Таинства красоты [Стихи и поэмы о любви] - Страница 29
Изменить размер шрифта:
* * *
Друзья! Умчалась юность наша.
Пустеет час от часу жизни нашей чаша.
Да, грустно, но тужить нет смысла. Рок.
Иное бедствие постигло нас врасплох.
Собрались мы, как после кораблекрушенья,
Немногие, и нет нам утешенья.
Страна огромная, как целый материк,
Где новый мир недаром ведь возник,
Осталась лишь таинственным виденьем,
Ужасным для кого-то наважденьем,
Прекрасным и пленительным для нас,
В ком свет души поныне не угас.
Здесь, на брегах Невы, взросли мы, юность мира,
Свободные, как пушкинская лира.
* * *
Но что же с нами сталось? Где наш дом?
Как на чужбине, мы в отечестве своем,
Мы - пленники чужой свободы
Нас грабить, лгать, натравливать народы, -
Все ради барыша нуворишей, воров,
Как будто этот путь не стар, как мир, а нов.
Что ж, милые друзья, философы эпохи
Великих катастроф, дела-то наши плохи?
Не веря в Бога с детской простотой
Сократа иль Христа и в Рай земной, -
Его, глумясь, отвергла мстительная злоба, -
Чем можем мы утешиться у гроба,
С последними прости-прощай,
С тревогой за Россию, чистый вешний край?
* * *
И все же мы счастливцы, как ни странно,
Родившиеся в мире новом, верно, слишком рано,
Мы, как посланцы будущих времен,
Сонм жизней прожили. О, чудный сон!
Все было, как впервые: новой жизнью
Повсюду веяло над милою отчизной -
Зимой - в сиянии снегов,
А летом - в пышном разнообразии цветов;
И осень означала - в школу снова
За тайной света, тайной слова,
И с таинством взросления весной
В мечтах и песнях вместе со страной,
Встающей из глубин тысячелетий,
В грядущее унесшейся в полете.
* * *
Так, с детства рос я с чувством Новой Жизни,
Анафемам не веря, отвергая тризны,
У Данте находя ее приметы вновь,
Петрарке внемля, как поет любовь.
А ныне, что ж, как свет за горизонтом,
Сияющим прозрачным зонтом
Она восходит, устремляясь ввысь:
Рожденье заново - ее девиз.
Ее не изолгать всей журналистской своре
В угоду торгашам. Все сгинете в позоре
По кругам Ада, - жребий ваш таков.
А мир предстанет снова чист и нов,
Как в первый день творенья
В эпоху Возрожденья.
* * *
О, город юности моей, нет, ты не сон!
Но где же ты? Иль в небо вознесен
Рукой Петра, как парусник на шпиле,
Когда здесь, на земле, вновь бесы в силе?
Вновь поклоняются не Богу, а Тельцу,
С ножом у горла брату и отцу,
Когда они препятствие успеху.
Вновь русских дев бросают на утеху
Цивилизованных, с деньгой, иных причин
У них так зваться нет, - мужчин.
Россия ж стынет на дожде осеннем,
Убогая и нищая, как в старой песне.
О, город мой, восстань! Очнись!
Красой и подвигом России вновь явись!
III
Трагедия Греции.
1
Мудрейший из людей, маститый,
В веках философ знаменитый,
Судом Афин, - судьбы такая круговерть, -
Он осужден на смерть.
- Беги! В тюрьме открыты двери.
Всяк будет рад, - твердят друзья,
Приняв все, видно, меры.
А он: - Искал я истину в себе.
Она - в моей судьбе, -
И принял яд.
В Афинах горькое смятенье.
Суд отменил свое решенье,
Нарушив сам закон,
Неправый будто, как и он.
2
И сбросил все оковы,
Как раб, свободный гражданин.
Так расшатались все основы
Единых некогда Афин -
В зените славы, в век Перикла...
Давно душа моя привыкла
Любить тот век, век золотой,
И, уносясь мечтой свободной,
В России находить подобный,
Весь упоенный красотой.
Но ныне в бедственных годинах,
Постигших Родину мою,
С тревогой горестной в Афинах
Судьбу России узнаю.
* * *
Нежнейшая душа, каким в сонетах
Предстал он в тайне как бы, первым и в поэтах
Прослыть желая, верно, мастерство
Оттачивал, как маги - волшебство.
А лучше, как актер, с друзьями милый,
На сцене - исполинской силы
Герой, как Макбет, Гамлет, Лир,
Когда против него - весь мир.
Как мало знаем мы о нем и много,
Он - океан страданий и восторгов.
Другой таинственный пример -
Слепой, исполненный величия Гомер.
Они сродни на диво,
С истоками у мифа.
* * *
В блистательный, жестокий час заката
Эпохи Ренессанса, что, как ночь, богата
Сияньем звезд ярчайших, - всех имен
Мне не назвать, Шекспир - из первых он.
Мир гибнет, зло повсюду, власть - злодейство.
Но Дездемона, с нею наше детство
Оправданы вовек. Ромео и Джульетта -
То юность наша и поэта.
Любовь не ведает оков.
Офелия - певучая печаль веков.
Все в лете канет - власть и сила злата,
Жизнь губящих на острие булата.
Лишь мир поэзии, взошедший, вновь взойдет
Сияющей плеядой вечных звезд.