Титановая гильотина - Страница 9
– Вы че? – торопливо произнес Маркелов. – У меня газовый, системы «вальтер-ППК»… Бумага на него есть, все чин-чинарем.
Вспомнив, что Зеленская обычно таскает в своей сумочке мини-емкость с «черемухой», он тут же добавил:
– Еще есть газовый баллончик… Наркота? Шутите? Пожалуйста, осматривайте, если есть желание. Но, кроме личных вещей, моих и моей спутницы, в машине ничего нет.
Сильно смахивало на то, что местные менты действовали по какому-то известному лишь им сценарию, который, впрочем, уже неоднократно был опробован ими. Капитан вначале внаглую поинтересовался содержимым маркеловского бумажника – в одном из отделений было две тысячи рублями, а также три зелененькие купюры номиналом в двадцать, пятьдесят и сто баксов, в другом хранились две кредитные карточки, «Мастерз» и «Виза-электрон», – затем, вернув бумажник (которого он не имел права даже касаться), достал из бушлата карманный компьютер с гаишной поисковой базой данных…
Потыкав, кажется чисто для виду, «карандашом» в плоский экранчик, он многозначительно хмыкнул, после чего, делано-озабоченно поглядев на своего коллегу, сказал:
– Похожий «Фольксваген» числится у нас в угоне. Год выпуска и даже цвет – совпадают. Номера движка и шасси не совпадают, но я думаю, что их просто «перебили»…
– Вы че? – хмуро посмотрел на него Маркелов. – Я этот микроавтобус абсолютно легально приобрел, через фирменный салон в Москве! Гм… Я так понимаю, что я должен сделать некий взнос в ваш местный «дорожный фонд»? Ну… в принципе жить всем нужно… сейчас, сейчас… мы решим…
Он извлек из бумажника вначале две сотенные рублевые купюры, но тут же, взглянув на бесстрастные рожи гаишников, мигом сунул их обратно и извлек на свет божий двадцатидолларовую банкноту.
– Придется доставить этот «Фольксваген» на нашу спецплощадку, – скучным голосом сказал инспектор ГАИ. – Номера, конечно, перебиты… Нич-чего, техэкспертиза все покажет…
– Говорят, что там у этих… экспертов какой-то «рентгеноскоп» накрылся, – глядя куда-то вбок, не менее скучным голосом сказал капитан. – Недели через две только, говорят, доставят новую аппаратуру. Ну а это время, а может и дольше, «фолькс» будет стоять на нашей спецплощадке…
– Заодно там наши спецы и сам микроавтобус досмотрят, – косо поглядев на Маркелова, заявил инспектор. – Попросим коллег, чтобы прислали кинолога с собачкой… пусть проверят на предмет наркотиков и взрывчатых веществ…
«Пытаются внаглую развести на бабки, – промелькнула в голове Маркелова тревожная мысль. – Причем уверены, кажется, в своей полной безнаказанности… Про то, что микроавтобус этот, или даже со схожими данными, числится в угоне, это, конечно, вранье, голимый блеф. Но попробуй таким вот деятелям в форме что-нибудь доказать?! Начнешь качать права, они и вправду отгонят тачку на свою спецстоянку, где она в ожидании их долбаной «экспертизы» может стоять, ржавея, до второго пришествия… А еще, если начнут всерьез досматривать «фолькс», могут обнаружить нычку. И хотя там хранятся отнюдь не наркотики, кое-что из содержимого тайника, если все откроется, может вызвать у местных силовиков массу вопросов к залетной парочке москвичей… Хреново, очень хреново… Тут даже сотней баксов не откупишься: эта схема «развода» устроена так, чтобы выставить клиента на приличные бабки… Да, минимум триста… максимум, пожалуй, пятьсот… при ориентировочной стоимости самой тачки в семь-десять штук американских долларов… Вот же наглецы… Так все просчитали, что, с одной стороны, клиенту, поставленному в такое вот положение, вроде как некуда деваться, кроме как договариваться, а с другой, попробуй потом на них управу найти… никому ты ни фига не докажешь…»
Неизвестно, чем бы все закончилось, но тут случилось неожиданное.
Зеленская спокойно себе сидела в салоне и ждала, пока ее напарник отобьется от гаишных бандитов. Но дело постепенно стало принимать довольно неприятный поворот. Если бы речь шла о какой-нибудь мелкой взятке, то она, пожалуй, закрыла бы глаза. Но эти наглецы в форме вели себя уж очень по-хамски.
Пока Маркелов пытался о чем-то «договориться с таможней», деликатно отведя капитана в сторонку, двое остальных наконец-то соизволили обратить внимание на сидящую в салоне микроавтобуса молодую женщину.
Инспектор выковырял из пачки сигарету, прикурил, затем, обойдя «Фольксваген» с кормы, распахнул дверцу с ее стороны.
– Па-апрашу ваши документы, гражданка! Нет, нет, выйдите из машины!..
Прихватив с собой сумочку, Зеленская выбралась из микроавтобуса.
– Во-первых, инспектор, выплюньте изо рта сигарету, когда разговариваете с людьми! – сказала она ледяным тоном. – Вы, кажется, на службе!.. Во-вторых, я что-то не слышала, чтобы вы представились как положено!..
Не дав малость опешившему сотруднику ГАИ прийти в себя, Зеленская, двумя пальцами подцепив из сумочки фотоснимок – как и ее напарник, она тоже предпочитала иметь при себе кое-какие полезные в условиях нынешней неспокойной жизни бумаженции, – сунула его под нос инспектору.
– Может, и это вы бросите в дорожную грязь?! – вежливо, но в то же время сохраняя ледяные нотки, спросила Зеленская. – Кое-кто знакомый вам на фото, не правда ли?..
Капитан тут же отвлекся от переговоров с владельцем «Фольксвагена» и подошел к ним.
– Что тут за базар?! – строго сказал он. – Все, решено, увозим ваш «Фольксваген» на спецплощадку!
Инспектор, разглядывавший фотоснимок, который он осторожно взял из рук журналистки, предварительно выбросив только наполовину выкуренную сигарету, вначале посмотрел, не написано ли что на обороте, а затем передал его капитану, при этом обветренное лицо его стало из красного бледным.
– А-а-а… – сказал капитан, вглядевшись в двух людей, запечатленных на фото. – Это… Вы лично знакомы с нашим… уважаемым министром?
– А как это вы догадались? – сказала Зеленская. – Надо же какой вы наблюдательный… Ну так в чем дело, господа? У вас есть какие-то вопросы к моему товарищу? Или ко мне? Я что-то здесь слышала про некую «спецплощадку»… Или мне только показалось?
Капитан, передав ей фотоснимок, вежливо козырнул:
– М-м-м… случайное совпадение! В данных по угону числится «Фольксваген»… со схожими параметрами! Останавливать в таких случаях «подозрительный» транспорт – наша обязанность. Извините за беспокойство… и желаю вам счастливой дороги!..
Когда микроавтобус покинул гаишную площадку, из «уазика» выбрался мужчина лет тридцати двух в форме старшего лейтенанта милиции.
– Ну что, сколько наварили? – спросил он, подойдя к сотрудникам ГАИ. – Вечереет уже… мне с сержантом пора возвращаться в город. Ну что, господа… Один московский еврей справедливо заметил: «Надо делиться…» Зря я, что ли, «автоматчика» вам в аренду сдал? Да и сам торчу здесь, считай, с часу дня…
Пересчитав купюры, которые передал ему капитан, он удивленно приподнял брови.
– Что-то маловато выходит. Я думал, вы этих москвичей баксов… ну хотя бы на триста опустите?! Так что сотенку бы еще надо накинуть…
– С этими москвичами мы чуть не напоролись, – мрачновато заметил гаишный капитан. – Я их хотел как минимум на пятьсот опустить… Но решил прекратить «развод», потому что велик был шанс самому погореть…
Милицейский старлей, выслушав их рассказ, задумчиво почесал пятерней в затылке.
– Ну не знаю, мужики… Может так статься, что эти двое… конкретно развели вас, как лохов! Но если они не какие-нибудь аферюги… То кто они тогда такие? Кстати, они ведь не по окружной ехали… значит, в наш Н-ск направляются…
– Телка эта – журналистка, – сказал инспектор. – Она на фотке с микрофоном, берет интервью у нашего министра… Скорее всего, на телевидении работает…
– А этот, который на братка похож? – спросил старлей.
– Блин!.. – сказал гаишный капитан. – Вот только сейчас до меня дошло… У него карточка была в лопатнике, запаянная в целлулоид… по-иностранному, кажется, по-английски что-то написано… Но слово «PRESS» там точно было…
– Журналисты, говорите? – милицейский старлей о чем-то ненадолго задумался. – Из Москвы, значит… Ну-ка напомните мне номерочек их «Фольксвагена»… хотя он и так приметный… и фамилию мужичка этого тоже мне желательно знать…