Страдания Адриана Моула - Страница 28

ся помочь. Картофелины по полу разлетелись, так хоть бы одну поднял, гад.

А эти свиньи из супермаркета “Сейнсбери” у меня еще получат свое. Накатаю жалобу, будут знать, как гнилые пакеты покупателям подсовывать. Что это за пакеты, в которых картошку полмили нельзя протащить, чтобы не рассыпать. Отдал маме пятнадцать фунтов сдачи, а она разнылась, что зеленый горошек забыл купить и еще какую-то дребедень французскую. Дождешься от нее благодарности, как же.

А как увидела, что батон белый не купил, так и вовсе истерику закатила. Я, конечно, попытался втолковать, что теперь она сможет сама хлеб испечь.

– Ты уж меня прости, Адриан! – рявкнула мама. – Не я, а тытеперь можешь хлеб свой печь! Сколько душе угодно!

До ночи месил тесто и распихивал по формочкам. И что это такое с тестом вышло? Каждые пять минут туда-сюда мотался, духовку открывал, проверял, как там мои булочки, испеклись или нет. А они даже не поднялись.

11 июля, воскресенье

Пятое после Троицы.

Пандора говорит, не надо было без конца в духовку заглядывать.

Отец воротит нос от бараньего бульона. Вместо того чтобы поесть здоровой домашней пищи, давился в пабе разогретым в микроволновке луковым пирогом и чипсами.

Эти забегаловки его до коронарной недостаточности доведут, точно!

12 июля, понедельник

Выходной день (в Ирландии).

Умник Хендерсон из 5-го “Б” опять выпендрился! Решил при молодежном клубе выпускать поэтический журнал. Я отнес ему кое-что из своего раннего творчества, а также одно стихотвореньице из недавних. Называется

ОДА ЭНГЕЛЬСУ,

или

ГИМН СОВРЕМЕННЫМ НИЩИМ
Энгельс! Описал ты несчастья нищихво дни твои,Не ведая, что нищие будут житьИ в восемьдесят втором.Но чу! Что вижу я сегодня?Змеится длинная хвостень голодных,Бездомных, безработных.Пусть крысы и палочки Коха осталисьВ прошлом,Но и нынче нищие матери катят коляскиС бледными больными детьми,Нищие отцы не могут заплатить налоги,А старики тоскливо смотрят, как жизнь проходитМимо зеркальных окон их смрадных приютов.О, Энгельс! Если б жил ты среди насС пером в руке, разящим злобу мира,И острым нюхом к порокам наших дней!

Пандора прочла стихи, когда мы сидели у Берта. Сказала, что это гениально.

Я переписал стих и оставил Берту Бакстеру. Он любит потрепаться про Энгельса.

13 июля, вторник

Умник Хендерсон показал мне позорные стихи, которые Барри Кент состряпал для журнала. Кент, осел, думает, что получит первый приз – пять фунтов.

ТЮЛЬПАНЫ
Красивые, красные, высокие, крепкие,В вазеНа столеВ комнате,У нас дома.

Хендерсон такое ляпнул! Будто бы в стихах Кента ощущается влияние японской культуры. Вот тупица.

Где Барри Кент и где Япония? Вот разве что угонит “хонду”, в седле покрасуется, – может, тогда у него с японцами и будет что-то общее.

14 июля, среда

Луна в последней четверти.

Всю эту неделю я вечерами выгуливал чудище Берта – по четыре мили со Штыком наматывал. Все, хватит, с меня довольно. Видеть не могу, как люди от нас через дорогу шарахаются. Штык уже стоОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com