The Dark Side of the Moon (СИ) - Страница 23

— А на трезвую голову ты не мог это сделать? — риторически вопросил он, на что получил отрицательный кивок.

— Ты не понимаешь, — повис на нём юноша, зачем-то пальцами вцепившись в подбородок лидера. — Я ж так врезать тебе хотел! Так хотел! А ты тут со своим Кон… Конгоф… Нонгом! И всё-то у вас хорошо, и ты такой счастливый ходишь, аж тошно!

— Брайт, по-моему, ты не это хотел сказать, — отвесил ему отеческий подзатыльник менее пьяный Прем.

— Да, — мотнул головой тот и доверчиво заглянул в насмешливо прищуренные глаза Артита. — Прости меня. Я вёл себя, как мудак.

— Как полный мудак, — конкретизировал со смешком Ройнапат, сгружая друга на кровать.

— Полнейший! — радостно поддержал его тот, распластываясь на постели.

— Это всё от зависти, — пояснил Прем, усаживаясь на стул и откупоривая бутылки.

— Я ж не думал, что ты так взъешься, — продолжил невнятно юноша, по всей видимости, засыпая.

Прем похлопал его по щекам и ткнул пальцем в хозяина комнаты:

— Закончи свою мысль сначала, а потом дрыхни. Мы как договаривались?

— Да, — вскинулся ненадолго пришедший в себя наставник. — Прости меня.

— Ты уже извинился, — едва сдерживая смех, напомнил Артит.

— Точно… У меня, знаешь, иногда тормоза не срабатывают.

Телефон в кармане третьекурсника коротко завибрировал.

«Пи’Артит?»

Юноша цыкнул: он совсем забыл про младшего, так и не ответив на последнее его сообщение.

«Извини, отвлёкся. Всё в порядке, не забивай себе голову».

«Завтра всё в силе?»

Ройнапат кинул короткий взгляд на друзей и горестно вздохнул. Кажется, выспаться ему сегодня не грозит.

«Да, но я немного припозднюсь. Приду ближе к обеду, окей? Ты заранее подготовь темы, которые не понимаешь, время сэкономим».

«Хорошо, буду ждать тебя. Не забудь свои чертежи. Спокойной ночи».

Артит подождал ещё пару секунд, но привычного «я люблю тебя» так и не последовало. Зардевшись от осознания того, что ждал этих слов, парень мысленно дал себе подзатыльник и чинно отстучал: «И тебе. До завтра». После чего вернулся к товарищам, уже увлечённо присосавшимся к пиву. Точно, ночка обещала быть весёлой.

***

Утро было недобрым, если только можно было охарактеризовать так царящее на дворе время суток. Артит проснулся от болезненного стона где-то справа от себя. Голова гудела так, словно в ней поселились маленькие гномики, усердно стучащие кувалдами по наковальням. Он промычал что-то невразумительное и продрал глаза.

Из-за приоткрытой шторы ярко светило солнце, тонкая полоска неба была окрашена алым — значит, занимался рассвет. Но уже через несколько секунд Артит понял, что крупно ошибся в подсчётах: едва он заставил себя встать и, мучительно щурясь, открыть окно, впуская в комнату свежий воздух, как тут же осознал, что никаким рассветом там и не пахло. Светило клонилось к западу и уже почти исчезло за чертой крыш.

— Твою мать, — окатило его внезапным осознанием, и парень судорожно похлопал себя по бокам в поисках телефона.

Только после этого бессмысленного действа он догадался осмотреть «поле брани». На кровати, обнявшись исключительно по-братски, спали Брайт и Прем. Первый почему-то был в джинсах Артита, а второй так и вовсе дрых при полном параде: в форменной малиновой рубашке, брюках, чёрной футболке и почему-то в одном носке.

На полу подле письменного стола стояла целая батарея из пустых бутылок, хотя Ройнапат мог поклясться, что вчера в пакете видел лишь шесть штук. Амбре в комнате стояло такое, что невольно возникало желание закусить.

Исследовав взором помещение, лидер инженеров наконец-то обратился к себе: на нём были синие брифы, надетые вчерашним утром, а поверх них — махровое полотенце, ещё чуть влажное, словно он недавно принимал душ. В теорию никак не вписывалось наличие нижнего белья, но ничего не соображающий от головной боли, Артит удовлетворился и этими нехитрыми выводами.

Он поёжился, растирая обнажённые предплечья: похмельный озноб с каждой минутой становился всё явственнее. Хотелось хорошенько вымыться и тщательно прополоскать рот, в котором, по ощущениям, сдохла мышь. А ещё лучше — найти хоть одну бутылочку холодного пива, дабы избавиться от неприятного чувства в желудке, где будто поселилась мерзкая и неповоротливая жаба, норовившая в любую секунду выползти через глотку.

Подавив приступ тошноты, возникший от нафантазированной во всех красках картины, Ройнапат открыл нараспашку все окна и балконную дверь в придачу и мелкими шажками направился в душ. Он старался не думать о том, сколько сейчас времени. По-хорошему, ему следовало найти телефон, ведь, если его подсчёты верны, то сейчас было не меньше пяти вечера, и Конг наверняка места себе не находит…

Отложив справедливый акт самобичевания на потом, юноша заперся в ванной — сначала надо прийти в себя.

От звука захлопнувшейся двери внезапно подскочил Прем, тут же болезненно схватившийся за голову.

— Ох, мать твою…

— Ммм, чего орёшь! — недовольно дрыгнул ногой Брайт.

Друг перевёл на него сонный взгляд, затем ощупал себя, задержался на одной оголённой ступне и сипло спросил:

— Где Артит?

— Моется, — буркнул Брайт, разлепляя опухшие глаза.

Парни мутно смотрели друг на друга в течение нескольких секунд и тут, точно вспомнив о чём-то, застыли с одинаковым выражением на бледных вытянувшихся лицах.

— А он ещё не видел… — шёпотом начал Брайт, как вдруг из ванной послышался душераздирающий крик.

— Кажется, увидел, — хрипло засмеялся Прем, тут же ойкнув и прислонив ладонь ко лбу.

— Что это ещё за херня?! — вылетевший из душевой Артит был похож на привидение: мокрый, завёрнувшийся всё в то же полотенце наподобие тоги, он бестолково размахивал трясущимися руками и выдавал нечто совершенно неинформативное: — Кто это сделал?!

— Ты, — хором отрапортовали юноши, давясь смехом и ойкая всякий раз, когда хохот отдавался тупой болью в висках.

Лицо лидера инженеров по цвету могло сравниться со спелым томатом.

— Где мои волосы?! — отчаянно вопросил он, чем спровоцировал настоящую истерику. — Серьёзно! Какого хрена у меня пах выскоблен?!

— Мы не виноваты, честно! — выставил перед собой ладони Прем, когда окончательно вызверившийся Ройнапат замахнулся, явно желая прибить хотя бы одного из шутников. — Ты вчера полночи про Конгфоба рассказывал, фотографию нам показал.

— Какую фотографию? — Артит побледнел так же резко, как до этого побагровел. Он знал только об одном фото, которое хранилось у него на телефоне в отдельной папочке… Нет, он же не мог?

Но довольные лица друзей говорили: мог. Ещё как мог.

— Блять, — беспомощно ткнулся он лбом в стену. — Я что, реально вам её показал?

— Ещё и откомментировал, — с удовольствием поделился Брайт, усаживаясь на кровати, и засмеялся, когда уничтоженный стыдом третьекурсник сполз по стене на пол и уткнулся лицом в колени. — Да ладно тебе, мы ж всё понимаем. У него и правда тело обалденное, хоть завтра на обложку модного журнала.

— Какого хрена вы меня так напоили?! — снова перешёл в наступление Артит, пытаясь хоть так увести тему в более безопасное русло.

— Мы напоили?! — праведно возмутился Прем, ползающий по полу в поисках второго носка. — Да мы с собой пару бутылочек взяли! Кто ж знал, что ты нас в комнату Тутты потащишь за добавкой!

— Кстати, как мы ему объясним пропажу из священных запасов? — нахмурился Брайт, но почти тотчас же беззаботно махнул рукой: — Да пофиг. Нечего было ключи кому ни попадя оставлять.

— Это я-то «кому ни попадя»? — оскорбился Ройнапат, устраиваясь на полу поудобнее. Холодная стена приятно остужала кожу, и юноша с ужасом понял, что встать в ближайшее время попросту неспособен. Остатки сил он истратил пару минут назад, когда донёс свою проспиртованную тушку до ванной.

— Ну, как выяснилось, да, — пропыхтел Прем, выудив из-под кровати носок и победно помахав им в воздухе: — Нашёл!

— Так чего там с твоим пахом? — осклабился Брайт. — Не чешется?