Созданы для любви - Страница 17

И все же Мария вдруг поймала себя на мысли, что ее одолевает какое-то новое чувство, вернее – давно забытое старое. Это чувство переполняло ее, и она ничего не могла с собой поделать. «Что ж, таков мой характер…» – со вздохом подумала Мария.

Пожалуй, все дело было во взгляде, которым Сазерленд смотрел на нее. Казалось, в его высокомерной самоуверенности был тайный вызов. И Кеннет действительно был именно таков: сколько он себя помнил – всегда пытался что-то кому-то доказать. А уж о том, что какая-то девица может отказать ему… Такое сэру Сазерленду даже в голову не приходило. Но приедается даже послушание, и оттого в его взгляде сквозило сейчас это тайное приглашение к дерзкому отказу.

– Снова сбегаете от меня, миледи? – спросил он с едва уловимой насмешкой. – Но на сей раз мне придется последовать за вами.

Сердце Марии затрепетало, но она, стараясь держать себя в руках, проговорила:

– Я же сказала, что нехорошо себя чувствую. Мне необходимо отдохнуть.

«Но как же он прав, – подумала Мария. – Да, сбегаю! Именно сбегаю! И до чего же неприятно, когда тебе прямо указывают на это!»

Смирившись с неизбежностью, Мария повернулась к Кеннету, посмотрела ему в глаза – и в тот же миг почувствовала, как знакомый жар вновь наполняет все ее тело.

– Не стоит же, право, так смущаться, – проговорил Кеннет, и в низком голосе его прозвучали теплые обольстительные нотки.

– Я вовсе не сму… – попыталась возразить Мария, но тут же умолкла, густо покраснев.

– Вы знаете, я вам так скажу: участвовать – намного интереснее, чем оставаться зрителем, – заявил Кеннет.

Ошеломленная, Мария прикрыла глаза. Неужели она не ослышалась? Но нет, слух ее не обманул! Она торопливо осмотрелась, чтобы удостовериться, что их никто не подслушивал. К счастью, Маргарет все еще говорила с дочерью. А проходившие мимо дамы с любопытством взглянули на них, но, кажется, ничего не услышали.

Не дожидаясь ответа, Кеннет продолжал:

– Так что давайте встретимся сегодня вечером, после пира… То есть после того, как вы исполните свои обязанности.

– Обязанности?.. – в недоумении переспросила Мария.

– По отношению к своей хозяйке, – пояснил Кеннет, кивая на леди Маргарет. – Вы же из ее свиты?

«Боже мой, – подумала Мария, – он не знает, кто я». Первым ее порывом было желание внести ясность, однако что-то в этот момент остановило Марию. Ей вдруг стало интересно, что он сделает, когда поймет, что говорит сейчас с особой, на которой его хотел женить король.

– Надеюсь, мы не будем зря тратить время, – с заметным усилием произнесла она. Ей вдруг вспомнилась та решительность, с которой он действовал там, на арене.

– Что ж, мы ведь оба знаем, чего хотим, не так ли?

«Он действительно меня хочет, – промелькнуло у Марии. – Но почему? Ведь вокруг него целая свита из женщин…» Но еще более удивительным представлялось то, что она, как оказалось, была очарована этим самовлюбленным выскочкой с дерзкой вызывающей улыбкой.

Мария склонила к плечу голову, внимательно разглядывая его. И вдруг спросила:

– А вам отказывали когда-нибудь?

– Не очень часто, – чуть скривившись, ответил Кеннет. – А вот рекомендуют меня многие.

Внезапно Мария поняла, на кого была похожа эта гора мускулов. В своем отношении к женщинам он вел себя совсем как султан. Но она, Мария, не желала идти в гарем.

– Увы, милорд, боюсь, я должна вас разочаровать.

Он немного помолчал, потом спросил:

– Вы замужем?

– Вдова, – ответила Мария.

– Но тогда нет ничего, что помешало бы вам…

– Помешало? Вы о чем?.. – проговорила снова подошедшая к ним Маргарет.

– Нет ничего такого, что помешало бы потанцевать со мной после пира, – ловко выкрутился Кеннет. – Конечно, с вашего разрешения, миледи.

– С моего разрешения?.. – в недоумении протянула Маргарет. – Но зачем…

– Леди Марго всегда любезна со своей прислугой, – перебила Мария.

Маргарет посмотрела на нее странным взглядом, но Кеннет не обратил на это внимания. Поклонившись дамам, он как ни в чем не бывало проговорил:

– Тогда буду ждать встречи с вами обеими после пира. – Кеннет снова поклонился.

Марии же вдруг захотелось сбить спесь с этого позера, уже возомнившего себя чемпионом. Что ж, ради этого она с удовольствием придет на пир. Ох, как же ей хотелось увидеть его лицо в тот момент, когда он поймет свою ошибку.

К счастью, Марии удалось избежать расспросов со стороны Маргарет – дочь увела ее смотреть танцы с мечами. Сэр Кеннет к тому времени уже куда-то ушел, и Мария наконец спокойно устроилась за вышивкой. Но спустя несколько часов Марго буквально ворвалась к ней в комнату вместе во всей своей свитой и какими-то незнакомыми дамами.

– Так это были вы! – в волнении воскликнула Маргарет.

В растерянности озираясь под взглядами незнакомых дам, Мария почувствовала: сейчас последует нечто неприятное. И, поспешно отложив вышивку, она вопросительно взглянула на леди Маргарет и пробормотала:

– Что… я? Вы о чем?

– Он ведь кивал именно вам? Тогда, после победы, сэр Кеннет поприветствовал вас! Леди Мойра и Алиса утверждали, что это были они, но я-то знаю, что это были вы!

Леди Марго сияла как несносная девочка-подросток, разнюхавшая чужую тайну.

– Как это романтично, – добавила она.

– Но это могла быть любая… – Мария внезапно умолкла и отвела взгляд; уж она-то знала настоящую цену такой романтичности.

Но провести Маргарет было не так-то просто.

– Не любая, а именно ты! Иначе зачем бы ему бежать за тобой? К тому же я видела, как он смотрел на тебя. Почему ты скрываешь, что вы встречались прежде?

Марго помолчала, потом спросила:

– А зачем тебе, чтобы он думал, что ты из моей свиты?

Мария почувствовала, как пламя стыда раскаляет ее щеки. Она смотрела в добрые глаза своей бывшей невестки и не могла решить: говорить – или нет? Впервые за долгие годы у нее появилось желание доверительно поговорить хоть с кем-то. Подобное Мария испытывала только со своей сестрой Джанет, но это было так давно… Что же касается Маргарет, то она и прежде была добра к ней – тогда еще молоденькой девушке, на которой женился ее брат. Да и сама Марго вышла замуж очень рано, хотя ее брак сложился гораздо удачнее.

– Мы не встречались, – ответила Мария и, глубоко вздохнув, решилась на краткое объяснение того, что случилось. Но с каждым ее словом глаза Маргарет все больше расширялись, а рот открывался. Мария и сама была бы удивлена, если бы ей довелось услышать подобное. На симпатичном лице невестки, сохранившем свежесть и привлекательность, несмотря на прожитые сорок лет, теперь был написан настоящий ужас. – Как видишь, – закончила свой рассказ Мария, – для него это просто игра. И он думает, что я горю желанием оказаться следующей…

Конечно, наиболее непристойные детали Мария в своем повествовании опускала, но смущение ее, видимо, было таково, что Марго не удержалась от осторожного вопроса:

– А ты горишь?..

Мария хотела соврать, но в последний момент вдруг пробормотала:

– Увы, я ничего не могу с собой поделать. – Она не привыкла к таким откровенным разговорам, и румянец на ее щеках стал пунцовым. – Конечно, я знаю, что это неправильно, и я никогда не совершала ничего столь греховного, но этот мужчина был… – Мария замолчала, подыскивая нужное слово. – Он был великолепен, – закончила она, потупившись. Потом вдруг снова взглянула на Марго и заявила: – Впрочем, этот человек, кажется, уверен в своем превосходстве. Как высокомерно и одновременно дерзко он держался!

Маргарет лукаво улыбнулась и тихо сказала:

– Я знаю, что он дерзок. И еще говорят, что он ужасно гордится своим длинным мечом.

– О Господи! – прошептала Мария, широко раскрывая глаза. Она вдруг вспомнила слова леди Мойры про «длинный меч».

А Маргарет, пожав плечами, добавила:

– По крайней мере так говорят. Конечно, это слишком пикантная тема для светской беседы, но знаешь, после нескольких кубков вина на пиру некоторые дамы становятся под стать мужчинам.