Стихи о жизни, смерти и сострадании - Страница 4
Изменить размер шрифта:
Кубанское детство
В кубанской станице мы вместе росли,
И счастлив я этим, не скрою.
Вернуть невозможно нам детство назад,
О нем я вздыхаю с тоскою.
Наш дом из самана стоял у реки,
Укрывшись забором от луга.
И табор цыганский, их пестрый шатер,
Все память хранит, как подруга.
Цыганские дети – все наши друзья,
Ходили мы с ними в походы.
Чужие посадки, баштаны, сады
Всем нам приносили «доходы».
С рожденья они не боялись зимы,
Итог – никогда не болели.
А глядя на них, закалялись и мы,
И в уличных драках смелели.
Мы слушали песни цыган у костра,
Рассказы беззубой цыганки.
Все рядом ходило – и смерть, и любовь,
И бились сердца, как подранки.
Все это я помню, как будто вчера
Простившись с моими друзьями.
Я пахну кизиловым дымом костра
И сплю на руках нашей мамы.
Обращение к Богу
Отчего же в душу мне
Тихо льется грусть.
Стонет сердце без причин,
Ноет, ну и пусть.
Очень бледная луна,
Похудев совсем,
Еле светит в небесах,
Накопив проблем.
Их решать тебе и мне,
Нет других Творцов.
Как избавить мир, скажи,
Нам от подлецов?
Чтоб вздохнул народ легко,
Чтоб восстала Русь.
Я готов пойти с тобой,
Ведь тобой горжусь.
Старый витязь – Петроград,
Плечи разверни.
Я во многом виноват,
Милуй, не казни.
И народы, и меня
Поведи на бой.
За Отечество мое
Все пойдем с тобой.
Всех чиновников долой,
Бюрократов бей!
Среди них уже давно
Не было людей.
При любой системе жить
Честно – нелегко.
Бьют чужие, бьют свои,
Гонят далеко.
Господь Бог! Прошу, приди!
Покарай врагов.
Землю пусть зальет вода,
Выйдя с берегов.
С плотью пусть идут ко дну
Все грехи людей.
Но возьми на свой Ковчег
Святость и детей.
И потом, в тиши веков,
От детей святых
Сотвори ты новый Мир,
Не для нас – для них.
Пусть они живут в любви,
Пусть сады цветут.
Но и ты не уходи,
Оставайся тут.
И смотри во все глаза,
Будь предельно строг,
Чтоб от подлости детей
Защитить ты смог.
Будьте людьми
Не люблю я собак и кошек,
Просто я их по жизни терплю.
Подойду и по шерстке глажу
Иль за ушком потереблю.
Не люблю я, поверьте, женщин,
Просто нежность я им дарю.
Прихожу на свиданье с букетом
И весь вечер стихами сорю.
А мужчин я так ненавижу,
А особенно тех, что в очках.
Никогда не поймешь – откуда
Столько злобы у них в глазах?
Телевизор включил – о, Боже!
Лишь убийства – сплошной пожар,
Окружают нас педофилы,
Ну, не жизнь, а один кошмар!
Там котенка убил мужчина,
Тут собаку кто-то убил.
Я бы им табличку на шею:
«Осторожно, идет дебил!»
Вот еще – не люблю курящих.
Очень много от них беды.
Для детей никотин опасен,
Вы – убийцы чистой воды!
Ну за что же любить вас, люди?
Проявите хоть каплю добра.
Лучше буду любить я кошек,
У них шерстка из серебра.
Интернатское детство
Из далекой кубанской станицы,
Спасая себя от забот,
Отец перевез меня в город,
Подальше от всяких хлопот.
A я был парнишка «фартовый»,
Тогда я ходил в первый класс.
Уже на «делах» попадался,
И честно признаюсь, не раз.
Ходил воровать помидоры,
Колхозный срывал виноград.
Так старшие нас научили,
И не было ворам преград.
Но вот за все эти проделки
Меня увезли в интернат.
Его я вовек не забуду,
Хотя позабыть был бы рад.
Там был у меня воспитатель,
Его мы дразнили «тиран».
Он бил по спине чем попало,
Хлебнув самогона стакан.
Таксистом ведь раньше работал,
Как стукнулся он головой.
К машине его не пустили,
А к нам в интернат, на покой.
Он жил, как у Бога на даче,
Не зная особых хлопот.
Лить тихо бубнил постоянно:
– Суп, борщ и котлеты, компот.
Быть может, кто фразу узнает
Из бывших моих «интернатцев».
Всех в гости к себе приглашаю,
Из детства «двоюродных» братцев.
Недолго мы с вами общались,
Но помнятся детские грезы.
И милая девочка Аня,
Как я вынимал ей занозы.
Ей, помню, рассказывал сказки,
Фантазия с детства бурлила.
За сказку про «Звездочку», помню,
Поцелуем меня наградила.
И помню я Волкова Ваню,
Любил он выкручивать пробки.
И свет отключал постоянно,
На стулья подкладывал кнопки.
Так часто его мы ловили,
Бывало, что били ремнями.