Ведьма-недоучка (СИ) - Страница 7
– Аунэрро миенсо мистейра, пан Вэста! – мелодично пропела мама в ответ, что на древнем волшебном языке означало: «Не беспокойтесь, с нами все будет в порядке». Старичок – Вахтер, или, как правильно и уважительно нужно было называть его – Хранитель Выхода – незаметно метнул в маму пару слабеньких энергетических зарядов для опознания. Проверив, что мама – это действительно мама – волшебница, имеющая карточку честной плательщицы налогов – старичок вежливо кивнул и посторонился. Люсика не проверяли. С детей налоги не изымались, и Люсик без всяких документов могла передвигаться между мирами. Разумеется, в сопровождении взрослых или по их вызову…
Да, да, не удивляйтесь, дети членов Волшебного общества узнают о мире волшебства с рождения. Еще до получения от Волшебного Правительства приглашения на обучение, они уже несколько раз могут побывать в Волшебгороде. Такое вот у них есть преимущество перед обычными людьми. Но дальше уже – все равны. В случае, если эти дети откажутся учиться или поведут себя так, что будут разжалованы, они навсегда забудут о Волшебном Мире. Бедные родители таких детей! Им приходится таиться от собственных чад, не колдовать в квартире, и всячески скрывать свои истинные привычки…
– Эй, куда? – Вахтер тем временем уже накинулся на кого-то следующего. – Ремонт! Зашибет! Фу! Нельзя! Таблички, что ли, читать не умеете?! Для кого пишем?! Для кого стараемся?!
Люсик с мамой уже неслись по прохладному коридору метро, а голос вахтера все еще не оставлял их, доносясь с поверхности.
– Тьфу! – недовольно отвечал ворчливый старушечий голос Хранителю Выхода, – Понапридумывают вечно каких-то ремонтов, обходи теперь! То в одном месте ремонт, то в другом! Мне надоело! Я буду жаловаться!
– Не кряхтите, завтра уже все доделаем и откроем лестницу. А сегодня – идите на другой вход!
– Завтра?! Да что ж вы до завтра успеете-то?! Нет уж, начали – делайте хорошо и качественно! А то я буду жаловаться…
Люсик, не сдержавшись, рассмеялась. Любительница жалоб сама не знала, о чем говорила. Хранители Выходов – сплошь сильные волшебники и иногда даже вовсе не люди – всегда все делали качественно. В этом и заключалась их жизненная миссия.
На каждый большой город приходилось пять-шесть официальных выходов из реального мира. Ежесуточно их нужно было перемещать и маскировать под нечто, привычное реальному миру и непосещаемое обычными людьми. Город, в котором жила Люсик, был довольно старым, потому Хранители выбрали тактику ремонтов. И для города полезно, и для людей привычно, и для Вахтеров удобно:
За каждым Хранителем был закреплен какой-то район. Каждый день Хранитель выбирал в нем самое несчастное, нуждающееся в ремонте место, открывал в нем Выход из Реальности, а также создавал бригаду биороботов, которые принимались за ремонтные работы. Они перегораживали простым людям проход в запретную зону и… действительно реставрировали указанное место. Качественно, красиво и всего за одни сутки.
Сейчас Люсик знала, что эта тактика Вахтеров постоянно подвергалась нападкам других волшебников. Многие считали такой способ Охраны Выхода небезопасным и слишком затратным.
– Столько энергии на какие-то реставрации, зачем?! – возмущались многие. – И потом, люди наверняка заподозрят неладное. То тут, то там, вспыхивают ремонтные работы и… надо же… не затягиваются на месяцы и годы, а быстро оканчиваются. И при этом ремонт выходит не абы какой, а качественный! Да где это видано? «Волшебство, да и только!» – подумает любой обычный человек и сразу нас рассекретит. Нет, этот метод нужно запретить!
К счастью, к таким возмущающимся почти никто не прислушивался. Хранители Выходов многих городов, тоже подумывали над тем, чтобы перейти на подобную тактику. Ведь общепринятые методы – создать, например, иллюзию стены на подходе к Выходу, или выставить милицейский пост из биороботов, чтобы никого не пускать – тоже были опасны и отнимали много энергии. Согласитесь: вырастающая вдруг из ниоткуда стена, которая через сутки исчезнет, вызывает намного большие подозрения, чем ремонтные работы…
– Мам, а зачем вообще нужны Выходы? – Люсик на изображении вдруг испугалась, что не понимает таких важных вещей. – Ты ведь – волшебница, значит, можешь сама открыть себе проход…
– Могу. Но только себе – без тебя. И потом буду весь день валиться от усталости и не смогу сделать ничего полезного на работе. Это все равно, как спросить, почему люди покупают хлеб в магазинах, а не пекут его сами каждый раз, ведь каждый может вырастить пшеницу, собрать и помолоть зерно, сделать тесто из муки…
– Каждый! – обрадовалась Люсик и представила себе жизнь в таком мире. – Только тогда люди будут ходить раздетые, и жить прямо на улицах. Ведь на постройку домов и шитье одежды не останется ни сил, ни времени!
– Так и у нас, – продолжила объяснение мама. – Мы ведь – организованное волшебное общество, а не первобытные колдуны и колдуньи, потому стараемся улучшать условия своей жизни и работы. Никогда не задумывалась, зачем мы с папой ежемесячно платим энергетические налоги в казну Правительства? Верно. Чтобы было из чего выделять Хранителям энергию для поддержания Выходов из Реальности в устойчивом состоянии. Все члены Волшебного общества, если не могут себе позволить или не хотят тратить энергию на перелет по собственному проходу, могут добираться в Волшебный Мир пешком, то есть через общественный проход. Это, конечно, медленнее, чем самостоятельный перелет, и не так удобно, но зато, без таких общественных Выходов ты, например, не могла бы покинуть реальный мир…
Люсик хитро сощурилась. Ох уж эта мама! Только о чем-то заговорит, и сразу пытается использовать тему в своих целях!!!
– Ты ведь еще маленькая и неученая. И не умеешь ни летать, ни открывать проходы, ни… – мама на миг задумалась и поняла, что, взявшись перечислить все, что не умеет Люсик, она рискует провести за этим занятием всю жизнь. – В общем, всему этому ты сможешь научиться на заочном отделении Академии…
– И не только! – снова обиженно насупилась Люсик, вспомнив обо всех своих горестях.
Мама молча взяла дочь за руку и повела дальше по темному туннелю. Ветер Перемен – или, Ветер Перемены Миров, как правильно, – уже заметно менял окружающую реальность. От маминой руки – теплой, нежной, в Люсика переливалось что-то очень хорошее. Например, уверенность, что все еще можно изменить…
– Мам, а если я не пройду собеседование, меня ведь не примут, да? – не сдержавшись, раскрыла свою новоиспеченную идею Люсик. – Что тогда будет, мам?
К счастью, мама не расслышала последнюю фразу. Ветер Перемен уже превратился в настоящий ураган, и с неистовым воем носился по коридору. Идти становилось все тяжелее…
Давно уже остались в прошлом те времена, когда маленькая Люсик боялась переходов. Сейчас она прекрасно знала, что ураган ничуть не опасен, а угрожающий рев его – неизбежное физическое явление, возникающее на гранях миров… Когда ветер сделался совсем нестерпимым, а лицо сковало такое ощущение, будто в щеки впилась тысяча иголочек, Люсик не выдержала и закрыла глаза…
– Все позади, – легонько потрепала ее по плечу мама спустя минуту. – Мы в Волшебгороде. Можешь открывать глаза.
Ух, и солнечный же выдался день в Волшебном Мире!!! Люсик с мамой стояли возле выхода из пещеры. Рядом с ними проплывали невесомые розоватые облака.
– Розоватые – значит, вот-вот начнется легкий дождик., – напомнила мама. – Это перед ливнем облака краснеют от натуги, а розовеют только перед небольшими освежающими дождятами… Можем дождаться радуги и спустится в город по ней, – предложила мама. Люсик радостно закивала. Словно с огромной надувной горки в море, она уже несколько раз скатывалась в центральный фонтан Волшебгорода по радуге. Ощущения были незабываемыми…
Люсик с наслаждением огляделась. Эту местность она знала достаточно хорошо. Выходов из реального мира было множество, а Входов в волшебный мир – много меньше. Потому всякий раз родители выводили Люсика из коридора перехода именно в этом месте. Далеко внизу переливался всевозможными красками и звуками развеселый Волшебгород. Пестрели причудливые шпили средневековых башен. Приветливо подставляли солнечным лучам огромные свои шляпы неуклюжие живые дома – громадные интеллектуальные грибы, с удовольствием пускающие кого-нибудь жить внутрь себя и именующие себя «мотелями». Холодно поблескивали зеркальные стекла современных небоскребов… Каждый институт отстраивал себе здание, которое больше нравилось сотрудникам, потому архитектура Волшебгорода выходила, мягко говоря, разноплановой.