы. Но вы не видите картину в целом. Вы смотрите на дерево, но не видите леса. Вы считаете риски, которые вам дали, но не способны предугадать те, о которых умолчали. Профессионализм, Лазарев, это не только умение считать. Это умение предвидеть. Вы, очевидно, не предвидели даже моих вопросов.
Это была последняя капля. Ярость, холодная и острая, как скальпель, вытеснила страх и унижение. Хватит. Я не позволю ему уничтожить хорошего человека и блестящего инженера только для того, чтобы доказать мне, кто здесь хозяин.
– Вы ошибаетесь, Марк Вадимович.
Мой голос прозвучал в мёртвой тишине конференц-зала громко и отчётливо. Все головы, включая голову Марка, повернулись в мою сторону. Я медленно поднялась, чувствуя, как на меня устремлены десятки пар глаз.
– Карина Андреевна? – в его голосе прозвучало наигранное удивление, но в глазах мелькнул хищный огонёк. Он ждал этого. Он провоцировал меня на это.
– Вы ошибаетесь, – повторила я, глядя ему прямо в глаза. Я сделала шаг вперёд, к столу. – Насчёт господина Лазарева. И насчёт проекта. Да, мы использовали данные «Гео-Стандарта». Это было решение предыдущего руководства, продиктованное сомнительной экономией. Но параллельно с этим, по моей личной инициативе, мы заказали георадарное сканирование участка у независимых экспертов из МГУ. Отчёт я получила вчера вечером. Он лежит у меня на столе. Никаких карстовых пустот. Более того, под нашим участком на глубине восьмидесяти метров проходит гранитная плита толщиной в тридцать метров – идеальное основание для любого небоскрёба. Можете ознакомиться.
Я видела, как дёрнулся желвак на его щеке. Он не ожидал этого.
– Что касается аэродинамики, – продолжила я, чувствуя, как ко мне возвращается уверенность. Это была моя территория. Моя стихия. – Стандартные демпферы – это лишь первый уровень защиты. В первоначальной, не урезанной концепции проекта, которую вы так любезно одобрили вчера, предусмотрен второй уровень. Сам шпиль здания, начиная с девяностого этажа, спроектирован как динамический гаситель колебаний. Его конструкция не монолитна. Внутри неё находится система маятников, управляемая компьютером, которая в реальном времени будет противодействовать любым вибрациям, включая резонансные. Технология новая, экспериментальная, но она уже успешно испытана на небоскрёбе Тайбэй 101. Артём не упомянул о ней, потому что детальные расчёты по ней мы должны были начать только на следующей неделе. Он докладывал лишь о том, что уже сделано. Он – инженер. Он оперирует фактами, а не предположениями. Это и есть профессионализм.
Я замолчала. В зале стояла такая тишина, что было слышно, как гудят серверы в углу. Я бросила ему вызов. Перед всей командой. Перед его топ-менеджерами. Я не просто защитила Артёма. Я показала, что знаю проект лучше, чем он думает. Что я на шаг впереди.
Марк смотрел на меня. Долго. Не моргая. Его лицо было непроницаемым, как маска из полированной стали. Я выдержала его взгляд, хотя сердце колотилось так, что, казалось, его стук слышен всем в этом зале.
Наконец, он медленно кивнул. И на его губах появилась тень улыбки. Но это была не та хищная усмешка, которую я так ненавидела. В ней было что-то другое. Уважение? Удивление?
– Что ж, – произнёс он, наконец, нарушая тишину. – Вот это уже похоже на разговор. Именно этого я и ждал. Не слепого исполнения, а инициативы. Браво, Карина Андреевна. Вы защитили свой проект. И своего инженера. Совещание окончено. Все свободны. Богатырёва, вас я попрошу остаться.
Последняя фраза прозвучала как удар хлыста. Команда, не веря своему счастью, начала быстро и бесшумно собираться, стараясь не смотреть ни на меня, ни на Марка. Артём подошёл ко мне, пока остальные выходили.
– Спасибо, – прошептал он. Его лицо всё ещё было бледным, но в глазах светилась благодарность. – Ты меня спасла.
– Ты бы и сам справился, – так же тихо ответила я, ободряюще коснувшись его руки. – Просто он…
– Я понимаю. Будь осторожна с ним, Рина.
Он вышел последним. Дверь закрылась, и мы остались одни в этом огромном стеклянном зале, парящем над городом. Вдвоём. Как тогда, в его кабинете. Только теперь поле боя было другим. И я только что выиграла первую битву.
Или мне только так казалось.
– Дерзко, – сказал он, поднимаясь со своего места. Он не спеша обошёл стол и остановился передо мной. Слишком близко. – Очень дерзко, Богатырёва. Я почти поверил в твой праведный гнев.
– Это не было игрой, – отрезала я, заставляя себя не отступать. – Вы унижали моего сотрудника и ставили под сомнение мою работу. Я была обязана отреагировать.
– «Вы»? – он усмехнулся, склонив голову набок. Его глаза потемнели, в них заплясали опасные искры. – Ещё вчера в театре ты называла меня на «ты». Что изменилось? Решила снова возвести стену? Не трудись, Рина. Я перелезу через любую твою стену. Или просто снесу её к чёрту.
Он сделал ещё один шаг. Теперь нас разделяли жалкие сантиметры. Я чувствовала жар, исходящий от его тела, и этот проклятый запах сандала, который сводил меня с ума. Мои ладони вспотели.
– Не подходите ко мне, – прошипела я.
– Почему? Боишься? – его голос стал ниже, интимнее. Он протянул руку и коснулся пряди волос, выбившейся из моей причёски. Его пальцы были горячими. Они скользнули по моей щеке, посылая разряды тока по всему телу. – Боишься, что твоё тело снова тебя предаст? Как вчера, когда я коснулся твоей спины? Ты ведь вздрогнула. Я почувствовал. А как ты оттолкнула своего инженера? Я видел. Твоё тело помнит, кто его хозяин, даже если голова упрямится.
Я резко отшатнулась, сбрасывая его руку.
– Не смей меня трогать! Я здесь, чтобы работать, а не для того, чтобы вы упивались своей властью и играли в свои садистские игры!
– А кто сказал, что одно мешает другому? – он снова сократил дистанцию, но на этот раз не коснулся меня. Он просто стоял, нависая, лишая меня воздуха. – Ты думала, я позволю кому-то другому крутиться возле тебя? Каждому, кто посмотрит на тебя, заплатит за это. Твой инженер легко отделался. Он просто потерял лицо. Другим повезёт меньше.
– Ты чудовище.
– Я твой муж, – отрезал он.
– Бывший! – напомнила я.
– Бывших не бывает, Рина. Запомни это.
– Это всего лишь твои закидоны, Богатырёв. Ты бесишься, что мне плевать на тебя. Ну так задохнись от ревности, мне правда плевать на тебя! МНЕ. ВСЁ. РАВНО… – договорить не дал. Заткнул. Просто взял и поцеловал меня.
Жёстко, властно, не оставляя ни единого шанса на сопротивление. Это не был нежный поцелуй. Это был шторм. Ураган. Утверждение прав. Его рука легла мне на затылок, пальцы впились в волосы, не давая отстраниться, а вторая обхватила талию, прижимая меня к его твёрдому, как камень, телу. Я замерла на секунду от шока, а потом укусила его. Он взрыкнул, но не отстранился и я… Я принялась кусать его, царапала ногтями его плечи сквозь дорогую ткань пиджака, пытаясь причинить ему хоть толику той боли, что он причинял мне. Но он лишь рычал в ответ, прижимая меня ещё сильнее, сминая, покоряя, заставляя моё тело плавиться и отвечать на его дикий напор. Мои руки, которые упирались ему в грудь, вдруг ослабли и сами собой легли ему на плечи, пальцы вцепились в него, словно я боялась упасть. Он чуть отстранился, чтобы прохрипеть мне в губы: