Собрание сочинений, том 27 - Страница 152

Простите, дорогой друг, что я так подробно и обстоятельно описала один лишь день нашей здешней жизни. Я знаю, это нескромно, но сегодня вечером сердце мое переполнено, руки мои дрожат и мне захотелось хоть раз излить душу одному из наших старейших, лучших и вернейших друзей. Не думайте, что эти страдания из-за мелочей меня сломили. Я слишком хорошо знаю, что мы далеко не одиноки в нашей борьбе и что ко мне судьба еще милостива, — я принадлежу к немногим счастливицам, потому что рядом со мной мой дорогой муж, опора моей жизни. Что меня действительно мучает до глубины души, из-за чего мое сердце обливается кровью, так это то, что мой муж должен претерпевать столько мелочных невзгод, в то время как ему можно было бы помочь столь малым, и что он, с такой охотой и радостью помогавший многим людям, оказался здесь без всякой помощи. Но не подумайте, дорогой г-н Вейдемейер, что мы к кому-нибудь предъявляем претензии. Если мы и получали от кого-либо помощь, то мой муж еще в состоянии возместить ее из своих средств.Единственное, чего мой муж вправе был требовать от тех, с кем он делился своими мыслями, кому он оказывал поддержку, служил опорой, так это проявления большей деловой энергии, большего участия к его «Revue». Я могу с гордостью и смелостью это утверждать. Это немногое они обязаны были сделать для него. Не знаю, — неужели мой муж не заработал своими трудами 10 зильбергрошей? Я полагаю, что от этого никто бы не пострадал.Вот это-то и огорчает меня. Но мой муж думает иначе. Никогда, даже в самые ужасные минуты, он не терял веры в будущее, всегда сохранял самый живой юмор и был вполне доволен, когда видел веселой меня и наших милых детей, с нежностью ласкающихся к своей мамочке. Он не знает, что я так обстоятельно написала Вам о нашем положении, дорогой г-н Вейдемейер, поэтому не ссылайтесь на эти строки. Он знает только, что я Вас просила от его имени по возможности ускорить получение и пересылку денег. Я уверена, что Вы используете эти строки только как наш чуткий и внимательныйдруг.

До свидания, дорогой друг! Передайте самый сердечный привет Вашей милой жене и поцелуйте Вашего крошку от имени матери, уронившей не одну слезу на своего младенца. Если Ваша жена сама кормит ребенка, то не сообщайте ей ничего об этом письме. Я знаю, как влияет всякое волнение и как оно вредно сказывается на малышах. Наши трое старших детей прекрасно себя чувствуют, вопреки всему. Девочки красивые, цветущие, веселые, жизнерадостные, а наш толстый мальчуган полон юмора и самых забавных затей. Этот бесенок целые дни самым громким голосом распевает с необычайным пафосом забавные песни. Весь дом дрожит, когда он во весь голос поет слова из фрейлигратовской марсельезы:

Быть может, всемирно-историческое призвание этого месяца, как и двух его несчастливых предшественников, состоит в том, чтобы начать гигантскую борьбу, в которой мы все снова будем сражаться рука об руку.

Будьте здоровы!

Напечатано в журнале «Die Neue Zeit», Bd. 2, № 27, 1906–1907 гг.

Печатается по рукописи, сверенной с текстом журнала

Перевод с немецкого

[Лондон, около 20 июня 1850 г.]

Дорогой г-н Вейдемейер!

Мой муж чрезвычайно удивлен тем, что Вы послали деньги Науту и что выручку за экземпляры красного номера Вы также послали не ему, а кому-то другому.

Всю систему распространения «Revue», безусловно, необходимо изменить. А пока муж просил меня написать Вам, чтобы Вы ничего не посылали г-ну Н[ауту], а все, даже самые мелкие суммы (в прусских талерах), посылали сюда. Условия здесь иные, чем в Германии. Все мы — 6 человек — занимаем одну комнатку и каморку и платим больше, чем за огромный дом в Германии, и притом платить приходится каждую неделю. Вы можете себе представить поэтому, в каком положении оказываешься, когда хотя бы 1 рейхсталер запаздывает на один день. Здесь речь идет теперь для всех нас о хлебе насущном. Итак, не ждите распоряжений г-на Н[аута] и прочих. Кроме того, мой муж просит передать Вам, что он считает нежелательным, чтобы с критикой его выступал Люнинг , — уж лучше резкие нападки, но только не признание. Мой муж и не ждал глубокой критики, а только простых отзывов, какие помещают все газеты о журналах и брошюрах. Это делает и Ваша газета, когда она хочет ознакомить публику с теми или иными сочинениями и содействовать их распространению, — она дает в таких случаях соответствующие небольшие извлечения. Это не требует большого труда.

Сердечный привет Вашей милой жене и Вам.

Ваша Женни Маркс

Впервые опубликовано на русском языке в Сочинениях К. Маркса и Ф.Энгельса, 1 изд., т. XXV, 1934 г.

Печатается по рукописи

Перевод с немецкого

Лондон, 19 декабря [1850 г.]

Дорогой г-н Энгельс!

По поручению Карла посылаю Вам сегодня 6 экземпляров «Neue Rheinische Zeitung» . Гарни, которому немного лучше, просит Вас послать один экземпляр Элен Макфарлин. Подумайте, подлец Шуберт отдает 300 экземпляров Эйзену только за наличные, и осел Наут совсем вне себя. Карлу поэтому приходится писать массу писем, а Вы знаете, как ему это трудно. Кёльнская булла против Виллиха и К° прибыла вчера вместе с новым Уставом [546], циркулярами и т. д. Кёльнцы действовали на сей раз исключительно энергично и активно и очень решительно выступили против этой подлой шайки. Подумайте только, Виллиху мало было его позора с первым манифестом Фанона-Каперона — эти великие мужи выпустили второе послание, и Виллих дошел до того, что послал Красному Беккеру три декрета для передачи кёльнскому ландверу, в которых он отсюда приказывает им восстать, провозгласить в каждой роте временное правительство, сместить все гражданские и военные власти и в случае необходимости расстреливать их. А кёльнский ландвер снова уютно восседает в граде отцов своих и на хладных берегах Рейна устраивает попойки и разглагольствует. Если В[иллиху] не место в сумасшедшем доме, то я уж не знаю, кому там место. Шаппер достал паспорт из Гамбурга, чтобы взять на себя эмиссарские обязанности Хауде. На здоровье, Гиппопотам!

Дронке тоже написал. Жена Мозеса снова убедила своего мужа, что он является главой коммунистов. Но Вы ведь скоро здесь будете и сами увидите и услышите про все события. Каперонисты напали ночью на Красного Вольфа и избили его. Красный Вольф подал в суд на Венглера. На следующий день, после приговора, Виллих внес за него залог в 20 шиллингов.

Мы все радуемся, что скоро увидим Вас здесь.

Ваша Женни Маркс

[Надпись на обороте письма]Фридриху Энгельсу, эсквайру. 70, Great Ducie street.

Впервые опубликовано на языке оригинала в Marx — Engels Gesamtausgabe. Dritte Abteilung, Bd. 1, 1929 и на русском языке в Сочинениях К.Маркса и Ф.Энгельса, 1 изд., т. XXI, 1929 г.

Печатается по рукописи