Танцуй во тьме (СИ) - Страница 29

Непонятная и, кажется, очень древняя сущность, которую питает удовлетворение от чужих эмоций и снов. Да, снов! Напрямую, физически, оно мне ничего сделать не могло! Только атаки на разум. Грезы во сне, всегда безвыходные, заставляющие провалиться в пучину отчаяния. И только что-то самое дорогое и важное служит якорем, только само сознание решает, выбраться ему или нет. И только тогда, когда выбор сделан и идешь на риск, ты снова просыпаешься в реальном мире.

Этот лед вокруг вампира служит каким-то барьером. Я сам проснулся в мокрой луже, только теперь придав этому значение. Сейчас этот невидимка заставляет столкнуться Лиха с самым большим своим страхом. Я не знал, сможет ли он выбраться. Там, в собственном сне, все кажется реальным и пробиться назад очень сложно. Мог ли я чем-то помочь без магии?

Как-то Рида сказала, что магия воздуха в моей крови. Тогда я не понял весь смысл этой фразы. А сейчас, кажется, начало доходить. Сильфы по природе своей элементали. Даже если вокруг нет магии, то она во мне. В моей крови. Магия крови в мире магии не выдумки. Здесь она реальна.

Сходил за отлетевшим в сторону кинжалом под скептический хмык. Ага, как же. Понятия не имел, что сейчас будет. Ладонь сжалась в кулак и я покрепче обхватил оружие. Безропотно поднес сталь к коже. Острая боль полоснула запястье. Царапина тут же налилась алым. Кровь закапала на лед, с тихим шипением разъедая его, следуя моей воле. В темноте зло зашипели, а я улыбнулся. Помогает! Правда, помогает!

- Освободи его, – приказал я, чувствуя, как прибывает магия моей крови. Воздух удивленно дрогнул, но выполнил приказ. Лед пошел трещинами и рассыпался осколками.

====== Воспоминания Лиха. ======

Темнота ночным покрывалом опустилась на землю. Давно заснул в деревне крестьянский люд. Только луна да звезды смотрели на молчаливый лес. Смазанные черные тени мелькали между стволов деревьев, разгоняли темноту огоньками горящих глаз. Чувствуя приближение ночных охотников, звери попрятались, а птицы затихли. Лес словно вымер.

Одна из теней жадно втянула ноздрями воздух, с тихим урчанием почуяв человеческий запах. Старший дал команду вперед и они, смертоносные хищники, устремились к деревне. Земля не носила следов от их быстрых ног. Ни одна веточка не хрустнула на их пути.

Лихорис с волнением прислушивался к себе. Привычный голод начал жечь горло. Сколько он уже не пил, месяц, а может пару недель? Члены их отряда нетерпеливо порыкивали, чувствуя близость жертв. Его собственный рот наполнялся слюной от мысли о теплой вкусной крови. Юноша провел языком по удлинившимся клыкам, глаза, наверное, уже красные. Лих был очень взволнован – это его первая серьезная охота в отряде. Конечно, в тринадцать лет обычно не берут в патрули, но регент молодого полукровки, Арт Нгару, сказал, что юноша довольно способный и его взяли. Лихорис ненавидел своего регента. Он заставлял мальчишку заниматься на плацу и днем, и вечером, и в дождь, и в снег. Оставлял в лесной глуши, кишащей нечистью, чтобы вампир выбрался. Учителя терзали часами напролет нужными дворянину знаниями. От Лиха всегда требовали полной серьезности и суровой дисциплины. Конечно, благодаря именно этим мерам жесткого воспитания, выросло то, что должно было вырасти. Но юноша был уверен, что его отца в войне кланов оборотней и вампиров убил именно Арт Нгару. Мама была очень слаба после родов, сказалась плохая совместимость генов. Лихорис мало что помнил о ней. Когда юноше было шесть лет вампирша скончалась от лихорадки. Поэтому мальчишку и отдали на попечение регента, который мало заботился о племяннике, мечтая о скорейшем совершеннолетии и отправке помехи к власти на границу. Оттуда мало кто выбирался живым.

Вот так и жил все эти года полукровка. Из поместья мамы Арт вывозил ценное имущество, старую дружину распустил, оставив пару сторожей из прежних. Теперь границы графства стерегли воины Нгару. Вот и сегодня мальчишку взяли в патруль. Люди, живущие рядом с графством Энаро, всегда находились в страхе перед вампирами. Полукровке требовалась кровь не больше пары глотков в две недели и обычная человеческая пища, а вот настоящим чистокровным нужна кружка раз в три дня. Лихорис всегда наивно полагал, что охотятся вампиры в настоящее время только на животных, как рассказывала мама, а вкусную человеческую кровь им отдавали доноры за защиту их деревень. Но сегодняшняя охота открыла полукровке более жестокую правду о регенте, надеявшемся, что племянник встанет на его сторону.

Они налетели на деревню, как грозовая туча на ясном голубом небе. Вампиры врывались в дома, без разбору впиваясь острыми клыками в глотки невинных людей. Как только раздались первые леденящие душу крики, деревня пришла в движение. Мужчины с первым попавшимся оружием в руках встали на защиту своих семей. Женщины и дети попытались скрыться в погребах и сараях. Но не помогло. Их было тринадцать, тринадцать опытных убийц, обуреваемых жаждой крови. Вампиры играючи расправились с мужчинами, безжалостно, со злыми усмешками, они накинулись на женщин, насилуя молодых и привлекательных. Бестрепетно вонзали клыки в беззащитные шеи детей и молодых подростков. С азартными криками поджигали дома, чтобы выманить людей и оттуда.

Лих, распахнув рот в беззвучном крике, смотрел на разгорающееся пожарище. Услышав вопль отчаяния, он кинулся на старшего вампира, пытаясь спасти шестилетнюю девочку от гибели. Но что может неопытный парнишка против высшего вампира? Его скрутили и отбросили в сторону, как щенка. Удар о землю выбил из юноши дух. Его резко вздернул высший и разжал Лихорису челюсть, в рот полилась свежая, горячая кровь только что убитого ребенка. Юноша попытался дернуться и вырваться из держащих его рук. Но не получилось, а кровь лилась и он жадно начал глотать под довольную улыбку вампира. Высший знал, что это сводит полукровку с ума. Никогда не убивавший зверь в нем обрел сознание, почуяв свою первую кровь. Вампир откинул от себя опасно оскалившегося маленького зверя с дико горящими алыми глазами, в которых читалось лишь одно – убить. И Лих, вернее, звериная его часть начала охоту.

Уподобившись своим чистокровным сородичам, он рвал нежную и податливую плоть клыками, наслаждаясь кровью, бурлящей от страха, и глазами своих маленьких жертв. Глазами полными боли и первобытного дикого ужаса. Утробно урча, полукровка настигал беспомощных жертв. Нападал на любого, кто оказывался рядом. Почти уже забылся в захлестнувшей его эйфории от власти над смертью других. Зверь поглотил человеческий разум. Но другое “Я”, юное и человеческое, упрямо держалось на грани, отказываясь отдавать свое тело, отказываясь становиться убийцей, упорно бросалось на звериное, вступая с ним в мысленную схватку.

Когда почти проиграл, когда готовился уже отстранится во тьму, он услышал зов. Настойчивый и очень сильный, прорывавшийся к нему через дымку чужой магии. Звавший так неистово и упорно, с боем вырывая мутное сознание в реальность. Картина вокруг рушилась, созданная чужой волей. И только тихий голос, зовущий его, был путеводной ниточкой, лучом, разрезающим мрак. Кто-то такой родной и важный, чьего имени он не мог вспомнить.

Но постепенно пробуждающееся сознание вампира само пошло на зов, чувствуя, как натягиваются ослабленные узы...

Лих пришел в себя. Горячая кровь на своих губах – первое, что он почувствовал. Вздрогнул и открыл глаза, над ним нависла обеспокоенная и чумазая мордашка Тиля. Увидев, что некромант очнулся, сильф облегченно зажмурился. Рядом кто-то яростно взревел. С тревогой смотря в голубые глаза, Лихорис попытался встать, насилу поднимая выпитое досуха тело.

- Пошел к черту, тварь! – с такой же яростью зашипел во тьму любимый, воинственно топорща крылья. Крик сильфа привел вампира в чувство.

Лих резко перешел в боевой транс. В горле зарождался звериный рык. Одним слитным движением он вскочил и плавно переместился в сторону врага. Моментально оценил обстановку – Поглотитель Разума, очень сильный и голодный. Успел уже порядком выпить Тиля и его самого. Раздраженно клацнул зубами, принимая на обнаженный меч удар серповидных когтей. Поглотитель вышел из прикрытия темноты, в которой Лих видел не хуже него. Противное скелетообразное тело с длинным хвостом, обтянутый кожей череп с черными глазницами и клыками в ладонь. При виде воинственно раздувшегося сильфенка, выставившего перед собой кинжал, существо засмеялось. Поглотители в народе были прозваны Хохотунами за их манеру смеяться и извращенный разум. Они запутывали сознание человека в своей странной магии, заставляя поверить в созданную ими реальность, а потом высасывали жизненную силу из жертвы. Опасный противник – Поглотитель Разума.