Слово шамана - Страница 67

хорошо и сытно, вина давать, меду. Коли попросит, баню стопите, девку допустите... Но глаз с него не спускать! А с тобой мы, Константин Алексеевич, давай отобедаем. Не могу более зла на тебя держать... Уморил...
* * *

– Собирайся, боярин, в Кремль едем, – без стука войдя в отведенные Росину гостевые покои, сообщил боярский сын Толбузин.

– А что так? – зевнул растянувшийся на пуховике Костя.

На то, чтобы рассортировать московских чародеев на “зерна” и “плевела” ему понадобилось целых десять дней, и теперь он мечтал только о двух вещах – выспаться, и поехать домой, к жене, на теплые берега Осетра. Вопреки его стараниям, из почти трехсот претендентов на звание царского мага четверым удалось-таки просочиться через ловушки трех степеней сложности. Пятнадцать соискателей определили под накидкой холопа вместо женщины, пятеро – дубовый чурбак в соседней комнаты вместо обещанной “живой твари”, четверо правильно ответили на вопрос, когда умрет последний помазанный на царствование царь. Ошибся, как ни странно, саам. Точнее, не ошибся, а кратко сообщил, что: “Помру я. Все равно”.

Но Росин самоеда не прогнал – узкоглазый чем-то ему понравился, стал симпатичен. Одним больше, одним меньше – это ведь не триста дармоедов!

– Рассказал я государю про уловку твою, Константин Алексеевич, – хмыкнул в бороду опричник. – Смеялся Иван Васильевич долго, а потом велел посмотреть привезти, с самоедом вместе. Сбирайся.

На этот раз к дворцовым палатам их отвезла тяжелая карета – похоже, купленная где-то в Европе. Правда, хотя остановились они у парадного входа, но гостей опричник опять повел внутрь какими-то узкими дверьми и низкими коридорами. Однако в конце пути они оказались перед парадными дверьми, охраняемыми двумя рындами, одетыми в длинные белые кафтаны и перепоясанные золотыми цепями.

– Лекарь у государя, – увидев опричника, сообщил один из них, и неопределенно качнул короткой, украшенной позолотой и самоцветами секирой.

– Нам можно, – отмахнулся боярский сын и толкнул створки.

Царь, по-прежнему высокий и широкоплечий, но с потухшими глазами, сидел на троне с накинутой на плечи шубой, а рядом, на низкой лавочке, примостился лекарь, с непривычно бритым лицом и в странной короткой курточке – брасьере. Лекарь мягкими движениями втирал царю в запястье коричневую, дурно пахнущую мазь.

– А, Константин Алексеевич, – поморщился государь, подняв глаза на гостей. – Рад видеть. А это...

Саамский колдун упал на колени и раболепно ткнулся лбом в пол:

– Вижу тебя, московский царь!

– И я тебя вижу, – кивнул Иван Васильевич.

– Слово слушай, московский царь! Умру, год спустя беда придет, кровь придет, смерть придет. Злой дух слетит, на Москву тьмой пойдет. Погибель настанет.

– Так живи долго и счастливо, самоед, – скривился государь. – Скажи, я разрешаю.

– Не могу, московский царь. Смерть вижу. Помру скоро.

– Отчего же помрешь? На немощного ты не похож.

– Убьют меня. Зарежут. Здесь.

– Так... Не дайся, коли видишь-то смерть свою!

– КолиОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com