В когтях неведомого века - Страница 33

итанного на народных сказках и советских мультфильмах, будь он горожанином хоть в седьмом поколении, ощущения неминуемой опасности как-то не возникало. На оптимистический лад настраивало то обстоятельство, что зверь, вопреки всякой логике, оказался говорящим, то ли его заметный даже неопытным взглядом и в полутьме преклонный возраст…

— Чем я тебя буду есть, скажи на милость, мил человек? — прошамкал волк и оскалился, демонстрируя при скудном лунном освещении явный недостаток своего основного инструмента, дававший повод к числу необходимых пожилому хищнику медиков причислить и стоматолога. — Три зуба всего и осталось-то… Не-е-ет, я теперь, понимаешь, вегетарианцем заделался, почище иного зайца… Правда, морковка и капуста свежие мне тоже не по зубам… — немного подумав, добавил он. — Спасибо, добрые люди выручают, подкармливают вареным да протертым, а то бы совсем кранты… У тебя, случаем, ничего такого не завалялось? Хотя откуда…

Георгий сокрушенно развел руками, будто извиняясь за то, что не прихватил с собой какой-нибудь пареной репки или отварной брюссельской капусты. Волк понимающе покивал и вдруг, свирепо лязгнув почти беззубой пастью где-то у себя за плечом, принялся остервенело, совсем по-собачьи, чесаться задней лапой, постанывая при этом от удовольствия.

— Совсем заели, проклятые, — доверительно пожаловался он человеку, подразумевая, видно, вездесущих блох, пиетета перед дряхлым волком, пусть и говорящим, совсем не испытывающих. — Грызут и грызут… Грызут и грызут… О чем бишь я?..

— Вероятно, о блохах… — осторожно ответил Арталетов.

— Да нет, раньше, — досадливо мотнул лобастой башкой волк, ко всем бедам обремененный еще и склерозом. — До блох еще.

— О зубах говорили, о морковке, — пожал плечами, охнув при этом от боли, Георгий. — О дровосеках…

— Во-во! — обрадовался волк. — О них, проклятущих! У меня с ними, понимаешь, старые счеты…

Он привстал на задние лапы и продемонстрировал при скупом освещении зарождающегося утра косой уродливый шрам поперек живота.

— Их работа!..

В голове Георгия провернулось что-то, и всплыли детские воспоминания о Красной Шапочке, ее бедной бабушке…

«А почему у тебя такие большие уши? — ввинтился в уши ржавым штопором противный голос тети Вероники, старшей двоюродной сестрицы его матери, пичкающей зареванного пятилетнего Гошу мерзкой комковатой манной кашей собственного приготовления. — Да чтобы лучше тебя слышать, внученька…»

— Это из-за Красной Шапочки и ее бабушки? — еще более осторожно поинтересовался он. — Которых вы проглотили?..

— Какой там проглотил! — Волк даже плюнул в сторону, совсем по-человечески. — Зашел, понимаешь, к старушке за миской овощной похлебки, да поболтать остался, а тут, как назло, эти архаровцы… Едва ушел тогда, а брюхо полгода потом зализывал, думал, не поднимусь уже…

Волк жалобно всхлипнул, и Георгий почувствовал к нему искреннюю жалость.

— Дружили мы с Шапочкиной бабушкой, — продолжал волк. — Я зайцев гонял от ее огорода, она мне то морковкиОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com