Умри или исчезни! - Страница 9

о нависший потолок, и это заставило его вздрогнуть. Дело в том, что глаза ребенка были совершенно черными, без признаков белка в уголках; они хитро поблескивали из-под сморщенных полуприкрытых век, и это был искушенный циничный взгляд взрослого человека...

Взаимное созерцание заняло не более секунды, после чего толпа увлекла Макса с собой. Но воспоминание о взгляде существа из коляски осталось неотвязное и липкое, как пленка, намотанная на слишком податливый комок мозга.

Давление человеческой массы было не таким уж непреодолимым; при желании Максим мог бы вернуться и еще раз заглянуть в коляску, однако именно этого ему хотелось меньше всего. Отвращение - как первая защитная реакция - толкало его прочь; усталое сознание лихорадочно и безуспешно подыскивало рациональное объяснение: нелепый фокус, маска, лицо карлика, желание вызвать жалость, просто игра света и тени - любой из вариантов устраивал Макса, но противный холодок не переставал блуждать где-то между затылком и основанием позвоночного столба.

Мертвящий взгляд из коляски давно исчез, смытый новыми картинками реальности, однако после него осталось омерзительное ощущение сродни тому, которое вызывает ноготь, скребущий по ткани.

* * *

Эта неприятная мимолетная встреча была первым событием в длинной цепи совпадений. Голиков был не настолько чувствителен, чтобы отметить подобную мелочь. Эскалатор вынес его, все еще скучающего, наружу, а ноги понесли вверх по улице. Через двести метров он остановился возле дома, в котором размещалась частная художественная галерея.

Афиша на стене возвещала о выставке-продаже картин местных молодых художников из группы "Сновидение". В существовании такой группы Макс сомневался; скорее всего, художников формально объединили по неизвестному признаку. Название группы оказалось магическим ключом, установившим некое соответствие и подавшим сигнал о новом, более заметном совпадении.

Никогда раньше и, может быть, никогда позже Голиков не переступил бы порог галереи, но в тот день он вошел и почти сразу же увидел ту самую картину

Он почувствовал легкую дурноту и не знал, радоваться ему или огорчаться. На смену растворяющейся скуке медленно, как туман, опускалось нечто худшее...

Картина изображала то, что он видел во сне минувшей ночью. Не пейзаж, но и не существо. Может быть, остров, если называть островом устойчивый и вместе с тем таинственный образ посреди зыбкого вихря ощущений и мыслишек. Макс не мог бы сказать, что узнал какие-либо конкретные детали - на картине их не было, а размытые пятна были слишком неопределенными, - неотразимо точным оказалось общее гнетущее впечатление, не лишенное эдакой черной романтики; он снова услышал зов загадочного места, ощутил текущий запах запретного, страх перед немыслимым отчуждением...

Голиков заставил себя опустить взгляд и прочел на прямоугольной табличке под картиной:

Игоре Седой "Сезон бессоницы"

Макс решил, что "Седой" - это наверняка псевдоним. Предчувствие подсказывало ему, чтоОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com