Стихи о жизни, которая продолжается - Страница 3
Изменить размер шрифта:
Обними меня ты крепче
Обними меня покрепче и к груди прижми,
Ведь с тобою мы не боги, родились людьми.
Обними меня покрепче, нежно поцелуй,
Не разжав свои объятья, до утра балуй.
Я отвечу, как умею, на твою любовь,
Обниматься, целоваться будем вновь и вновь.
Все твои найду я точки, исцелую всю,
Будешь ты моею гейшей с острова Хонсю.
А наутро, обессилив от твоей любви,
Утоплю полконтинента в собственной крови.
За такое упоение, за твою любовь,
Умирая, возрождаться буду вновь и вновь.
Любовь и поле
Бродил я по полям и вдаль смотрел,
Твой вижу образ, он меня согрел.
Колючая стерня мне не мешала,
А только тихо строчки нашептала.
Картофель зеленеет от полива,
Жара опять, и так хочу я пива.
И в тень хочу упасть я на траву,
И обнимать и землю, и листву.
С тобой мы в поле, о любви поем,
Ведь сладостна любовь, когда вдвоем.
И среди этих золотых полей
Счастливее не встретишь ты людей.
Утро другое
Тот же город, и та же река,
Что же это творится такое?
Только чуть голубей облака,
Но вот утро, вот утро – другое.
А причем здесь вообще река?
Сердце знает, случилось такое.
Прошлый раз я была одна,
А теперь нас навеки двое.
Как же сладок любовный вдох,
Еще слаще любовный выдох.
Мой полет и далек, и высок,
Мое счастье стучит в висок.
Дождь и снег
Дождик капает весь день,
От забора пала тень.
А в лесу, где спала осень,
Выпал снег, бредет олень.
Завтра рано, поутру,
Я глазенки как протру.
Пошагаю на работу,
Снега в туфли наберу.
Я уснул под шум пурги,
Снился снег и сапоги.
В сапогах иду по снегу,
Упаду в сугроб с разбегу.
Утром глянул я в окно,
А на улице темно.
Дождь идет, а снега нет,
Под зонтом идет сосед.
Рижский бальзам
Шампанского бокал, конфеты,
Пельмени, сыр, бальзам, икра.
Еще парные две котлеты,
Желудок мой кричит: «Ура!»
И, захмелевший от бальзама,
Я сел тебе писать письмо.
Но вдруг в полу открылась яма,
Как на слепом глазу бельмо.
Туда упал я, уповая,
На милость Господа Отца.
Молюсь, куда лечу, не зная,
Не видно края и конца.
В конце той ямы вижу город,
В огнях и снежных простынях.
Я чувствую, что он мне дорог,
Как корка хлеба для бродяг.
Я приземлился очень мягко,
Так приземляются во сне.
Где все же я, пока не ясно,
Чужая надпись на стене.
«Balsam». Так это город Рига!
Сюда принес меня бальзам.
А чем закончилась интрига?
Проснулся я, признаюсь вам.
Воровка и любовь
О любви написано так много,
Все стихи достойны похвалы.
Но моя любовь числа иного,
Где глаза, как киллера стволы.
Припев:
Ох, любовь, какая ты шальная,
Сердце наше режешь без ножа.
Ну зачем мне выпала такая?
Глаз – стволам, запродана душа.
Как-то у друзей на вечеринке,
В белый танец ею приглашен.
И пошел я скользкою тропинкой,
Блеском глаз ее был я пленен.
Но она воровкой оказалась,
Просто настоящий акробат.
А любовь такая завязалась,
Я уже и рад был, и не рад.
Душу и мой разум, все забрала,
Меркла жизнь без глаз ее, стволов.
А она все в форточки ныряла,
Не боялась смерти и оков.
И однажды, взяв меня на дело,
Попросила тихо: «Подстрахуй».
Я на плечи взял ее несмело,
В воровской включившись сабантуй.
Но засада в доме оказалась.
Я услышал голос: «Помоги».
Понял я, любовь моя попалась,
Топчут мою нежность сапоги.
Я рванул к двери как обалдевший,
И ударом вышиб двери прочь.
Все крушил, как воин ошалевший,
Но бежал, любимой чтоб помочь.
Я увидел, там стояли двое,
Мой приход они не ожидали.
Два удара – и уснули стоя,
Как в кино, так медленно упали.
Я схватил в объятия голубку
И помчался к выходу скорей.
Зарубил на сердце я зарубку,
Избежал сибирских лагерей.
Я в отказ пошел, и мы расстались,
Поборол в себе ее гипноз.
Никогда мы больше не встречались,
В лагеря этап ее увез.