Том 6. Пьесы 1871-1874 - Страница 66
Изменить размер шрифта:
Клушин
Немецкая потеха мудрена,
Не всякому под силу. Яков понял,
На диво всем дался.
Кочетов
Да в чем она,
Потеха-то немецкая?
Клушин
Примерно,
Хоть Якова оденут чертом, лешим,
И выпустят ломаться на потеху.
Кочетов
(хватаясь за голову)
Ах, ужас, страсть!
Клушин
Ну, и крутись, как знаешь.
Кочетов
Не верю я лжецу. Уйди, исчезни!
Убью тебя, клеветника!
Клушин
(испугавшись)
Я, друже,
Не виноват ни телом, ни душой,
У Якова спроси, не отопрется.
Кочетов
Не вижу я, не помню ничего.
О, Господи! Такое испытанье
Тяжелое! Не пережить его.
Тоска и стыд грызут меня. От сына
На голову седую поношенье,
Позор и срам. Змея в моей груди.
Прискорбно мне! Душа горит. Покоя
Не обрету вовек. Жена! Анисья!
(Берет со стола Домострой.)
Отец Сильвестр! Я прокляну его.
(Садится и закрывает лицо руками.)
Входят Анисья и Татьяна.
Явление шестое
Кочетов, Клушин, Анисья и Татьяна.
Анисья
Ну, что у вас? Никак нельзя без крику!
Лишь выпили, и зашумели.
Кочетов
Ох!
Не спьяну я кричал.
Анисья
А мы с Татьяной
Макарьевной и выпили, да тихо,
Не ссоримся, и пьяны, да умны.
Покончили дела, Кирилл Панкратьич.
С чего завял? Не вешай головы!
Сынка женю, Василий Фалалеич!
От радости не чуя ног хожу,
Вставай, отец, молиться Богу будем!
Кочетов
Сынка женить? А где сынок?
Анисья
Вернется.
У дела, чай.
Кочетов
У дела? У какого?
Анисья
Приказного.
Кочетов
Ну, вот ему неволя
В приказе быть, тянуть сызмала лямку
Отцовскую. Сынок-то лучше службу
Нашел себе.
Анисья
Какую ж?
Кочетов
Скоморошью!
Анисья и Татьяна
Ай-ай! Ахти, беда!
Входит Юрий Михайлов, за ним Яков. Наталья прокрадывается за ними в угол.
Явление седьмое
Кочетов, Клушин, Анисья, Татьяна, Юрий Михайлов, Яков и Наталья.
Кочетов
Его ли надо?
Куда зашел, бесоугодник? С нами
Не быть тебе, служитель сатанин!
В покое сем иконы, и куренье
От ладана возносится почасту.
Молитвой я встречаю утро здесь,
Молитвой день мятежный провожаю.
Изыди вон! Изыди, окаянный!
Тебе вольно везде бродить; не смей
Вступать под кров родительский! На свете
Простор велик глупцам и скоморохам,
По смерти им одно готово место
С диаволом. И буди про…
Наталья
(выбегает из угла)
Постой!
Молчи, старик! Не то своей рукою
Замкну твой рот, нечистый, богохульный!
Родительским проклятьем не шути!
Легко тебе, у пьяной браги сидя,
Над детищем безвинным потешать
Хмельную блажь свою; а жить на свете
(плача)
Проклятому, подумай ты, легко ль?
Так знай же ты! Неправое проклятье
От грешных уст, до неба не дойдя,
Воротится назад в уста и свяжет,
Замкнет навек, и будешь нем.
(Со слезами отходит.)
Татьяна
Наталья,
Откуда ты взялась?
Анисья
(со слезами)
Господь послал.
А мы-то! Мы стоим…
Юрий
Кирилл Панкратьич,
Не для того привел к тебе я сына,
Прислал его боярин не затем.
Возьми его! По царскому веленью
В аптекарской палате обучают
Подьяческих робят библейским действам,
Готовятся с великим поспешеньем,
Чтоб действовать перед царем «Есфирь»
В недолгий срок. Радея государю
И жалуя тебя не по заслугам,
А ради лет преклонных, Артемон
Сергеевич велел, чтоб Яков с теми
Робятами учился вместе. Яков,
Боясь греха и твоего проклятья,
Противен стал и бегает от службы,
Хвали его, а не брани, что волю
Отцовскую поставил выше царской.
Тебя ж, Кирилл, боярин похваляет:
«Что нынче-де таких благочестивых
Подьячих вряд сыскать, чтоб воле царской
Перечили — повиноваться власти
Грехом себе считали. Он-де знатно
Вперед других задумал в рай попасть».
Кочетов
(женщинам)
Уйдите-ка покуда! После кликнем.