Теперь я твоя мама - Страница 51

— Ничего, спасибо.

Рената придвинула стул ближе к столу.

— Моего мужа заела совесть, — начала она. — Я рада, что вы пришли. Ему стало легче. Я удивилась, когда увидела вас. Я думала, что знаю всех подружек мужа. Потом я узнала вас Карла Келли во плоти.

— Извините, Рената. Вы не представляете, как я сожалею…

— Пожалуйста, не оскорбляйте меня сожалением. — Рената махнула рукой. — Я приняла решение простить мужа, но не его любовниц.

— Тогда что вы хотите от меня?

— Были еще женщины, много женщин. Он обращался со всеми вами одинаково. Я терпела его неверность ради детей, пока даже моему терпению не пришел конец. Вы стали последней каплей. Вы и дешевая шумиха, которая начинается везде, где бы вы ни появились.

Карла встала и отодвинула стул.

— Возвращайтесь к мужу, Рената. Меня уже достаточно наказали за глупость. Мне не хочется слушать ваши…

— Я никогда не думала, что мне будет стыдно, но это так. — Рената продолжала говорить, словно ее и не перебивали. — Вы заплатили за свою так называемую глупость сполна, но даже я признаю, что ваше наказание оказалось намного суровее проступка. Эдвард считает, что пал жертвой политики. Он, конечно же, ошибается. Нет ничего опаснее женщины, которой пренебрегли. Вероятно, Сью Шиан или еще кто-то из них утопили его. Вы догадывались о ее существовании? Ее или остальных? Или вы были настолько самоуверенны, что считали себя единственной?

— До свидания, Рената. Я надеюсь, что вам стало легче. Хотя почему-то мне так не кажется.

Карла, торопливо покидая здание больницы, подумала, что Эдвард Картер ошибался насчет змей в траве. Прошлым была жена с яростью в глазах. И когда она нанесла смертельный удар, яд попал глубоко.

Я не думаю, что профессионально обсуждать анализ крови посреди хлебного отдела в магазине, но Уна Виллиамсон наткнулась на меня именно там. Она получила мое письмо, в котором я объяснила, почему не могу больше быть ее партнером в бридже, но она решила не отступать просто так. Она спросила, почему результаты от моего гинеколога не переслали ей.

Я ответила, что свяжусь с ним и узнаю, в чем задержка. Я сказала ей, что, к счастью, все анализы хорошие. Лечение, которое он порекомендовал, было успешным, и вопрос, который мы обсуждали, уже решен.

Она сурово посмотрела на меня. Неужели она подозревает? Как такое возможно?

— Ты потеряла в весе, — заметила она. — Ты на диете?

— Я так занята, — ответила я, — что постоянно не успеваю пообедать. Как только я обоснуюсь в Испании, все изменится. Ты должна приехать к нам. Устроить себе небольшой отпуск в солнечной стране — это как раз то, что доктор прописал.

Она вежливо улыбнулась моей попытке пошутить и пробормотала что-то неопределенное. Она отодвинула тележку в сторону и дала мне пройти. Я чувствовала, что она глядит на меня, пока я не повернула за угол. Ты в дурном настроении сидела в отделе косметики, пробуя разные помады, и руки у тебя были покрыты разводами персикового и розового цветов. Ты хандрила с тех пор, как Дэвид подписал аризонский контракт. Вероятно, поэтому ты дулась на меня. Я видела ненависть в твоих глазах. Она напугала меня, потом я разозлилась. Что плохого в том, чтобы переехать в Испанию? Ты заведешь новых друзей. Это позволит тебе расширить горизонты. Дэнни Брин будет регулярно приезжать с отцом, и ты сможешь пригласить на каникулы Люсинду.

Как только мы сели в машину, ты закатила скандал. Какой же у тебя злой язык, когда получается не по-твоему! Я знаю, что будет для тебя лучше всего, но ты не отстаешь от меня. Как и он, как и Мириам. Она имела наглость предложить, чтобы ты осталась здесь, с ней, пока я не обустрою испанский офис. Ты моя дочь. Да как она смеет! Жду не дождусь, когда наконец уберусь отсюда. Понимание того, что я могу сбежать, делает ожидание невыносимым. Две недели, и мы уедем.

Уже поздно. Даже шепот молчит. Сегодня вечером я просматривала альбом. Это моя хроника твоей жизни. Хроника моей реальности, какой я ее сделала. Я добавила последние фотографии из Испании. Какими довольными мы выглядим! Мы улыбаемся в камеру.

Потом я перелистала в начало… где все началось. Годы звали меня. Душевная боль и разочарование… шепот о том, что могло бы быть. В конце концов я закрыла альбом и вершась к Судебной книге, по которой в один прекрасный день мы все будем судимы по делам нашим.

Она закончила читать рукопись и собрала листы в стопку. У этих мемуаров, по крайней мере, хороший конец. Ей последнее время нравились концовки с искуплением. Часы пробили семь вечера. Фрэнк должен подъехать через час. Время включать духовку. Прежде чем уйти из офиса, она открыла сайт wwwiindisobelgarclner.com. Все функции и новостная лента, все аудио— и видеоматериалы относительно исчезновения Исобель ссылались на архивные страницы. Карла поняла, что не в силах это читать. Поэтому она каждый день переходила на страницу с контактной информацией. Время от времени она получала электронные письма от студентов, которые хотели взять у нее интервью и включить его в свои дипломные работы. Журналисты и документалисты также писали ей, но она упорно отказывалась давать интервью и не позволяла цитировать себя. Интернет стал щитом, который защищал ее, и у нее не было желания позволять кому-то проникнуть за него.

В этот вечер было только одно электронное письмо. Снова Миранда Мей. Карла вздохнула и уже хотела пометить письмо как спам, но любопытство взяло верх. За прошедшие годы она много раз получала от этой женщины письма, а в последнее время — электронные послания. В основном это были вариации на одну тему: ищи дочь в месте камня.

Однажды, увидев в газете объявление Миранды о проведении лекции на тему экстрасенсорики, Карла посетила ее. Она вошла в небольшой коттедж при дороге, в котором сильно пахло жженым торфом и ладаном. В ушах и на шее Миранды блестела дешевая бижутерия. На запястьях позвякивали браслеты, а кольца вспыхивали каждый раз, когда она шевелила руками. Ее волосы, которые выглядели так, словно к ним не прикасались с пятидесятых годов, были заколоты гребнями со стразами.

— Это все барахло, — сообщила она Карле. — Но мне нравится блистать, а когда вы доживете до моих лет, то поймете, что выбор невелик. — Она взяла руки Карлы и взглянула на ее ладони. — Ваш выбор призрачен.

Слушая ее, Карла удивлялась все больше и больше. Миранда выпустила ее ладони и начала раскачиваться взад-вперед, словно на нее давило бремя предсказания.

__Вы любите мужчину, который греет вашу постель, — сказала она. — Вы любите его разумом и телом. Но не здесь. — Она выпрямилась и прижала руку к груди. — Вы не любите его сердцем и никогда не полюбите.

Вечером пришло очередное электронное письмо от Миранды. На этот раз оно звучало еще более таинственно, с неким библейским подтекстом.

Карла, выключая компьютер, подумала, что Миранду определенно нужно пересылать в папку «Спам», но каким-то непостижимым образом она всегда оставалась в папке с входящими сообщениями.

Когда солнце восходит над Бурреном и серовато-белый зверобой покрывает известняковый пейзаж желтыми лепестками в Рокроузе царит тишина. Листья осины чуть колышутся полуразвалившийся коттедж по соседству, обвитый вьюнком' маячит в жемчужно-белом свете. Везде тихо, однако Джой вздрагивает. По какой-то причине она проснулась. В ее сны ворвался странный звук. Она спрыгивает с кровати и открывает дверь. Какое-то время она колеблется, а потом, охваченная страхом, бежит к спальне матери и принимается стучать Она несколько раз называет ее по имени и наконец слышит слабый всхлип. Это путает ее, поскольку она знает, что мать зовет на помощь и что за закрытыми дверьми все покрыто кровью.