В литературной разведке - Страница 11
На короткое время переписка Владимира Галактионовича с Верушкиным обрывается. Короленко судят за публикацию «Посмертных записок старца Федора Кузьмича» Л. Н. Толстого, и хотя суд оправдывает редактора, все эти дрязги сказываются на здоровье Короленко. Нужно было поистине обладать характером борца, иметь крепкие нервы, чтобы в схватке с царским правосудием выйти победителем.
В июньском письме Короленко сообщает уральскому учителю, что он
«довольно серьезно хворал. Теперь почти совсем здоров, но… велосипед мне запретили, и вообще вышел не без урона».
Это было последнее письмо, адресованное Макару Егоровичу. На этом прекратилась их переписка. Владимира Галактионовича закружили, как вихрь, юбилейные торжества, широко отмеченные печатью и общественностью России, очередные хлопоты писателя по судебному процессу Бейлиса, а самая главная причина — резко ухудшившееся здоровье.
60-летие В. Г. Короленко прошло как большой праздник русской культуры. Писатель получил свыше 400 телеграмм, множество писем от учреждений и частных лиц, от друзей и знакомых. Среди них было поздравление и от уральского учителя Макара Егоровича. Он писал, что семья его желает писателю еще много лет так же славно работать «на славу родной литературы и на благо народа и так же высоко держать знамя руководимого им журнала».
«Мы, жители далекой и глухой провинции, в тяжелые минуты нашей жизни, открывая страницы Ваших прекрасных и задушевных произведений, отдыхали на них и черпали из них новую силу и бодрость для своей работы».
Объективную и точную оценку Короленко дала в эти юбилейные дни «Правда».
«Короленко счастливо сочетал в себе дар недюжинного художника с талантом, темпераментом публициста и общественного деятеля. Свое бодрое настроение, свою большую веру в лучшее будущее Короленко от юношеских лет пронес через мрачную эпоху 80-х годов, эпоху всеобщего уныния и безверия, и через мертвую полосу реакции и в свои 60 лет является все тем же неутомимым протестантом, которому могут позавидовать многие юноши нашего времени. Он никогда не теряет из виду «огоньков», светящих вдали во мраке ночи».
Начало литературной деятельности Николая Георгиевича Гарина-Михайловского связано с Уралом, где он работал инженером на постройке дороги Уфа — Златоуст. Об этом напоминает благодарным потомкам мемориальная доска, установленная на здании Челябинского железнодорожного вокзала в год 120-летия со дня рождения писателя.
Я перечитал все написанное Гариным-Михайловским, связанное с Уралом и Сибирью. Хотелось глубже познать этого одаренного русского человека, умевшего прекрасно рассказывать о своей трудной, неудивительной работе путейца, о пережитом и виденном.
Сначала Н. Гарин-Михайловский вместе с семьей обосновался в Уфе, потом жил в Усть-Катаве, затем в Челябинске. В этот период он пишет самый ранний очерк «Вариант». Со страниц его перед нами встает образ путейца-строителя Кольцова — человека, страстно любящего свое дело, связывающего постройку дороги с будущим расцветом и могуществом России. Он сравнивает свою деятельность и труд своих товарищей с легендарным подвигом Ермака.
«Проведением дороги мы эти необъятные края сделаем реальным достоянием русской земли. Это будет второе завоевание этого края», — заявляет герой.
Первым же он считает завоевание Ермаком Сибири.
Инженер Кольцов страстно обличает рутину и косность, борется за новое и передовое в строительстве. Он разрабатывает и отстаивает свой вариант постройки одного участка пути, дающий большую экономию государственных средств и выигрыш во времени. Он мужественно борется за свой вариант, не останавливаясь ни перед чем, вплоть до ухода со службы, и с большими трудностями добивается своего. Инженер Кольцов счастлив от сознания того, что он честно выполнил свой. долг.
Очерк «Вариант» лучше всего раскрывает перед нами подлинные идеалы и стремления, какими жил инженер и писатель Гарин.
Жена писателя Н. В. Михайловская в своих воспоминаниях указывает, что в основу произведения положен действительный факт биографии самого Гарина: при изысканиях Самаро-Златоустовской железной дороги он разработал вариант, предусматривающий прокладку тоннеля на труднопроходимом участке. Этот вариант намного сократил ранее намеченную изыскателями трассу и давал огромную экономию государственных средств.
Начальник работ, однофамилец писателя, К. Я. Михайловский к идее Николая Георгиевича отнесся враждебно. Причина проста: подрядчиков, строивших Уфа-Златоустовскую дорогу, вариант, предложенный Гариным, лишал больших барышей. Гарину пришлось выдержать борьбу с начальником работ К. Я. Михайловским, а также заправилами и дельцами из Главного управления строительства. Борьба была трудной. Только благодаря настойчивости Николая Георгиевича, он вышел победителем.
«Про меня говорят, — сообщал Гарин в одном из своих уфимских писем к жене, — что я чудеса делаю, и смотрят на меня большущими глазами, а мне смешно. Так мало надо, чтобы все это делать. Побольше добросовестности, энергии, предприимчивости, — и эти с виду страшные горы расступятся и обнаружат свои тайные, никому не видимые, ни на каких картах не обозначенные ходы и проходы, пользуясь которыми можно удешевлять и сокращать значительно линию».
История этой борьбы и легла в основу очерка «Вариант». Писателю не удалось закончить свое произведение, в котором ярко проявились сильные стороны творчества Гарина. Очерк чем-то не понравился автору, и Николай Георгиевич разорвал рукопись. Жена, склеив разорванные листы, сохранила их и уже после смерти Гарина передала в редакцию журнала «Русское богатство», где он и был напечатан в 1910 году.
Историю очерка «Вариант» помогают полнее воссоздать сохранившиеся в Челябинском государственном архиве бумаги, рассказывающие о постройке Уфа-Златоустовской железной дороги, о работе и жизни инженера, значащегося в списках, как Михайловский второй, в отличие от Михайловского — начальника строительства, которому по службе подчинялся Гарин. Эти документы дополняют картины, описанные в «Варианте», интересными подробностями, раскрывающими перед нами душу русского инженера Николая Михайловского.
В 1890 году строительство Уфа-Златоустовской железной дороги закончилось. В Златоуст прибыл первый поезд из Уфы и в старом уральском городе состоялись торжества. С пламенной речью выступил Н. Михайловский. Он говорил о значении дороги, о том, что строители провели труднейшие изыскания, выполнили большие объемы земляных, скальных, взрывных и других работ, что их труд заслуживает всенародного признания и похвалы. Н. Михайловский с уверенностью заявил, что строители будут работать так же и дальше, прокладывая железнодорожный путь на Челябинск и в Сибирь.
Это была речь не только вдохновенного инженера-строителя, но и патриота, видевшего, какие экономические преобразования принесла дорога в эти богатейшие районы страны, до сих пор остававшиеся оторванными от центральной России.
Осенью 1892 года первый поезд пришел в Челябинск, связав его с Самарой. За шесть лет строителями было возведено свыше тысячи километров железнодорожного пути. Это был подвиг народа, привлекший внимание передовых художников и писателей того времени. В Челябинск приехал Д. Мордовцев — автор многих тогда популярных исторических романов, и особенно нашумевшего романа «Знамения времени». Писатель встретился с Н. Михайловским, ознакомился со строительством и его людьми. Свои впечатления он передал в книге очерков «Из летних скитаний».