Удар из прошлого - Страница 156

же получил сзади по шее.

– Такой крутой мужик, что уже не встает?

Казакевич снова навернул по шее. И добавил в ухо.

– Не встает уже, да? От всей этой крутизны не встает?

Валиев пропустил оглушительный удар снизу в лицо.

– Тебе, мать твою, и не нужно, чтобы стоял. При твоей-то крутизне этого уже не требуется.

Казакевич подошел совсем близко и ударил Валиева локтем в челюсть. Валиева отбросило к мусорным бакам. Он по инерции отступил на несколько шагов назад, неловко поставил ногу, подвернул её. Упал спиной на землю, ударился затылком о контейнер. Казакевич шагнул вперед. Он наступил носком ботинка на изувеченную руку Валиева. Боль была такой острой, нестерпимой, что перед глазами Валиева разошлись темные круги. Мир перевернулся.

– Ты настолько стал крутой, что меня натягиваешь?

Казакевич убрал ногу, подметкой ботинка ударил Валиева в грудь. Бригадир застонал, выплюнул кровь, заполнившую рот и нос, не дававшую дышать. И снова получил ногой в грудь. Кажется, ещё минута и он сдохнет на этой поганой помойке. Но Казакевич выдохся и остановился, дыша прерывисто и часто. Ему хотелось усесться на грудь Валиева и превратить морду бригадира в кровавое месиво. Казакевич едва сдержал себя.

– Тимонин жив, – отдышавшись, сказал он. – Вместо него ты грохнул постороннего человека. Какого-то сраного пожарника, который лежал вместе с ним в палате. И теперь, сука, приперся за деньгами.

Эти слова обожгли, как кипяток. Валиев перестал ощущать физическую боль. Сидя на пыльной земле, спиной упираясь в мусорные баки, он поднял голову. Ожидая нового удара, зажмурился. Но Казакевичу уже расхотелось добивать бригадира. Он вытащил платок и стирал кровь с костяшек пальцев.

Валиев понял все. Он забыл всю свою былую гордость, он был готов унижаться перед Казакевичем, сколько угодно. Но нельзя разговаривать с человеком, когда ты валяешься в грязи и пыли. Он собрал последние силы, поднял руку, зацепился за край мусорного контейнера, медленно встал на ноги. Казакевич спрятал платок в карман, вытянул губы, будто собирался плюнуть в лицо Валиева. Но не плюнул.

– Я вас прошу, дайте мне последний шанс, – Валиев прижал к сердцу больную руку. – Я достану Тимонина. Не нанимайте других людей. Я это сделаю сам. Я хочу это сделать сам. Потому что это мое дело. Из-за Тимонина я потерял четырех друзей. И я сам все закончу.

– Ты сам, ты сам, – передразнил Казакевич. – Ты сам обосрался. Вот и все, что ты сделал. Друзей он потерял, мать его.

Он остыл, злость выветрилась.

– Хрен с тобой, – сказал Казакевич. – Только этот шанс действительно последний. Другого уже не будет.
* * * *

Эту ночь Валиев провел не с клевой девочкой из ресторана. Он в одиночестве промучился до рассвета на жестком диване, под влажной от пота простыней. Чтобы скорее заснуть и не чувствовать боли в намятых боках, он махнул стакан водки. Но водка не принесла облегчения. Валиев часто просыпался, но спустя минуту снова засыпал. И смотрел один и тот же неприятный пугающий сон. ВиделисьОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com