Тагир. Заберу твою любовь - Страница 11
Мне опять хорошо с ним! Хорошо! Стон сдержать не могу, выгибаюсь…
– Саша… девочка моя…
Он обнимает, прижимает к себе, волосы убирает с лица и смотрит.
– Красивая моя…
– Тагир…
– Тише… тише, маленькая, не бойся, я не обижу…
– Я не боюсь…
Он неожиданно улыбается, и улыбка так преображает его лицо, что у меня сердце сбивается с ритма. Он красивый. По-настоящему красивый мужчина. И он… он хороший. Я верю, что он точно не обидит.
– Храбрая моя Роза с шипами.
– Тагир, я… – сама не знаю, что хочу сказать. На самом деле ничего не хочу говорить.
Хочу целоваться с ним. Мне понравилось.
От этой мысли жаром заливаюсь, краснею, и хочется спрятать лицо. У него на груди спрятать, что я и делаю. И слышу, как он усмехается тихонько, потом укладывается рядом, обнимая.
Мы лежим на боку, он меня по спине гладит. Хочется спать, но я борюсь со сном.
– Засыпай, вижу же, что устала.
– А ты?
– Я… хороший вопрос, Саша. Мне уйти надо.
– Что? – почему-то пугаюсь этого. Не хочу, чтобы он уходил.
– Надо. А тебе надо меня прогнать.
– Нет. – прижимаюсь к нему. Сама не понимаю, чего боюсь, кажется, что если он уйдёт, то что-то страшное случится. Может, вернётся полиция, а может… может дружки этого гада. А я тут одна, беззащитная…
– Не бойся, Саша, я никуда не уйду сейчас. Буду с тобой. Хоть и не должен.
– Почему? – странный вопрос задаю, понимаю это, но мне нужно знать.
– Потому что не должен тебя… м-м-м…компрометировать.
– Компрометировать?
– Ты одинокая девушка. Не хочу, чтобы о тебе думали дурно.
– Кто? Кто может подумать? И… кто узнает?
– Не важно. Я знаю. И я не хотел бы, чтобы думали, что ты…
– Что я что?
– Что ты с вот так с мужчиной ночь проводишь.
– Кому какое дело до этого?
Он снова усмехается.
– Странная ты.
– Я? Совсем не странная. Я нормальная. Мне уже девятнадцать. Могу… могу проводить ночь с кем хочу, я никому не обязана.
– Нет. Теперь нет.
– Что?
– Теперь не можешь.
– Почему?
– Потому что теперь ты моя, Саша.
– Что?
– Моя женщина. И ночи будешь со мной проводить.
Глава 16
Говорю категорично, так, чтобы услышала и поняла.
Хотя чувствую – с этой девочкой так нельзя. Опасно. Не работает.
Но по-другому пока не умею.
И надо как-то прийти в себя.
Потому что информация о том, что Саша девственница меня просто наизнанку вывернула.
Причём, я же думал об этом! Думал! И… и даже сестра мне говорила! Я тогда немного посмеялся над простодушием Лалы, а она меня кулачками своими мелкими побила.
– Ты очень наивная, Лала!
– Как ты можешь, Тагир! Она бы мне сказала!
– А вы об этом тоже разговариваете?
– Мы, девочки, обо всем говорим!
– Надеюсь, что нет.
– Тага!
– Надеюсь, твоя подружка понимает, что тебе не всё можно рассказывать.
– Тагир! Фу таким быть! Саша, она… да она даже не целовалась ни с кем!
– Конечно…
Да, я посмеялся…
А потом уснуть не мог. Вспоминал её губы… улыбку… её нежное тело. Хрупкое такое.
Я всегда любил женщин с формами, грудь, бедра, если еще тонкая талия – вообще отпад.
Саша не такая. Она длинноногая, как оленёнок, изящная, хотя грудь под одеждой казалась вполне приличной. Но я же знал про ухищрения девчонок, всякие там пуш-апы. Знал. Когда там, в клубе прижал её – понял, никаких там пуш-апов нет. Она вообще без бюстгальтера! Чёрт… ведьма мелкая! Запретить ей так ходить! И вообще, надеть на неё абайю, хиджаб, а еще лучше никаб!
Закрыть в своём дворце, в спальне, и не выпускать!
Её красота только для меня!
И чистота!
Чистота…
Знать о том, что Саша девочка, что она нетронутая – это отдельный сорт моего личного кайфа.
Знать!
Мечтать!
Желать…
Понимать, что первым буду я.
Первым во всем.
И последним!
Да, чёрт возьми! Я буду последним! Никого не подпущу! Никогда!
– Саша…
– Тагир, я…подожди… что значит – твоя женщина?
– То и значит. Моя и всё.
– Но… ты…Ты меня спросил? Хочу я быть твоей?
Что? Спрашивать? После того как открывалась мне? Как почти отдалась?
Не понимаю её.
Вообще не очень хорошо понимаю женщин.
То есть, самое простое понимаю – защищать, подарки дарить, делать приятное, водить в рестораны, получать удовольствие в постели – обоюдное удовольствие, потому что когда девочка не кончает – это всё не то. Нет того кайфа.
Что еще? Ну, расставаться достойно, стараться компенсировать то, что ты её оставляешь, хороший подарок подарить, у меня уже даже список есть, что любят девочки, какие сумки, какие бренды, какие украшения.
Но на этом всё. Женские заморочки не для меня. Я это сразу каждой говорил.
Не то, чтобы их было много, я всё-таки чистоплотный.
Что я сразу чувствую, осознаю, так это то, что Сашка другая. Реально роза с шипами.
И с ней надо иначе.
Но как?
– Спросил, Тагир?
– А ты не хочешь?
– А если нет?
– Ты так стонала сейчас, выгибалась, трогать себя позволяла и не хочешь?
– Я… – краснеет, ресницы опускает, глаза пряча. Трогательная, невозможно, нежная, хочется обнять, прижать, целовать, а не вот это вот всё. – Я просто… ты меня врасплох застал и я…
– А если бы это не я был? Ты бы тоже так?
– Что?
– Если бы тут был этот… например, тот парень, с которым ты снималась? Или тот фотограф, которому руки переломали?
– Это ты? Ты переломал?
– Я не бандит, если ты об этом. Но я знаю кто переломал.
– Господи…
– И да, я дал добро на это. Потому что твой Гурам…
– Он не мой.
– Хорошо, не твой Гурам уже стольким девочкам жизнь сломал! Заставлял проституцией заниматься, ты считаешь, надо было его отпустить?
– Я считаю, что должно быть правосудие, а не самосуд.
– Правосудие собиралось его отпустить. А он хотел с тобой разобраться, считал, что это ты на него навела. Как тебе такое?
– Я… я…
– Всё, тихо, мы не об этом сейчас. О другом. Ты хочешь быть моей женщиной?
– Ты… спрашиваешь?
Вздыхаю тяжело. Как с вами, женщинами, сложно!
– Спрашиваю!
– Серьёзно? Ты же… ты ведь уже всё решил? Ты сам сказал, что я твоя…
– Саша… ты моя. Но я тебя спрашиваю.
– Я… я не знаю… Ты… ты считаешь, что я уже твоя…
– Я считаю так, потому что я без ума от тебя, Роза, я с ума по тебе схожу, слышишь? Провалился в тебя, с первого взгляда!
– Я же тебе не понравилась? – вижу, как удивляется, ресничками хлопает.
Чуть ближе её притягиваю, нависаю. Хочется снова её целовать, занежить хочется. Всю… пометить… Чёрт! В паху всё сводит, член только что не дымится! Но…Нельзя. Она девочка, она чистая, у нас с ней всё будет не так…
– Не понравилась, говоришь? – усмехаюсь, ловлю её подбородок, целую мягко… – Как ты могла мне не понравится? Такая сладкая…
– Мои шорты…
– За них хотелось тебе всю твою милую попочку хорошенько надрать! Напороть так, чтобы сесть могла только…
– Только?
– Только на меня…
Хочется сказать – на мой член, но с девочкой так нельзя.
– Мне тоже тебя хотелось стукнуть! За взгляды твои, и за то, что деньги предложил…
– Тут я облажался, прости, Роза…
– Облажался, потому что предложил? Или потому, что мало?
Глазами засверкала! Обиду вспомнила…
– За то, что поганый мой язык посмел это сказать, Саш, я ведь знал, что ты не такая… знал… Выбесить тебя хотел, наверное. Решил, что бессмертный.
– Выбесил. Если бы ты не…
Вздыхает, лицо снова пытается спрятать.
– Что?
– Я бы не пошла в тот клуб, если бы не эти твои слова, взгляды. Пошла, потому что… доказать хотела, что я могу жить так, как хочу. И носить то, что хочу, и вообще…ты же знаешь, что нападают совсем не из-за одежды! Вон Лала наша одевается скромно, и что? Прости, что говорю…