Туманные темные тропы - Страница 25

– У меня было много практики, – охотно пояснила Тевейра. – Я умею лечить простые раны, вправлять вывихи, ну, перевязывать и всё такое. Сиделкой полгода работала. Принимать роды я тоже умею, – она посмотрела в глаза Майеру, и тот улыбнулся. – Мама сказала, что я должна уметь. Тут место как проклятое! Я без вас ничего бы не смогла, меня руки не слушались! Хорошо, что нас не засняли там, это же ужас как неприлично! – она хихикнула. – У вас батарейка в телефоне почти села, лучше заменить! Могут позвонить, или мне нужно будет позвонить.

– Вернёмся сейчас, возьмём батарейки и еды какой-нибудь, – согласился доктор. – Кому вы звонили? Рони?

Тевейра поджала губы.

– Маме сейчас нужно продержаться. Да, я сказала, что нас тут чиновники немного задержат, у неё сегодня такой день, я потом всё расскажу. Нет, у меня есть свой адвокат, я попросила разобраться. Он хороший! Ужасно дорогой, но всё может, почти как Беррон!

– Как вы думаете, Беррон…

– Через три дня встанет на ноги, – заверила Тевейра. – Всё, давайте немножко помолчим. Чуть-чуть! Мне нужно просто посидеть в тишине.

Майер встал, дошёл до ближайшего дерева – ясеня – и прижался к нему лбом. И, сам не понимая почему, обратился к Лесу. Помоги нам, попросил он, нам нужно к тебе. Тебе нужна наша помощь, или скоро будет нужна.

Порыв ветра толкнул его в спину.

– Майер, – Тевейра подбежала, – смотрите! Да смотрите же!

Справа от них, у живой изгороди, пространство потекло, затуманилось и протаяло. И с той стороны…

– Стемран! – выдохнула Тевейра, на лице её сияла радость. – Это же тот самый камшер! У которого я сорвала травинку!

– Вы думаете…

– Да! Это знак, Лес зовёт нас! Ну скорее же, Майер!

И Майер послушался.

Стемран, Лес, долина Рассвета, Техаон 6, 113, 17:25

– Представляю, что будет, когда нас там хватятся, – проворчал Майер, едва радость Тевейры приугасла.

– Ой, ну чего вы боитесь! Лес позвал нас, понимаете! Лес! Неужели вы правда боитесь? Мы ни в чём не виноваты!

– Отсюда пешком два дня идти, – заметил Майер. – Вот зараза, батарейка сейчас сядет, и не зарядить уже…

Сигнал. Получено сообщение.

– Умник! – удивился Майер. – Он откуда знает, что мы здесь?!

Телефон зазвонил.

– С прибытием, Майер, – голос Умника. Майер невольно улыбнулся. – Твоей очаровательной спутнице поклон. Как это понимать? Ты показал ей коридор?

– Я тоже рад тебя слышать, Умник.

– Уходите подальше. Вы там без тачки? Сейчас отправлю вам что-нибудь. Только далеко не отходите и…

Телефон выключился – батарейка села окончательно.

– Сказал, пришлёт машину, – пожал плечами доктор. – Но это часов пять, пока она ещё долетит! Надо искать, где на ночь остановимся.

– Сейчас бы домой, – Тевейра подошла к камшеру, погладила его ствол. – Нам очень-очень надо, правда… Давайте здесь и подождём. Ну отойдём немного, и всё!

Они отошли на безопасное расстояние – как раз созревают шишки, а от падения такой шишки ничего хорошего не будет. Как бомба. Созревшие шишки падают, и взрываются, и семена на больших «парашютах», летучках, плывут в разные стороны. Малейший ветер отправляет их в далёкий полёт. А семечки настолько вкусны, что многие животные караулят падение шишек, пусть даже вначале нужно держаться подальше.

– Мне показалось? – доктор поднялся на ноги. Они сидели прямо на ковре хвои, очень удобно, да и одежде уже всё нипочём. – Слушайте! Землетрясение?

– Похоже, – неуверенно отозвалась Тевейра. – Ой, смотрите! Смотрите туда!

Майер присмотрелся, и вздрогнул. А Тевейра, с глазами, сияющими от восторга, захлопала в ладоши.

– Это к нам! Он к нам идёт, он нас услышал!

«Им» оказался мобильный мозговой центр Леса. По-простому – лесной великан.

…Он шёл, аккуратно ступая огромными «ногами», не сломав ни дерева, не раздавив ни кустарника. Дошёл до поляны, где стояли, взявшись за руки, два человека, и опустился на все четыре конечности. И даже «на четвереньках» он возвышался метров на пятнадцать.

Тевейра бесстрашно подбежала к великану, Майер последовал секунду спустя. Разум отказывался верить, что это правда. От великана пахло Лесом – хвоёй камшера, ароматами трав, свежим воздухом, здоровьем.

– Спасибо, – Тевейра поклонилась, погладила его «ногу» ладонью. – Мы сейчас залезем, подожди чуть-чуть! Майер! Дайте мне руку!

Лесных великанов встретили почти сразу, и поначалу думали, что это и есть разумные обитатели Стемрана. На вид великаны походили на людей, покрытых корой. Людей ростом до пятидесяти метров, у которых и руки, и ноги были чуть не в полтора раза длиннее туловища. Не руки, конечно, и не ноги, вместо пальцев – шишковидные утолщения и, как и на всём остальном «теле», жёсткая, хоть и очень гибкая, кора. Их конечности служат для обеспечения коммуникации. Ретрансляторы. Когда великан стоит в своей «любимой» позе, подняв руки над телом, он не взывает к Лесу, а просто связывается с теми, кто его слушает. А слушают многие. То, что у здешних флоры и фауны есть органы, воспринимающие радиоволны, было первым из открытий, которые стали понемногу проливать свет на подлинную природу Леса. Слаженность действий живых форм на огромной территории объяснялась просто.

«Рождение» – формирование – великана наблюдали не раз, и только спутниковые съёмки позволяли полностью запечатлеть процесс. Для рождения великана достаточно любых деревьев, или иной флоры массой не менее пяти тонн в пределах области до двадцати пяти метров в поперечнике. И хотя бы один камшер в зоне видимости. Весь процесс занимал около получаса, после чего зелёный гигант выкапывался, простирал «руки» в небо и принимался за работу. В чём она заключается – так никто пока толком и не понял. Конечно, принятых сигналов уже много, в них есть определённая структура, уже удалось создать приборы, имитирующие сигналы великанов и таким образом отгонять таких соседей, как комары и мыши, но это всё пока несерьёзно. Учитывая ещё и то, что язык, которым общаются великаны, время от времени менялся. А значит, всё живое, что включено в Лес, как-то узнаёт о смене языка.

…Майер с Тевейрой сидели на «голове» гиганта и ехали плавно, очень плавно. Каждый шаг – метров двадцать. Девушка держалась за «лоб» существа, Майер устроился за её спиной, на «макушке». Тевейра потом сказала, что ладони её постоянно покалывало, причём она поняла, что если думает о чём-то постороннем, то колется неприятно, а если начинает думать о Лесе, то ощущает тепло. Думай о Лесе, что ж тут непонятного. И – великан слушался её приказов. Пусть и не буквально.

– Слезем здесь, – решила Тевейра, – в город на нём ехать не надо. Мы приехали, – погладила она «лоб» великана, – спасибо! Пожалуйста, разреши нам слезть!

Великан замер, а через полминуты принялся становиться «на четвереньки», но уже медленно – словно опасался, что седоки упадут. Спускаться оказалось куда проще, чем взбираться.

– Спасибо! – Тевейра и Майер поклоиились гиганту и тот медленно выпрямился, поднял руки над головой.

Шум, шелест, невнятные возгласы вокруг.

Тевейра и Майер обернулись. Десятки, а может быть – сотни людей подбегали к поляне, на которой замер великан. Они вбегали и, один за другим, падали перед седоками на колени.

Стемран, Лес, долина Рассвета, Техаон 6, 113, 19:15

– И репортёров не пускать! – распорядилась Мерона. Дождалась, пока все посторонние покинут кабинет, подошла к окну. Там по-прежнему стояли сотни, тысячи людей. Те, что заметили прибытие лесного великана, и видели, кто им управлял, кого тот слушался.

– Не знаю, радоваться или огорчаться, – Мерона поманила к себе дочь, та молча кинулась ей на шею. – Айри, я немного злая, прости. Я уже знаю, что вас не впустили, ответь мне только одно, как вы сюда попали? Ты открыл наш коридор? И что мне теперь делать с ними? – она указала на окно.