Тролли тоже плачут (СИ) - Страница 14

Естественно, ответом на его вопрос послужило гробовое молчание. Ну, не расслышал Курой голоса начальства. Вот до этого момента слышал, а потом перестал.

- Ко мэ ласай, нассен, - Росс машинально поклонился, коснувшись сложенными ладонями сначала лба, а потом груди. Хотя жеста его оценить никто и не мог. - Моси ваге аринасин[1].

На это Яте тоже ничего не сказал. Хотя по этикету тегов обязан был или принять извинения, или не принять. Но кто ж в Элизии такие тонкости знает? Зато эксперт самолично появился на пороге начальственного кабинета, таща в руках две склянки, в которых плавали темные лоскуты, и толстенный том.

- Закрой окно, - проворчал он брюзгливо, аккуратно выкладывая свою ношу на стол. - Сыро.

Альв послушно прикрыл створку, хотя в офисе еще чувствительно попахивало аммиаком.

- Это что? - спросил Алекс, с любопытством разглядывая банки.

- А это то, что я выловил в чанах господина Горха, - пояснил Курой, садясь в кресло и закидывая ногу на ногу.

Те, кто с тегами сталкивается редко, посчитали бы, что медик абсолютно бесстрастен и холоден, словно статуя. Но Росс прекрасно видел - его эксперт доволен, как слон.

- Надо понимать, это куски кожи? - уточнил альв, поднимая одну банку и рассматривая её на свет.

Со второй тарой он проделал абсолютно тоже самое, но разницы так и не увидел. На этом Росс успокоился, тоже уселся на место, сцепив пальцы на животе, и вопросительно уставился на Яте.

- Вот это, - мотнул подбородком Курой в сторону левой банки, - обыкновенная телячья кожа. Ничем не примечательная. А вот это... - после театральной паузы, медик указал на правую склянку. - Кожа тролля. Хоть уже и очищенная, и подготовленная к обработке, но свежая. В смысле, освежевали её владельца совсем недавно. Я конечно не специалист, но ставлю недели на две.

- Ты уверен? - альв выпрямился, глядя на Яте исподлобья.

- Вот тебе анатомический атлас. Сравни сам, - невозмутимо предложил тег.

Росс предложением не воспользовался. Вместо этого встал, снова отойдя к окну, и сложил руки за спиной.

- И выходит у нас полный бред, - изрядно помолчав, заключил управляющий агентством. - К нам за помощью обращается дварф, который выделывает шкуры существ, находящихся под защитой короны? Да еще и существ условно разумных? А это уже даже и не браконьерство.

- Если мне память не изменяет, наказание за убийство троллей и им подобных карается чуть сильнее, чем убийство животного, но слабее, чем гражданина? - заметил Яте.

- Не изменяет тебе память. Но это всё равно гарантированная каторга. Лет пять, не меньше. Зачем такой риск?

- Как справедливы законы империи... - задумчиво протянул тег. - Помниться, жокею, который загнал жеребца лорда Анатолия, дали семь лет.

- Справедливость существующих законов не отвечает на мой вопрос, - поморщился альв - Курой это в оконном отражении разглядел.

Не любил управляющий околополитических разговоров. Можно сказать, на дух не переносил.

- Ну, может он надеялся, что это не всплывет? - пожал плечами медик. - Впрочем, это уже не моё дело, разбирайтесь сами. Я вам даю факты, а что с ними делать...

Договаривать он не стал. Просто встал и вышел, прихватив склянки и талмуд. Видимо, за моральную оплеуху начальство Яте так до конца и не простил.

***

- Детка, а ты где свой страх потеряла, а? - прошептал на ухо теургу Мастерс.

- Там же, где честь и совесть, - буркнула Каро.

- Нет, я все понимаю. Ты у нас гениальный сыщик, но я даже у Ала не числюсь мальчиком на посылках, - откровенно веселился оборотень, - ты в курсе, что за все рано или поздно приходиться платить? Чем расплачиваться будешь?

- За что расплачиваться? - девушка повернула голову, оказавшись нос к носу с оборотнем, который почти подбородок ей на плечо положил.

- За то, что я ваши приказы исполняю, госпожа Курой, и ношусь за всякими золотарями.

- Ну, во-первых, за золотарём побежали мы все-таки вместе. А, во-вторых, приказ-то уже исполнен. А контракт, в котором прописана оплата по факту, мы не подписывали. В следующий раз предусмотри все заранее.

Поименованной госпоже Курой в данный момент и сам Седьмой братом не был. Она чувствовала себя как собака, взявшая след. Осталось только лихорадочное нетерпение - и больше ничего.

- Ну, ты и наглая, - протянул Рон, - вот и корми таких ужином. Потом они тебе на шею садятся.

- Покормишь завтраком - на голову залезу, - заверила его теург, на собственном опыте усвоившая: «Не научишься делать физиономию кирпичом - сожрут».

- Это предложение?

- Это предупреждение.

- Готов рискнуть, - и Мастерс выдал свою фирменную, нагловато-очаровательную улыбочку.

 У-у, морда мохнатая!

Каро дёрнула плечом, заставляя его отстраниться. Хотя, пожалуй, Рон в этой клоаке являлся не самым раздражающим фактором.

А другим словом ассенизаторские отстойники назвать сложновато. Это раньше все нечистоты, ни долго думая, просто сливали в ближайшие реки. А там природа сама с очисткой справлялась - океан большой. Даже Элизию его загадить не по силам.

Но город рос, и оказалось, что у возможности природы имеется свой лимит. До океана жители, конечно не добрались. А вот ближайшие водоемы начали превращаться... Ну, в общем, во вполне закономерное они превращаться начали. Тут уж возмутились дети Третьего: наяды, тритоны, речные русалки, оборотни-амфибии и прочие водные жители. На их протесты, понятно, никто и внимания бы не обратил. Но, во-первых, реки по летнему времени невыносимо воняли. Во-вторых, стали источником всякой заразы. А, в-третьих, городские рынки начали испытывать недостаток рыбы - основной беднятской пищи.

Выход нашли, понятное дело, дварфы. Кажется, именно тогда же они и придумали поговорку про то, что деньги не пахнут. Бородатая община подсуетилась и пробила-таки закон, согласно которому всех, кто не оплачивает переработку собственных отходов, полагалось наказывать звонкой монетой. Так и появились городские отстойники. На которых в основном трудились поднятые умертвия. Таких, конечно, в Элизии не много имелось. Но и для тех, что были, работы не находилось вообще никакой. Кто захочет рядом с собой оживленца видеть? С другой стороны, желающие трудиться в отстойниках в очередь не выстраивались. Даже крысюки брезговали местной спецификой. В общем, в итоге все оказались довольны.

Ну, кроме, понятно, вынужденных посетителей, вроде детективов. Ни вид ям, в которых отстаивалась жижа; ни зрелище мертвяков, огромными сачками вычерпывающие то, что после отстаивания на дне оставалось; ни мутные потоки воды, сливаемые в фильтры; ни, тем более, смрад от всего этого вдохновения не вызывали. Пожалуй, по личной градации Каро, кожевенные мастерские оказались не самым мерзким местом на свете.

А вот идея работать в детективном агентстве потеряла больше половины своей заманчивости.

- Вы, что ль, меня искали? - окликнул их парень, стоящий на соседних мостках.

Передвигались тут так: по доскам, брошенным на края ям. По-другому здесь могли перемещаться исключительно счастливые обладатели крыльев.

Каро обернулась, оценивающе рассматривая молодого дварфа. Конечно, прежде всего, специалиста интересовали контуры его потоков, а отнюдь не внешность «золоторя». И теург, естественно, не обратила ни малейшего внимания на картинно вьющиеся кудри, длинной до широченных плеч. Проигнорировала крепкую грудь под расстегнутой едва ли не до пояса рубахой. И огромные, как у куклы, глаза с длиннющими ресницами не заметила тоже. А уж пухлые губы её не интересовали вовсе.

Только вот считать потоки теург почему-то и с третьего раза не сумела. Пришлось ещё и насмешливого покашливания Рона не замечая, лезть за линзой и рассматривать дварфа через друзу. И вот тут-то горькое разочарование девушку и догнало, похлопав по плечику. Ни малейшего следа проклятья на парне не имелось. Так, лишь мелкие дырочки, как от шрапнели. Видимо, за свою внешность «золотарь» частенько удостаивался всяких «хороших» пожеланий.