Темный Улей -1: Король-Примкнувший - Страница 23

– Ладно, как-нибудь почитаю инструкцию по их эксплуатации.

Он вышел с мостика и сбежал по трапу. Джуун в порванной одежде мчался к ним.

– Хан! Принцесса Лея! – радостно приветствовал их он. – А я боялся, что вы отстали!

– А то бы тебе не бояться, – холодно ответил Хан. Он остановился в нескольких шагах от края трапа и положил руку на зачехлённый бластер. – Твой ретранслятор случайно не сдох?

– Конечно, нет! – мотнул головой Джуун. – Просто наш штурман отключил его. После последнего прыжка он нашёл субзвуковой передатчик.

BD-8 подошёл сзади к Лее и поглядел у неё из-за спины, громко щёлкая и жужжа. Джуун остановился в трёх метрах от них и уставился на боевого дроида. Лея попыталась проверить его правдивость, но ощутила лишь тревогу и смущение.

Джуун поднял руки.

– Пожалуйста! Я не виноват!

Краем глаза Лея заметила какое-то движение на башенных стенах, и вскоре к ним ровными рядами вышли насекомые-солдаты. Они походили на лизилов-рабочих, только ростом с вуки, с метровыми жвалами и ярко-красными щитками на спинах. Нижняя часть груди у них была ярко-золотой, а глаза – тёмными, устрашающе-пурпурными. В четырёх руках каждый их них держал электроразрядную винтовку и короткий трезубец. Через некоторое время все поняли, что солдаты стоят на небольших террасах, а не висят в воздухе, так как для человеческого глаза сложно было распознать тончайшую игру света и тени, отделявшие пояса настенной мозаики.

– Всё! Хватит! – рявкнул Хан, хватаясь за кобуру. – Сейчас сам тебя расстреляю.

Края щёк у Джууна посинели.

– За что?

– Как за что? – Хан указал бластером на окружающие стены. – За то, что заманил нас в ловушку!

Джуун широко раскрыл глаза.

– Когда это я успел?

Лея коснулась насекомых в Силе, стараясь найти хоть намёк на враждебность, но ничего не почувствовала.

– Хватит валять дурака, – сказал Хан Джууну. Он навёл бластер салластанину на колени. – Я от этого только зверею.

Лея отстранила руку Хана с бластером.

– Убери эту штуку! – прошептала она. – Мы скорее всё узнаем, если ты спрячешь свою игрушку.

– Тогда что это всё означает? – Хан продолжал сверлить взглядом Джууна.

– Мы это узнаем скорее, если ты уберёшь эту штуку обратно в кобуру.

Хан повиновался, но BD-8 пришлось убеждать.

– Ситуация угрожающая, – настаивал дроид. – Рекомендую удалиться на корабль. Прошу разрешения открыть огонь для прикрытия.

– Не разрешаю! – одновременно сказали Хан и Лея.

– Ладно, – сказал Хан Джууну. – Быть может, я чего-то не понимаю. Где Чёрный Клык?

Джуун сохранял дистанцию.

– Он в лазарете. Когда штурман нашёл ретранслятор, они немного постреляли друг в друга.

У Леи упало сердце.

– А штурман? Он не…

Её вопрос потонул в громоподобном шуме, который начали производить насекомые. Солдаты в трёх нижних рядах подняли щитки, шагнули с террас. Тысячи крыльев задрожали и загудели. Лея слышала, как BD-8 что-то спросил, но не разобрала вопроса и приказала оставаться на месте, хотя сама отстегнула от пояса световой меч и попятилась к трапу «Сокола».

Джуун побежал к ним. Его уши покраснели от испуга. Солдаты покружили в воздухе, а затем спустились на площадку и образовали плотный кордон вокруг «Сокола» и XR808g.

– Ситуация критическая, – доложил BD-8. – Прошу разрешение на принятие боеготовности.

– Р-разрешаю, – пробормотала Лея.

Солдаты издавали оглушающий грудной гул, затем свели ноги вместе и взяли оружие наизготовку. Со стороны XR808g кордон расступился, пропуская небольшую группу насекомых самых разных размеров: от большого пальца Леи до крыла крестокрыла. Большинство из них были лишь вариантами основного вида, встречающегося в Колонии: перистые усы, большие выпуклые глаза, четыре руки и две ноги. Но у некоторых имелись отличительные черты: один был с изящными двухметровыми усами, оканчивающимися мохнатыми жёлтыми шариками, другой – с пятью большими глазами вместо двух больших и трёх малых; некоторые шли на четырёх ногах, вместо двух. Чувствительные щетинки, покрывающие самое большое насекомое, были настолько густые, что напоминали мех.

В центре процессии шёл важный бледнолицый мужчина без ушей и волос, со впадиной вместо носа. Брови у него сливались в одну выпуклую линию, а видимая часть кожи походила на один большой блестящий след от ожога. На нём были пурпурные штаны и алая накидка через золотой хитиновый нагрудник.

– И кто эта жертва моды? – спросил Хан у Джууна.

– Кажется, это Верховный Уну, – почти прошептал Джуун. – Никто его никогда не видел.

– Верховный Уну? – переспросила Лея.

– Можете считать его вождём Колонии. Он не правит, у этих существ другое представление о правлении, но он тут самый главный.

– Что-то вроде пчелиного короля, значит? – спросил Хан.

Лея почувствовала, как Люк коснулся её в Силе, озабоченный её нарастающим беспокойством. Она мысленно успокоила и ободрила его.

Верховный Уну остановился перед XR808g, и двое его сопровождающих поднялись на борт корабля. Лея коснулась его в Силе, стараясь разгадать намерения, и обнаружила там двойное присутствие, как у Примкнувших в улье Лизил. Но его индивидуальность преобладала над общим сознанием и, с удивлением обнаружила Лея, была ей знакома. Лея пустила свои мысли искать в прошлом моменты их встречи.

Сначала она вспомнила Академию джедаев на Явине-4, в то время когда Энакин был ещё слишком маленьким, чтобы там учиться – он так завидовал своим старшим братьям и сёстрам. С воспоминаниями на неё нахлынули эмоции, и Лее пришлось приложить усилия, чтобы горе не захлестнуло при мысли о погибшем сыне.

Разум подсказывал ей, что Верховный как-то связан с её детьми, особенно с Энакином, и она не могла отделаться от надежды, что Верховный и есть Энакин, что её сын всё же выжил после задания на Миркре, а на Хейпсе похоронили другого.

Но это были лишь фантазии. Если бы рядом с XR808g стоял Энакин, Лея бы его узнала. Она бы почувствовала его всей душой.

Потом память перенесла её в другой момент прошлого, на «Затмение», где Силгал и Данни научились подавлять сигналы военных координаторов юужан-вонгов. Джедаи встречались в лаборатории, где сквозь транспаристальной потолок лился свет галактического ядра. Силгал объясняла, что она обнаружила планету, где враг выращивал смертоносных воксинов, которые выслеживали джедаев по всей галактике. “…взрослая исаламири”, – говорила мон-каламари. Вдруг Лея почувствовала чью-то огромную тёмную тень в Силе, которая оттеснила её от Верховного. Лея увидела, как тот смотрит на неё. Его голубые глаза сияли, как пара приближающихся бластерных выстрелов. Лея вздёрнула подбородок и удержала взгляд. У неё помутнело в глазах, и скоро она больше ничего не видела, кроме вперившегося в неё взгляда Уну.

Он мигнул и отвернулся, и Лея почувствовала, что падает.

– Эй! – Хан поймал её за руку. – Что случилось?

– Ничего, – Лея позволила Хану поддерживать её, пока зрение не восстановилось. – Этот король чувствителен к Силе.

– Да? – спросил Хан. – Не припоминаю, чтобы ты на кого-нибудь так реагировала.

– Ничего. Он просто очень чувствителен к Силе, – Лея встала на ноги. – Кажется, он нам знаком.

– Шутишь? – Хан некоторое время разглядывал Верховного, затем покачал головой. – И кто же он?

– Пока не знаю, – сказала Лея.

Пара насекомых, вышедших из XR808g, несли штурмана-йоггоя, приданного Джууну. Его хитиновый панцирь был весь испещрён шрамами и ранами, три конечности безжизненно свисали, а усы были сломаны. Верховный прижался к насекомому своими сгоревшими бровями, поднял трёхпалую руку и начал гладить обрубки его усов.

– Это эвок так постарался? – спросил Хан Джууна.

Салластанин кивнул.

– Чёрный Клык не такой добряк, каким кажется.

Довольный гул раздался из груди раненого штурмана. Верховный выпрямился и посмотрел на «Сокол». Невозможно было прочитать выражение, появившееся на ужасной маске, служащей ему лицом, но по скорости его шагов можно было предположить, что он думал об увиденном.