Суета вокруг кота - Страница 11

Серые снеговые тучи, низко нависшие над Екатеринбургом, неустанно сыпали мелкой белой трухой, сильно смахивающей на муку. Сыпали уже третий день кряду. Коммунальные службы города, уставшие состязаться с разгулявшейся стихией, сдались и объявили о своей безоговорочной капитуляции. С тех пор снег единолично завладел городом. Белое покрывало, укутавшее дома и улицы, с каждым часом становилось все толще и толще, полностью парализовав движение как общественного, так и личного транспорта. К десяти часам вечера на улицах не было ни души, лишь мотались туда-сюда причудливые тени от скованных морозом деревьев, да безустанно мела пурга, выпевая однообразное «у-у-у…». Город словно вымер, ибо его пугливые жители предпочитали отсиживаться в безопасных квартирах, довольствуясь компанией теплых калориферов и телевизоров, без передыху транслирующих развлекательные предпраздничные программы. Впрочем, даже с учетом всех перечисленных негативных факторов непродуктивной неге предавались отнюдь не все, ибо и сейчас в городе нашлись те упрямцы, глупцы или энтузиасты, кто предпочел работу – отдыху…

Несколько новых высотных домов, построенных в Академическом районе города, стояли чуть вдалеке от всех прочих зданий – на уютном пригорочке за лесочком, немного на отшибе. Настоящие дворцы из бетона, стекла и стали – намеренно изолированные от постоянной суеты и шума огромного мегаполиса. Спонсоры посчитали, что именно такая спокойная атмосфера как нельзя лучше подходит для заселяющихся сюда молодых и перспективных ученых, получающих различные гранты и премии. Именно им предстояло двигать вперед самые новаторские разделы науки, воплощая в жизнь наиболее смелые замыслы и идеи. Поэтому и жил Академгородок своей особенной, размеренной, отличной от остального города жизнью. Поэтому дома здесь были тихими и комфортными, а квартиры – большими.

– Слушай, а чем все-таки занимался твой отец? – Высокая худощавая девушка с целой копной огненно-рыжих локонов на голове недовольно отодвинула порядком потрепанную тетрадь, потом подперла подбородок ладонью и устало вздохнула. – Ничего не понимаю. Это же не записи, а каракули какие-то. Часть из них сделана на русском и английском, а часть на латыни… Он вроде бы изучал математику и кибернетику?..

– Кибениматику! – невесело пошутил черноволосый молодой человек, увлеченно копающийся в недрах непонятного прибора. – Науку, родившуюся на стыке пофигизма, математики и кибернетики. А еще квантовую физику, теорию межпространственных переходов и, кажется, немного мистику… Черт! – Прибор тихонько загудел, а металлическая арка, установленная в центре комнаты, засветилась таинственным серебристым светом.

– Не смешно! – обиженно фыркнула девушка, одергивая щегольскую кожаную жилетку. – В мистику я не верю. И тебе – между прочим, уже два дня как доценту наук, руководителю кафедры прикладной физики – тоже не советую ею увлекаться. А то пропадешь, как твой отец!

Поняв, что сморозила глупость, девушка прикусила свой болтливый язычок, но было уже поздно. Ее собеседник раздраженно бросил на подставку паяльник для микросхем и возбужденно вцепился в свою и без того взъерошенную шевелюру.

– Милая Танечка, – запальчиво вскричал он, – ну как ты не понимаешь всей серьезности сложившейся ситуации? Отец исчез двадцать лет назад. Есть основания подозревать, что не без посредства вот этой энергетической рамки. – Он пальцем указал на слабо светящуюся арку. – Но как именно произошел оный процесс, я не могу понять и по сей день. Принцип работы прибора противоречит не только всем законам физики, но и обычной здравой логике. Тут поневоле поверишь в мистику!

– Милый Ванечка! – насмешливо передразнила его девушка. – Да, до Нового года осталась всего неделя. Но даже на фоне грядущего праздника я категорически отказываюсь верить в какие-то антинаучные сказки про перемещения в иные пространства. А я, между прочим, не только твоя невеста, но и ассистентка и лаборантка в одном лице. И мне, извини, уже не пять лет, а целых двадцать пять…

– И все равно он переместился в другое измерение! – упрямо повторил Иван.

– Ага, а ведьмы, волшебные животные, тролли и эльфы тоже существуют! – язвительно сообщила вредная Татьяна. – Пока не увижу их собственными глазами, не поверю.

– Мой отец, профессор Севастьян Милославский, переместился в другой мир! А я дал себе обещание продолжить его исследования! И я обязательно докопаюсь до истины… – продолжал настаивать Иван, сердито хватая паяльник и наугад тыча им в прибор. – Ах!

Полыхнуло и громыхнуло. Из ни в чем не повинного прибора вырвался сноп искр, а рамка в центре комнаты вспыхнула особенно ярко.

– Ой! – испуганно взвизгнула Таня, отпрыгивая в угол.

– Ай! – вскрикнул обжегшийся Иван, роняя паяльник. – Чего это с ним?

Сияющее мерцание внутри рамки неожиданно разорвалось, разошлось, словно туман, открывая бездонный черный туннель, в глубине которого показались две фигуры. Фигуры будто летели сквозь пустоту, с каждой минутой приближаясь, становясь все более четкими и реальными. Вскоре стало понятно – та из них, что покрупнее, представляет собой мощного мужчину, несущего на руках стройную девушку с длинными белокурыми волосами.

Приоткрыв от изумления рты, Иван и Таня не отрываясь смотрели на представшее перед ними зрелище.

Рамка громко звякнула, и незваные гости, пришедшие непонятно откуда, легко прорвали тонкую воздушную пленку между краями рамки, лопнувшую наподобие мыльного пузыря, и с шумом свалились на пол комнаты.

– Кто, кто они такие и откуда взялись? – с заиканием спросила Таня, пальцем указывая на странную парочку, распластанную у ее ног. – Иван, что вообще здесь происходит?

– Не знаю! – растерянно пробормотал ее жених, с опаской рассматривая очень смуглого мужчину в камзоле и высоких сапогах, с рапирой на боку, сильно смахивающего на мушкетера из одного известного кинофильма. Затем его взгляд переместился на спутницу «мушкетера» – очаровательную, вооруженную до зубов блондинку, бессильно поникшую на груди своего друга. – Господа, товарищи, камрады, э-э-э, ребята, вы живы? – почему-то шепотом поинтересовался молодой ученый.

Ответом ему стала тишина.

– Да они же в обмороке! – догадалась Таня. – Сейчас… – Девушка схватила стоящую на столе вазу с гвоздиками и выплеснула всю воду на пребывающих в бессознательном состоянии гостей. Выплеснула вместе с цветами.

– Завянь мои фамильные лотосы! – громко вскрикнула блондинка, открывая глаза, оказавшиеся восхитительно миндалевидными и пронзительно-синими. – Разве дождь так и не закончился? – Она села и провела рукой по лицу, отбрасывая на плечи пряди мокрых волос вперемешку с гвоздиками.

– Ой! – повторно взвизгнула Таня, увидев уши гостьи – необычно длинные и заостренные.

– Ты кто такая? – в унисон ей завизжала блондинка, неуловимо быстрым движением выхватывая кинжал из ножен на поясе. – Наемница? Шпионка? Агент тайной канцелярии? Тебя король или королева послали?

– Куда послали, какая королева? – не поняла Таня. – Английская, что ли? А почему вы тогда говорите на чистейшем русском… – И тут до нее внезапно дошло, блондинка изъясняется на каком-то чужом, певучем, совершенно непонятном языке, просто синхронный русский перевод почему-то звучит прямо в голове.

– Не выдумывай, мы разговариваем на всеобщем мидирском! – агрессивно рявкнула блондинка, вскакивая на ноги и приставляя кинжал к горлу Татьяны. – Вот ты и выдала себя, шпионка!

– Простите, но попрошу вас не угрожать моей невесте и вести себя корректно! – вежливо произнес Иван, поправляя сползшие с переносицы очки.

– Да-а-а?! И на что это вы намекаете? – с издевкой прищурилась воинственная блондинка.

– Не намекаю, – поправил ее ученый. – Довожу до вашего сведения: вы находитесь у меня дома, а мы – люди мирные. Поэтому всякие террористы с оружием нам не нужны!

– Мы не террористы! – обиделась блондинка. По выражению ее лица было понятно – смысл слова «террорист» ей совершенно не известен, но, судя по всему, это определение девушке не понравилось.