Слова: сказанные и прочитанные - Страница 15

Языковый комплекс породил целостность языкового пространства, которое в силу функционализма своего существования, начало восприниматься как независимая самостоятельная сущность, наделённая творческим началом, обретшим статус «другого» по отношению к внутреннему миру. См. египетский обряд «отверзания уст», В Библии – процедура наименования животных, в Новом Завете – Логос в качестве высшей творческой силы и т. д. Этот статус оно делило с другим «другим» – природой. И человек уровнял их в своём сознании до равноправных внешних сущностей. В дальнейшем, эта отделившееся языковое пространство приобрело функцию демиурга материальной природы (см. Библию, Гераклит) и заняло доминирующие позиции в качестве средства построения внешнего мира (пример материализации «ложного сознания») – религиозной картины мира.

Бог никогда не жертвует последним ради верующих. Его задача – «обслуживать» их. Он лишь принимает и оценивает жертвы. его любовь к своим адептам всегда корыстна и вынуждена. Если он не будет им время от времени ниспосылать им благодать, или обещать её, то верующие отвернуться от него с негодованием. Тогда их сможет удержать в их вере только грозный и мстительный бог Ветхого Завета. Недаром, основанием христианства так и остался Бог иудеев. Иисус с его любовью играл и играет роль привлекательного фасада идеального будущего, роль «доброго полицейского». Ожидание его второго пришествия остаётся самым длительным обещанием в истории человечества.

Бог, по определению, не может поделиться чем-либо своим существенным, ибо он неделим и трансцендентен. Он лишь есть. И всё. Он не может любить, ибо любовь есть некое движение, изменение чувств, эмоций. – А Бог неизменен. Он может только обещать, декларировать любовь и благодать. Да и то – через посредников, ибо он не воспринимаем. Христос в христианстве, по крайней мере, в первоначальном, один из посредников, Мессия.

Человек отчуждил от себя слово, создав Бога. Бог лишь вернул его человеку, но не от себя (у него нет своего слова) – через посредников.

Иконы всегда нарративны. Их символизм лишь повод для приобщения к нарративу. Эмоциональность их восприятия возникает в качестве следствия нашей внутренней установки ни заданный тип восприятия. Как отклик на «якорь» нашего внутреннего нарратива.

Что заставляло язычников принимать иудаизм в форме христианства? У них не было в этом ни экономической, ни политической необходимости. Культурную независимость они при этом, в общем, сохраняли (исходное культурное окружение). Это движение сходно с самоорганизацией криминальных изгоев общества (и мигрантов), вырванных из условий стабильного существования, в стремлении достижения внутреннего самоутверждения. Основной базой раннего христианства были низы общества, языческого. Еврейские массы, в том числе и диаспоры, его не поддержали. Они стойко сохраняли своё отчуждение от всех иных религий. Толерантность для них в этом плане была не приемлема.

Православие сводится в своих службах к религиозным песнопениям и свечам в храме. Песнопения в российском обществе не воспринимаются как собственно музыкальные, светские, имеющие самостоятельную ценность. Подобно, например, католическим или индийским, но, исключительно, через призму их религиозной значимости. Впрочем, католицизм для нас до сих пор явление иной культуры и иной религиозности, при формальной общности христианства. О примате культурной общности см. у Хандингтона.

Западное христианство было ориентировано преимущественно на рациональность оправдания Бога. Сказывалось эллинистическое и римское влияние. Отсюда бурное развитие средневековой схоластики с её отвлеченной аргументацией. Восточное христианство так и осталось на уровне мистической созерцательности, отвлеченности самоутверждения. «Самобытности», утверждаемой, впрочем, поддержкой светской самодержавности. На Западе христианство давало импульс к деятельности, на Востоке – к молитвенной отрешённости, «»неподвижности». Впрочем, в настоящее время гипертрофированное понимание категории «любви» и моральные максимумы (иудаизм – протестантизм – Кант), вылившиеся в формулу толерантности, фактически, приводят Запад к потере стимула агрессивной деятельности и самоутверждения, что размывает его перспективы самосохранения и самобытности. «Ген агрессии» постепенно переходит на Восток (Китай, Индия и т. д.). Этому способствует и демографический фактор.

Усвоение чужой культуры приводит к потере политической независимости (Н. Данилевский).

Европа создала целостный мир современной цивилизации. Другие регионы – лишь частичные образы её.

Начиная с Сократа одной из основных задач философии стало приобщение к Высшему Благу через нравственное самосовершенствование.

Что произошло в Иудее на стыке эпох, послужившее толчком к актуализации христианства? Что кроется под эвфемизмом: «рождение Христа»? Ведь предпосылки к созданию христианства давно были сформированы. Хотя бы, в формах ессеизма и предгностицизма. Возможно и в других, о которых мы ничего не знаем.

Кто сформулировал основные положения христианства в самый начальный период после смерти Христа и деятельностью Павла? Очевидно, что это не Петр, и не Иаков. Они явно не того уровня. Но кто-то это сделал, оформил и сформулировал суть христианского ядра – общины. Иаков возглавил её позже. Идея организации заимствована у иудаизма.

Христос в отличие от прежних богов, помимо безусловности веры, в качестве обязательности жертвы требовал «преображения личности» верующего и, в первую очередь, этических норм обыденного поведения. Придание этическим нормам основополагающей роли в отправлении религиозной практики было поистине революционным моментом в истории культуры.

Стили текстов у Павла и Эпиктета довольно похожи. Любопытный параллелизм. /см. Райт Н. Т./

Религия важна психологически тем, что она, в конечном итоге, «поднимает» нас до уровня бога (точнее, к «миру богов»). Это «нас возвышающая иллюзия». Она всегда индивидуальна для конкретного человека, хотя и оформляется как социальный феномен. Первые христиане Рима собирались в катакомбах – склепах мёртвых, т. е. среди тел и духов предков. Они неявно отдавали дань трактовке Христа как «царя мёртвых» (Отсюда, сюжеты «Сошествия в ад», «Христос – судья умерших»). Они верили в телесное воскресение мёртвых. Отсюда, переход к обряду захоронения.

В настоящее время выделяются следующие виды сознания: нормальное состояние сознания (НСС), измененное состояние сознания (ИСС), подсознание. Подсознание находится «внутри» сознания, входя в него изнутри, образуя его базис.

ИСС инициируется «извне». Либо волевым усилием, либо психотропным внешним воздействием (таблетки, внешнее псих. воздействие и т. д.). ИСС отличается от подсознания направленностью протекания, программируемого тем или иным образом. Содержание ИСС всегда динамично. Подсознание воздействует спонтанно, часто размыто, без конкретного связного содержания. Импульсивно, калейдоскопично.

ИСС может быть как индивидуальным, так и коллективным: «толповым», религиозным массовым. Типа детского «крестового похода» и т. д. ИСС, инициированные волей (+ фармакея), по видимому, если верить их носителям, формирует сюжетные структуры сознания.

Инициированные преимущественно фармакеей, скорее эмоциональные. Проявления бессознательного – спонтанные нарративные состояния, кусочно – непрерывные. Последние, как говорилось выше, как правило, не инициируются извне. Но все эти состояния оперируют образами, заимствованными в своей основе из внешней реальности, но деформированной, «размытой». Нечто похожее происходит в культуре постмодерна (живопись, литература, философия). Язык НСС, по определению, не может адекватно описать «безобразность» ИСС. Сознательные фальсификации, типа путешествий «на тот свет», вознесения в высшие сферы и т. д. – примеры такого рода невозможностей. Но их необходимость определяется как потребностями личного самоутверждения, так и социальными потребностями общества (см. шаманские практики).