Светлый пепел луны (ЛП) - Страница 247

— А теперь ты.

Су Су не смутилась.

— Хорошо.

Она взяла кисть и добавила ещё несколько листьев, неумелых и кривых, и быстро подняла глаза, чтобы посмотреть на его реакцию. Выражение лица Цзи Цяня оставалось восторженно-влюбленным, словно он не заметил испорченный рисунок.

— Красиво? — спросила Су Су.

— Очень, — не задумываясь ответил он.

Богиня расхохоталась.

— Знаешь, я не умею быть элегантной женщиной. Не пишу стихов, не рисую. Даже танцевать не умею.

Бай Цзи Цяня удивили её слова. О чем она говорит?! С её красотой никакая элегантность не сравнится. Из-за таких восхитительных женщин, как Су Су, начинаются войны между государствами.

— Если я ничего не умею, понравлюсь ли я тебе?

Бай Цзи Цянь ответил без тени сомнения:

— Конечно!

Су Су вдруг взяла кисть.

— Нет, кое-что я умею. И тебя научу.

Она взяла чистый лист и начала рисовать. Пусть она не сильна в изящных искусствах, но зато разбирается в оружии, в сражение победит любое чудовище, а еще умеет врачевать и писать талисманы.

— Сейчас я покажу тебе, какие чудесные вещи бывают на свете.

Бай Цзи Цянь неожиданно разволновался, глядя на странные каракули, возникающие на бумаге. Что, если она собирается признаться ему в своём таинственном происхождении? Но это не имеет смысла, ибо кем бы она не была, он всё равно её не отпустит. Взяв себя в руки, он спокойно спросил:

— И что же это за удивительные вещи?

Он ожидал, что на бумаге оживут какие-то волшебные диковины или страшные монстры, но вместо этого почувствовал прикосновение её мягких губ к своим. Лёгкий поцелуй нес едва уловимый аромат эпифиллума.

Бай Цзи Цянь замер от неожиданности, а Су Су уже отпрянула от него и сказала со смехом:

— Поцелуй — самая чудесная вещь на свете! Теперь и ты это знаешь.

Его глаза стали бездонными и, глядя в них, Су Су утонула. Щёки её залил жаркий румянец. Он накрыл её затылок своей широкой ладонью и, притянув к себе, поцеловал. Его губы были горячими и нежными, а тёплый осенний воздух пах спелыми фруктами и палой листвой.

Так и пролетали дни в ожидании свадьбы. Он чувствовал, что любим ею.

И это было прекрасно.

В ожидании результатов осенних государственных экзаменов Лю Дун Янь совсем извелась. Она всё ещё не теряла надежды выйти замуж за Бай Цзи Цяня, и не важно, кого он там любит и на ком мечтает жениться, его счастье не её забота. Нравы в Чанлэ строгие, если она потребует у жениха выполнить взятые на себя обязательства, слухи об этом разнесутся, как пожар, и все жители города встанут на её сторону. У него не останется другого выхода, кроме как сыграть свадьбу.

Но раньше, чем появились списки сдавших экзамен, до матери и дочери Лю долетела ужасная весть, которую принесла близкая подруга Дун Янь. По её словам, весь город судачил о том, что во время охоты на Цзи Цяня напал тигр и повредил ему правую руку.

— Братец Бай сильно пострадал! Разве вы не навестите его?! — спросила она у потерявшей дар речи невесты и её матери.

Те тотчас же бросились к дому господина Бая, но во дворе встретили лекаря, отмывающего в тазике с водой покрытые кровью руки.

— Что с Цзи Цянем? — спросила его дрожащим голосом перепуганная Дун Янь.

— Серьёзно повреждена правая рука. И вот скажите на милость, зачем звать доктора, если ему нечем заплатить! Что за злосчастная судьба у этого бедолаги!

— У него нет денег? — холодея, спросила тётка Лю. Из всего сказанного она услышала только это. Как такое возможно? Она точно знала, что у Бай Цзи Цяня денежки водились.

Собравшиеся вокруг жители соседних домов зашептались:

— Видно красотка, что жила у него в последнее время, пустила по ветру всё, что он накопил. А теперь он калека. Как ему жить дальше? Без руки не поохотишься. На государственную службу тоже не возьмут, писать-то он больше не сможет! О карьере чиновника можно забыть навсегда!

Слушая охи и ахи окружающих, Дун Янь то краснела, то бледнела, но в дом к раненному так и не вошла. Её мать совсем перекосило от злости. На самом деле, разговоры о разрыве помолвки она всегда затевала только с одной целью — припугнуть Бай Цзи Цяня и урвать у него что-нибудь ценное. Другому ухажёру Дун Янь давно перевалило за пятьдесят, и пожелай она разорвать помолвку с молодым мужчиной и позариться на дом старика, её непременно заподозрят в корысти и по городу пойдут пересуды.

Но на этот раз с Бай Цзи Цянем действительно случилась беда.

— Мама, я не пойду замуж за калеку, — всхлипнула Дун Янь.

— Тише, доченька, не то о нашей семье пойдут дурные слухи…

— Для вас дороже дочь или доброе имя? Я хочу разорвать помолвку!

Когда через пару дней из дома Бай Цзи Цяня семейству Лю доставили письмо с предложением назначить дату свадьбы, девица Лю так перепугалась, что тем же вечером в свадебном паланкине отправилась в дом господина Ли.

В день оглашения результатов государственного экзамена, Дун Янь направлялась в отчий дом с первым визитом в качестве замужней дамы, и, сидя в портшезе, услышала, как люди на улице обсуждают человека, в числе первых удостоенного степени «цзюйжень»*.

— Господин Бай не только одарён в искусстве изящной словесности, но и необыкновенно красив! — заходясь от восторга, рассказывал солидного вида мужчина собравшимся вокруг него праздным слушателям.

Дун Янь не выдержала такого наглого вранья и, выглянув из портшеза, вмешалась в разговор:

— Ну что вы такое говорите! Какай еще красавец! Вы разве не слышали, что он искалечен?

Человек, нахваливавший Бай Цзи Цяня, с удивлением посмотрел на молодую госпожу.

— Что за глупости! Зачем вы на него наговариваете?

Та попыталась оправдаться:

— Я слышала собственными ушами, что на него напал тигр!

— Ах, вы об этом? Да это же сплетни, как можно им верить. С его рукой всё в порядке!

Услышав такое Дун Янь лишилась чувств и посещение родителей пришлось отменить. Мысль о том, что положение семьи Бай после того, как Цзи Цянь успешно сдал государственный экзамен, полностью восстановлено, долго еще не давала ей покоя. Какая же досада, что, услышав о несчастье, она не вошла в дом и не убедилась в том, что её жених в полном порядке! Зачем же она так поторопилась выйти замуж за престарелого Ли Юань Вая!

Ранним утром Бай Цзи Цянь стоял во дворе и, закусив губу, смотрел на странное существо, сидящее на пригорке за домом. Надо было как-то объяснить его появление Су Су, но ему решительно ничего не приходило в голову. Наконец, мужчина нерешительно промямлил:

— Не бойся, он тебе не навредит.

Монстр отдаленно напоминал гигантского тигра с огромной страшной мордой и торчащими наружу клыками, при этом хвост у него был, как у льва. Каждый год чудовище спускалось с гор и преданно смотрело на Цзи Цяня. Это продолжается с тех пор, как он себя помнит. Однажды, он даже видел, как это полосатое нечто поглощало души умерших. Сам-то он к нему давно привык, а вот его невесте такой гость вряд ли понравится.

Закрыв глаза и опустив голову, он лихорадочно соображал, что же сказать, но демон-тигр, увидев богиню, скатился с обрыва прямо ей под ноги и стал маленьким, как месячный котёнок.

— Мяу, — тревожно пропищал он и испуганно прижал розовые ушки.

Су Су присела рядом с ним и, разглядывая старого знакомого, подумала про себя, что за тысячу лет он не поумнел и так и не обрел божественного сознания.

Демон всерьёз раздумывал, не дать ли ему дёру, но когда Су Су протянула руку и ласково погладила его по пушистой шёрстке, лапки тигра тут же подкосились, и он рухнул на спину, показывая богине свое мягкое брюшко и полное смирение. В его маленькой головке билась только одна мысль: «Неужели прекрасная богиня пришла, чтобы убить нас с хозяином?».

Су Су положила указательный палец на тигриный лоб и некоторое время сосредоточенно к чему-то прислушивалась, а потом сказала с чувством: