Страх, гнев, печаль и радость - Страница 4

Выработка окситоцина стимулируется прикосновениями, доверием. У животных прикосновения и доверие – это одно и то же. Обезьяны разрешают прикасаться к себе только тем, кому доверяют, так как знают, что прикосновение может вылиться в насилие. У людей окситоцин вырабатывается благодаря многим вещам: от держания за руку до ощущения поддержки. Держание за руку вызывает выброс незначительного количества окситоцина, но когда это повторяется достаточно длительное время, например, как в случае с парами, дожившими вместе до старости, это создает определенный знак, при котором человек ощущает надежность и доверие. При занятиях сексом выбрасывается огромное количество окситоцина одновременно, но это способствует появлению доверия на незначительный период времени.

Рождение ребенка стимулирует выброс огромного количества окситоцина и у матери, и у ребенка. Выкармливание чужих детей также может стимулировать выброс этого гормона. Дружеские связи (тоже) стимулируют выброс окситоцина у обезьян, и исследования доказывают, что особи с более широкими социальными связями имеют больший успех в продолжении рода.

Есть причины, по которым у нас может резко уменьшится выработка «гормонов счастья». Такими причинами могут быть вирусные, инфекционные, эндокринные заболевания, а также набирающий обороты вирус «хронической усталости».

А вот другой нейромедиатор, кортизол, наоборот, провоцирует негативные чувства. Это вещество, которое высвобождается, когда мы чувствуем опасность. Когда мы чувствуем тревогу, наш мозг ищет способ остановить ее. Иногда решение очевидно, как в случае с горящей печкой, – нужно только убрать руку. Но негативные ситуации не всегда имеют такое простое решение. Решение может не удаваться найти долгое время, но наш мозг продолжает в это время командовать «сделай же что-нибудь!». В это время мозг продолжает сканировать окружающий мир с целью найти что-то, что нас успокоит. Это желание «сделать что-то» способствует выживанию, но в то же время приносит определенные проблемы. Это заставляет нас делать все что угодно, чтобы остановить выделение кортизола. Могут ли пончики помочь сделать карьеру или вернуть потерянную любовь? С точки зрения мозга могут. Сознательно мы знаем, что пончики не решают проблемы, а скорее, наоборот, их создают.

Но когда что-то помогает поменять «несчастливые» нейромедиаторы на «счастливые», мозг запоминает это как позитивный опыт.

Когда пончики вызывают появление нейромедиаторов счастья (ведь жир и сахар в природе редкое удовольствие), создается устойчивая нейронная связь между предметом (пончиком) и результатом (мы становимся счастливее). И в следующий раз, когда вас уволили или вы завалили важный экзамен и мозг хочет, чтобы мы что-то сделали, съесть пончик – как раз то действие, которое, по мнению мозга, должно нам помочь. Ведь уровень нейромедиаторов счастья повышается, а значит, все становится намного лучше. Безусловно, можно не последовать этому действию, и тогда мозг выстроит какие-то другие нейронные связи для избавления от негативных переживаний.

Так же и с чувством вины. Это негативное чувство, с которым мы справляемся так, как мы научились, так, как мы выстроили свои нейронные связи. Для того чтобы поменять свое поведение и выстроить новые нейронные связи, нужно время и определенные усилия, чтобы противостоять желанию делать так, как мы привыкли.

Когда нас в чем-то обвиняют, в нашем организме увеличивается количество кортизола, и мозг начинает искать способы его уменьшить. Когда люди несколько раз берут на себя вину, соглашаются с тем, что они должны быть наказаны, этот способ сохраняется у них в памяти как то, что понижает ощущение вины. То есть то, что понижает уровень кортизола. Поэтому в ситуациях, когда они чувствуют себя виноватыми, они идут по протоптанной дорожке – наказывают себя, как бы искупая свою вину. Но часто этого недостаточно, и тогда им снова и снова приходится повторять одно и то же действие – снова и снова себя наказывать, желая избавиться от негативного переживания.

С точки зрения нейропсихологии, свое состояние можно регулировать не только понижая уровень «несчастливых» нейромедиаторов, но и повышая уровень «счастливых» нейромедиаторов. Их уровень можно повышать с помощью как действий, так и определенных продуктов.

Интересно, что подобные манипуляции проводились и с людьми, в частности, в клинике нервных болезней. Людям, которые получали определенные медицинские показания, вживлялся электрод, который воздействовал на зоны мозга, отвечающие за удовольствие. Искусственная стимуляция через электрод этого участка мозга приводила к тому, что после окончания процедуры пациент ходил за врачем с просьбой:

«Зоны удовольствия» и «зоны неудовольствия» расположены в головном мозге около центров органических потребностей.

Кстати, самый простой способ получить удовольствие – съесть сладкое или жирное (именно эти свойства еды больше всего ценились в древние времена, так как сладкое и жирное было очень трудно достать). Они воздействуют на центры удовольствия практически так же эффективно, как и электроды. Поэтому давайте лучше есть пончики, чем тыкаться проводами, пончики не решат проблемы, но заставят наш мозг думать, что это так. Хотя бы на время.

Социальные эмоции – неотъемлемая часть психики человека. Это эмоции, которые рождаются через несколько лет после того, как рождается сам человек. Гармоничное развитие человека невозможно без развития социальных эмоций: они обеспечивают чувство безопасности в обществе, гарантируют защищенность и спокойствие. Социальные эмоции регулируют отношения между людьми, являются частью культуры и социальной жизни общества. Тем не менее перекос в сторону деструктивных социальных эмоций, то есть эмоций, ограничивающих свободу человека, делает его заложником собственных принципов.

Любой процесс формирования социальных эмоций можно разделить на три этапа: создание внутренних принципов, принятие решения об изменении своего поведения и изменение решения о стратегии своего поведения (структура «аффект – когниции – поведение»). На каждом этапе главное действующее лицо – сам человек.

Человек медленно и кропотливо выбирает, каким принципам ему следовать в жизни, решает для себя, что такое хорошо, а что такое плохо. Часто это происходит неосознанно, но тем не менее без принятия человеком этих принципов не обходится.

Когда же принципы сформированы, человек начинает их использовать как инструмент для оценки своего поведения. В детстве эту функцию выполняли другие люди, но так как все внешнее рано или поздно становится внутренним, эту функцию по мере взросления берет на себя сам человек. Это своего рода критерии, которые помогают определить, правильно поступает человек или нет, требует ли поведение человека коррекции или нет.

Если человек решает, что поступил неправильно, и его поведение требует коррекции, то он сам себя наказывает, применяя самоедство и испытывая вину. Или же испытывает стыд перед другими людьми. Различие вины и стыда заключается в том, что, испытывая вину, человек ищет способы искупить, исправить свое поведение, в то время как стыд не предполагает такой возможности.