Трибьют - Страница 16

Она потерла яблоко рукавом, а затем надкусила его.

– О чем же?

– Что вы ловите все, что к вам летит. Не возражаете, если я сделаю несколько снимков, как вы работаете? Я хочу приступить к более детальным эскизам.

– Значит, вы не отказались от этой идеи с богиней-воительницей.

– Брид. Нет, не отказался. Могу подождать, пока вы сделаете перерыв, если камера будет вас отвлекать от работы.

– Больше половины жизни я провела перед камерами, – она встала. – Они меня не раздражают.

Она бросила огрызок в контейнер с мусором и направилась к груде досок. Форд щелкал фотоаппаратом, когда она выбирала доски, отмеряла их и устанавливала на механической пиле. Он смотрел на ее глаза, когда лезвие пилы с визгом вгрызалось в дерево. Вряд ли камера зафиксирует их сосредоточенное выражение.

Но зато камера отлично запечатлеет линию бицепсов и дрожь крепких мускулов, когда она поднимала рейки и несла их к законченному настилу.

– Я предполагал, что, будучи жительницей Калифорнии, вы регулярно посещали тренажерный зал.

Силла приложила рейку к отметкам и установила расстояние распорками.

– Я люблю тренироваться.

– Можно сказать, что тренировки пошли вам на пользу.

– Иначе я была бы слишком худой. Физическая работа помогает поддерживать форму. – Она вбила первый гвоздь. – Но мне не хватает дисциплины: регулярных занятий. Вы не знаете, где здесь ближайший тренажерный зал?

– Как ни странно, знаю. Приходите ко мне, когда закончите работу. Я покажу вам тренажерный зал, а потом мы пообедаем.

– Возможно, я и приду.

– Вы не похожи на кокетку. Что значит «возможно»?

– Все зависит от того, когда я закончу.

– Тренажерный зал открыт двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

– Серьезно? – она бросила на него удивленный взгляд, а затем двинулась вдоль доски с пневматическим пистолетом. – Очень удобно. Меняю «возможно» на «вероятно».

– Разумно. Кстати, об обеде – может, вы вегетарианка, фрукторианка или еще какая-нибудь «анка», и выбор блюд нужно ограничить?

Засмеявшись, она опустилась на корточки.

– Я обжора. Ем все, что мне положат на тарелку.

– Это хорошо. Не возражаете, если я загляну внутрь и посмотрю, кто производит весь этот шум. Кстати, воспользуюсь шансом поболтать с Мэттом.

– Давайте. Я бы устроила вам экскурсию, но мой босс жутко злится из-за незапланированных перерывов.

– А с моим легко справиться.

Он подошел к ней, наклонился и потянул носом воздух.

– Впервые в жизни запах опилок кажется мне сексуальным.

Он вошел в дом и замер.

– Ничего себе!

Он ожидал увидеть хаос, суету и неразбериху. Но был поражен картиной, которая показалась ему тотальным разрушением. За всем этим должна стоять какая-то цель, подумал он, потому что Силла казалась ему абсолютно нормальной, но он не видел этой цели.

Разбросанные по полу инструменты приводили его, привыкшего к порядку, в ужас. Неужели здесь можно что-то найти? В стенах зияли пробитые дыры, широкие доски пола были укрыты грязными тряпками и картоном.

Сбитый с толку и слегка напуганный, он бродил по дому, натыкаясь на следы «боевых действий» в каждой комнате.

В одной из комнат он нашел Мэтта – светлые вьющиеся волосы под красной бейсболкой, пояс с инструментами, рулетка в руках.

– Привет, – тот встретил Форда улыбкой.

– Ты устроил весь этот бедлам?

– Отчасти. У хозяйки много идей. Хороших. Эта женщина знает, что делает.

– Тебе виднее. Как Джози?

– Хорошо. Мы получили фото Зайчика.

Форд знал, что Зайчик – это ребенок, которого вынашивает Джози. Их двухлетний сынишка в свое время был Котенком.

Он взял УЗИ-фотографию, которую извлек из кармана Мэтт, внимательно рассмотрел ее, перевернул и наконец разобрал очертания ребенка. Руки, ноги, туловище, голова.

– Он выглядит точно так же, как первый. Крошечный инопланетянин с планеты Утроба.

– Она. Мы только что узнали. Это девочка.

– Да, – Форд смотрел на широкую улыбку друга и чувствовал, что невольно улыбается ему в ответ. – Мальчик и девочка. Отлично.

– Я не позволю ей встречаться с парнями до тридцати лет, – Мэтт ревниво забрал снимок, с любовью посмотрел на него и спрятал в карман. – Ты готов к покеру у Брайана?

Форд подумал, что лучше терпеть зубную боль, чем целый вечер играть в покер. Но они с Мэттом и Брайаном дружили всю жизнь.

– Если нет никакой возможности увильнуть.

– Хорошо. Мне нужны деньги. Подержи-ка этот конец рулетки.

– С ума сошел?

– Ладно, – Мэтт сам растянул рулетку. – Если ты к ней прикоснешься, она может взорваться у меня в руках. Ты уже видел этот дом?

– Только начал знакомство с ним.

– Обойди его. Он будет чертовски хорош.

– Он и так уже похож на ад.

Но, не в силах сдержать любопытство, Форд вернулся назад и поднялся наверх. То, что раньше было ванной, представляло собой голую коробку с ободранными стенами, скелетами труб и неаккуратными дырами в полу и потолке. Две спальни стояли без дверей и с испачканными известкой коврами на полу, но зато с новыми окнами, на которых еще оставались фирменные наклейки.

Когда Форд открыл дверь третьей спальни, его удивление сменилось раздражением. О чем она, черт побери, думает? Надувной матрас, спальный мешок, картонные коробки и старый карточный столик?

– Пожалуй, я был не прав насчет ее нормальности, – пробормотал он и направился вниз.

Он нашел ее перед обшитой новенькими досками верандой: она жадно пила воду прямо из бутылки. Теплая погода и физическое напряжение оставили влажную полоску пота в центре ее белой футболки, которую она заправила в джинсы. Его раздражение усиливалось оттого, что эта вспотевшая и, возможно, неуравновешенная женщина казалась ему чертовски привлекательной.

– Вы сошли с ума или просто глупы? – решительно произнес он.

Она медленно опустила бутылку, а затем так же медленно подняла голову, пока взгляд ее холодных синих глаз не встретился с его взглядом.

– Что?

– Кто так живет? – он махнул большим пальцем в сторону дома и подошел к ней. – В доме разгром, на кухне вам приходится пользоваться электроплиткой, вы спите на полу и живете среди картонных коробок. Что с вами, черт подери?

– Отвечу по порядку. Я живу в таких условиях, потому что это самый разгар большой реконструкции, и именно поэтому в доме разгром, хотя и не полный. Я пользуюсь электроплиткой, потому что отдала кухонную технику в починку. Я сплю на надувном матрасе, а не на полу, потому что я еще не выбрала себе кровать. И со мной все в порядке.

– Вы можете иметь все, что вам нужно. У меня есть свободная комната.

– Я уже давно перестала слушаться указаний других людей. Матери, агентов, менеджеров, режиссеров, продюсеров и всех остальных, которые решили, что лучше меня знают, что я хочу и что я должна делать. Боюсь, вы опоздали.

– Вы живете как скваттер[10].

– Я живу так, как хочу.

Он заметил злой огонек, вспыхнувший в ее синих глазах, но продолжал настаивать.

– У меня есть спальня с отличной кроватью и простынями.

– Нет. Уходите, Форд. Перерыв закончился.

– Ваш злой босс должен дать вам еще пару минут. Вы сможете видеть это проклятое место из окон моего дома, а дойти сюда можно за полторы минуты – после того как выспитесь ночью в настоящей кровати и воспользуетесь ванной, которая не похожа на бомбоубежище и по размерам больше чулана.

Как это ни странно, но его раздражение успокоило ее, и она, развеселившись, громко рассмеялась.

– Ванная ужасна, в этом я с вами соглашусь. Но не заставляйте меня поднимать ставки. У меня сложилось впечатление, что вы гораздо привередливее меня.

– Я не привередливый, – гнев Форда быстро сменился обидой. – Привередливы старики в вязаных кофтах. Желание спать в кровати и писать в унитаз, которому меньше полувека, не делает меня привередливым. У вас на руке кровь.