Удар из прошлого - Страница 175

тоаппарат и сделал несколько снимков. Тимонин, окончательно впавший в прострацию, заулыбался счастливой улыбкой идиота.

– На добрую память, – пояснил Лопатин.

Он вложил в руку Тимонина охотничий нож с длинным гнутым на конце клинком, достал из сумки видеокамеру, подсоединил аккумулятор. Припав глазом к видоискателю, нажал кнопку. С разных точек комнаты Лопатин снимал Тимонина, безучастно сидящего на краю кровати рядом с беспомощной жертвой. Тимонин тупо улыбался и перекладывал из руки в руку охотничий нож, не зная, что с ним делать.

Наконец, поднес нож к губам и языком лизнул окровавленный клинок. Отличный план, потрясающий типаж: патологический тип беспощадный убийца, наслаждаясь видом крови, готовится нанести жертве смертельный удар.

Затем Лопатин передал камеру одному из своих помощников, показал, с какой точки следует снимать. Сам уселся на кровать, вложил в руку Тимонина стопарь, обнял его за плечи. Акт второй: лучшие друзья за рюмкой водки. При монтаже можно будет вырезать Лопатина или оставить все, как есть. Там видно будет.

Лопатин встал и задумался: не поиметь ли эту суку перед тем, как она сдохнет? Молодая баба слишком толста, такие коровы не в его вкусе. Лопатин уже машинально расстегнул пуговицы ширинки. И тут отказался от этой мысли. Не всякий солдат срочной службы, который истомился в своей казарме без женщины, уже подумывает о мужиках, позарится на такое добро. Ну, и вкус у Зудина… Просто тихий извращенец.

Он пересадил Тимонина в кресло, взял нож. Склонившись над кроватью, полоснул лезвием по верху женской груди. Кровать затряслась, заскрипела. Алла силилась подтянуть ноги к животу, разорвать веревки.

– Лежи тварь, а то морду разрежу, – крикнул Лопатин. – У, какая у тебя густая кровь. Совсем не идет. Ну, совсем.

Он прикоснулся рукой к женской груди, размазал кровь по телу. Взял камеру и сделал несколько долгих планов. Хорошо бы Тимонина заснять на этой окровавленной потаскушке. Якобы он возбудился от вида крови и полез на бабу. Но мужик совсем не в форме, едва ноги передвигает, ему на Аллу нипочем не залезть. А если он и примет горизонтальное положение, то сразу заснет. Какие уж тут эротические мотивы.

– Шлюха чертова, – крикнул Лопатин и полоснул женщину ножом по бедрам. – Лежи… Ахтунг… Сраная сволочь…

Он наклонился и сделал неглубокий надрез на животе, чуть пониже пупка. При виде крови Лопатин испытал возбуждение. Тут главное не переборщить, насмерть её не исполосовать. Потаскушка должна погибнуть на пожаре, сгореть заживо или задохнуться дымом.

Экспертиза установит, что имел место несчастный случай. Надо взять себя в руки. Лопатин сполоснул в ведре окровавленные руки. Чтобы остудиться, зачерпнул кружку воды, вылил воду себе на голову и вытер лицо засаленным посудным полотенцем. Он снова взял камеру, минут пять снимал, как на кровати извивается порезанная баба. Затем налил полстакана водки, вложил стакан в руку Тимонина. У его ног бросил окровавленный нож.

– Ахтунг, – заорал Лопатин. – Срань траханная…

ОнОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com