Уравнение с НЛО - Страница 43
Отдав должное профессионализму дознавателя ВВС, комиссия отвергла выводы Фурне, не сделав попытки дать свое толкование приведенным случаям. И тут между членами комиссии возникли небольшие расхождения. Доктор Гудсмит и кто-то еще, в протоколе не названный, высказали мнение, что «артефакты неземного происхождения» (читай – зонды или корабли из космоса), если они существуют, не должны вызывать тревоги. С этим не согласился председатель. Подобные артефакты, возразил доктор Робертсон, явились бы поводом для серьезной озабоченности не только США, но всего мира.
Доктор Пейдж попытался сгладить разногласия: астрономы полагают, что разумная жизнь на планетах Солнечной системы маловероятна, к тому же проявление интереса лишь к одному из континентов, Американскому, ему представляется нелепостью. Доктор Пейдж мог и не знать, но к тому времени НЛО проявили интерес ко всем континентам, не исключая Антарктиды.
Познакомилась комиссия и с радарно-визуальным наблюдением 1 августа 1952 года в окрестностях авиабазы Райт-Паттерсон, когда несколько истребителей безуспешно пытались перехватить круглый объект с металлическим блеском. «Синяя книга», несмотря на все старания, так и не нашла разгадки. Не внесла ясности и комиссия. Протокол отмечает: «После разбора и обсуждения этих случаев и пятнадцати других, рассмотренных не столь детально, комиссия заключила, что для большинства наблюдений могут быть найдены разумные объяснения с помощью дедукции и научного метода (при условии дополнительных данных) и что подобным образом могут быть объяснены и остальные случаи.»
Во второй половине третьего дня подводились итоги. Председатель предложил членам комиссии высказаться по ряду вопросов. В отчете эти вопросы сведены в тематические разделы – «Об отсутствии угрозы», «О потенциальной опасности», «О системе донесений», «О радарных помехах», «О воспитательной программе» и пр. «По мнению комиссии, широкомасштабная программа, объединяющая усилия всех заинтересованных ведомств, должна преследовать две цели: обучение и развенчание.
Цель обучения – выработать навыки опознания непривычно освещенных объектов (зондов, самолетов), а также природных явлений (метеоров, болидов, миражей, светящихся ночных облаков)… Обучение, несомненно, приведет к сокращению донесений в результате ошибочного опознания, вносящего столько путаницы.
Развенчание должно уменьшить интерес публики к летающим тарелкам, сегодня вызывающим сильную психологическую реакцию…
Основой такого воспитания могли бы послужить истории, вначале загадочные, а позже объясненные. Фокусы во многом теряют свою привлекательность, как только секрет их становится известным. Воспитательная программа должна рассеять легковерие публики и, следовательно, ее подверженность искусной вражеской пропаганде.»
Впрочем, комиссия с некоторым удивлением отметила „отсутствие в этой связи русской пропаганды при столь очевидных благоприятных возможностях“.
Далее перечислялись имена специалистов, ученых-психологов, знатоков рекламного бизнеса, к которым следует обратиться за помощью. Очевидно, тут кому-то из членов комиссии пришла в голову гениальная мысль – мультфильмы! Популярных персонажей мультяшек сделать свидетелями невероятных небесных видений, сначала таинственных, а позже получающих прозаическое объяснение. Раз американцы отказываются верить на слово ученым, пусть Микки Маус и Дональд Дак вразумят их, что нет никаких летающих тарелок. А чтобы фильмы получились занимательными, следует обратиться в компанию «Уолт Дисней, инкорпорейтед»…
Это, кажется, единственная здравая и жизнеспособная идея из всего наследия комиссии. Сомнительную ценность ее научных выводов последующие пятнадцать лет надежно охранял гриф «Секретно». Когда же Колорадский университет по заданию ВВС приступит к новому расследованию дела, глава комиссии доктор Кондон в частном разговоре даст уничижительный отзыв «Отчету Робертсона», назовет его бессмысленным, лишенным каких бы то ни было научных оснований.
И только запущенные по предложению команды Робертсона забавные киноленты с героями мультфильмов, переживающими невероятные приключения при встрече с добрыми и злыми гуманоидами, по сей день с интересом смотрят дети и взрослые. А в свободное от работы время, может статься, их смотрят и операторы неуловимых НЛО.
Еще один добрый совет дала комиссия разведуправлению: зорко следить за уфологическими организациями «ввиду их потенциального влияния на общественное мнение в случае широкомасштабных наблюдений». Но об этом ученые мужи могли и промолчать. Надзор за такими группами был установлен своевременный и бдительный.
Само заключение уместилось на двух страницах, и написал его доктор Робертсон:
«Комиссия считает, что рассмотренные донесения о неопознанных летающих объектах не содержат указания на то, что эти явления представляют непосредственную физическую угрозу национальной безопасности. Мы глубоко убеждены, что и прочие подобные случаи невозможно отождествить с артефактами иностранного происхождения, способными на враждебные действия, и что явления эти не вызывают необходимости пересмотра современных научных воззрений… Комиссия далее заключила, что постоянно повторяющиеся сообщения об этих явлениях действительно могут создать в наше тревожное время угрозу для упорядоченной деятельности охранительных политических органов… Ведомства национальной безопасности незамедлительно должны принять надлежащие меры к тому, чтобы лишить неопознанные летающие объекты того особого статуса, который им придан, и того ореола таинственности, который они, к сожалению, обрели.»
Именно это и желало услышать Центральное разведывательное управление: прямой угрозы нет, а с донесениями пора кончать. Поставленную задачу комиссия выполнила. Как верно заметит историк уфологии Дейвид Джейкобс: наконец-то военных вразумили, откуда исходит настоящая угроза – не от самих НЛО, а всего лишь от донесений о них! «Решение проблемы обретало совершенно иной характер. Истинный враг был опознан. Борьба началась».
Эдвард Руппельт поначалу оптимистично воспринял итоги первого научного разбирательства дела о летающих тарелках. Очевидно, то, что говорилось на заседаниях, разошлось с рекомендациями комиссии и тем более с оргвыводами, сделанными заинтересованными ведомствами из тех рекомендаций. На двух заседаниях Руппельт докладывал о работе проекта «Синяя книга» и, кстати, просил вчетверо увеличить штат. Просьба была встречена в целом одобрительно. Пока воспитательная программа не приведет к полному прекращению или хотя бы резкому сокращению донесений, «Синюю книгу» необходимо укреплять – так рассудила комиссия.
Глава АТИСа генерал Гарланд внес предложение рассекретить материалы об НЛО. Его желание понятно. Сделав их достоянием гласности, АТИС хотя бы частично сложил с себя ответственность за неразгаданную тайну. Похоже, и это предложение нашло поддержку, иначе как объяснить слова Руппельта: «И еще говорили они (члены комиссии), что американская общественность должна знать подробности каждого расследования – факты, официальные выводы и на каком основании они сделаны. Польза будет двойная: это развеет созданные секретностью тайны и заставит ВВС всегда быть на высоте, поверхностные расследования и анализы станут невозможны.»
Слушая такое, Руппельт и Гарланд, думается, имели основания испытывать удовлетворение.
А вот доктор Хайнек остался недоволен. После «большой волны» 1952 года он осознал, что не сможет самостоятельно разрешить загадку НЛО, и потому с живейшим интересом ожидал ученой дискуссии. Состав комиссии возражений не вызывал – все известные, даже всемирно известные имена. Претензии были другого рода: «Внимание комиссии, как выяснилось, было в основном направлено на вопросы обороны и безопасности, а вовсе не научные. Того и следовало ожидать, мероприятие ведь было организовано ЦРУ, им же инструктировалось. Не сделано было даже попытки объяснить "неизвестные“ из досье "Синей книги“. Предвзятость "суда над НЛО“ очевидна…»