Стихи о жизни, смерти и сострадании - Страница 2
Изменить размер шрифта:
Счастье
Нетвердой поступью, но так отважно
Идет ребенок по Земле, нам это важно.
Чуть спотыкаясь, но идет – упорно,
Она хозяйка на Земле – бесспорно.
Шаг не уверенный пока, но сносный,
Идет ребенок по Земле, как взрослый.
Она поддержки ждет и ждет участия,
Идет ребенок по Земле, и это счастье.
Просто повезло
Вот пришло восьмое марта, солнышко, весна,
Ты сегодня на работе «вкалуешь» одна.
Я же дома, как бездельник, все еще лежу,
Не пройдусь до магазина, даже к гаражу.
Как-то так несправедливо: в этот день весны
Ты работаешь, потеешь, я же вижу сны.
Может, просто «подфартило», просто повезло,
Что валяюсь я в постели – женщинам назло.
Это Цеткина и Роза праздник сделали для вас,
Чтоб мужчины отдыхали, думая про «баб-с».
Я про вас, конечно, думал, лежа целый день,
Ты одна придешь с работы, лишь исчезнет тень.
По пути еды накупишь: водка, мясо и вино,
Я тебя поздравлю – встретив – мне не все равно.
Обниму тебя, родную, пару слов скажу,
Осушив вино и водку, в спальню провожу.
Отдых в деревне
Кто-то едет к нам в страну,
Я же еду в Имшану.
На Сумщине есть село,
Еду всем чертям назло.
Ох, деревня далека,
Не видать ее пока.
За пригорком и за рощей,
У святого ручейка.
Видно мне издалека,
Леня выпустил быка.
Похудел за это лето,
Стали впалыми бока.
Кум мой вышел в огород,
А вокруг «хмельной» народ.
Кто-то сеет, кто-то пашет,
Кто-то песенки орет.
Я пробрался через сад:
– Кум, привет! Я очень рад!
Поздоровались, обнялись,
Слезы на глазах блестят.
Тоня вынесла блины,
Не дай Боже нам войны.
В рюмки водочки налили
И блинами закусили.
После третьей, с огурцом,
Изменился кум лицом.
Стал румяный и веселый,
И хоть в Африку пешком.
Мы присели на траву
Возле яблони, во рву.
Затянули песню вместе,
Словно бык мычит в хлеву.
Отдохнув в тени ветвей,
Куму я сказал: – Не пей!
Пьянство губит наши чувства,
Не притронься больше к ней!
Все же выпили пивка,
Начав так – издалека.
Трехлитровку одолели,
Больше не было – пока.
Крик. Проснулся я в ночи,
Слез тихонечко с печи.
– Ку-ка-реку! – слышу я,
Вот в чем смысл, мои друзья.
Тот украинский петух
Их Закон нарушил вслух.
Пел о времени – российском,
Поднимая русский дух.
Петь он должен в пять утра,
Тут какая-то мура.
Видно, «засланный» петух,
Раз Закон нарушил вслух.
Надо выразить протест
И на нем поставить крест.
Петь, как все поют в Европе,
А не то – хозяин съест.
Да плохи мои дела,
Коль и каша не мила.
Так набраться самогона,
Как душа моя смогла?
В пять утра: – Ку-ка-реку, —
Слышу я через реку.
Вот где правильная птица,
Остальных я привлеку.
С птицами решив дела,
Взял я лодку, два весла.
И заплыв – нырнул под воду,
Чтобы хворь моя прошла.
Деревенская пьянь
Снег кружится за окном,
У меня не топлен дом.
Холодина, сырость, мрак,
Я бездельник и чудак.
Нет, в деревне не житье,
Каждый день топи жилье.
Ну, а если не топить,
То без водки как прожить?
Лень дровишек нарубить,
Лень носить и печь топить.
Лучше водки влил стакан,
Мне тепло, я сыт и пьян.
Что за гнусное село,
Всюду снега намело.
Не пройти, одни сугробы,
Вот ползу, пробраться чтобы.
Все за водкой молча прут,
Жаль, что на дом не несут.
Из трубы идет дымок,
Ох, приятный запашок.
Самогон здесь гонят – факт,
Заключаем с ними пакт.
– Я про вас ментам ни слова,
Дай бутыль «на веру», снова.
Дайте хоть пол-литра мне.
Вижу, Сталин на стене
На меня уставил взгляд,
Осуждает, видно, гад.
– Не рубите сгоряча,
Наливайте «первача».
Я отдам, сомнений нет, —
Снова глянул на портрет.
Самогонщик – сталинист,
Вот чудило, вот артист.
Не проронит даже слова
И в ответ глядит сурово.
– Ты завязывай с питьем,
Протопил хотя бы дом.
Заготовил дров в сарай,
А потом хоть помирай.
– Ты, сосед, мне это брось,
Мы с ее косою врозь.
Еще рано помирать,
Вот бы зиму переждать.
А весною благодать,
Огород пойдем пахать.
И картошечку посеем,
Силы нет уже, стареем.
– На, бери свою бутыль,
Не забудь в углу костыль.
Трудно будет топать, тля,
По снегу без костыля.
– Ой, спасибо вам, сосед,
Счастья, жизни сотню лет.
Про тебя ментам ни слова, —
Сталин, сука, смотрит снова.
Жизнь моя, признаюсь, дрянь,
Деревенская я пьянь.
Но в деревне жить без водки —
Словно в море плыть без лодки.