Сладкая грязная девочка (СИ) - Страница 35

Я не могу больше сдержать свой смех и хохочу.

- Наконец-то. - Говорит она, мурлыча в мою шею. - Я уже начала беспокоиться, и подумала о пожарной сигнализации.

Даже после того, как я проснулась в одиночестве спустя несколько часов, я помню, что она прошептала мне в шею и на ушко. Перевернувшись на спину, всё ещё с закрытыми глазами, сонно обернулась вокруг неё, ткань её костюма груба, шёлк её галстука щекотал мою грудь. Будь я более бодрой, то заставила бы её хорошенько попотеть, наблюдая, как Света сверяет свои отпечатки пальцев с маленькими синячками, которые оставила на моей коже.

Света оставила мне завтрак. Кофе и круассан ожидали меня на столешнице, а так же кружевной чепчик, который шёл в комплекте с моим костюмом, и новый список фраз под моей тарелкой.

Сколько сейчас времени? Quelle heure est-il?

В котором часу вы закрываетесь? A quelle heure fermez-vous?

Разденься, пожалуйста. Dshabille-toi, s’il te plat.

Трахни меня. Жестко. Baise-moi. Plus fort.

Мне нужен большой вибратор. Je voudrais le gros gode.

Это был самый лучший оргазм в моей жизни. C’tait le meilleur orgasme de ma vie.

Я собираюсь кончить на твой язычок, красотка. Je vais finir sur ton fric, ma belle.

Я всё ещё улыбаюсь, когда захожу в душ, вспоминая события прошлой ночи, которые постоянно всплывают в моей голове. В квартире Светы давление воды ужасное и она еле тёплая. Я еще раз напоминаю себе, что это далеко не Сан-Диего, где единственным человеком, который боролся за горячую воду по утрам была моя мама, возвращаясь с занятий по йоге. На минуточку стоит учесть, что здесь же семь этажей жильцов. И я напоминаю себе, что завтра нужно будет пожертвовать часом сна, чтобы принять горячий душ. Но это не единственная вещь, которой я себя лишила. Те немногие интимные моменты, которые были сегодня утром, когда Света всё ещё думала, что я сплю, стоили этого холодного душа. Многие из них.

Когда я прохожу мимо кондитерской к метро, Устрашающая Симон стоит и курит.

- Не день, а черти что, - говорит она, выдыхая дым. - Мы распродали все самые популярные булочки, и я пролила на себя кофе. ЧМЖ.

Я не знаю, почему сижу с ней во время её перерыва и слушаю жалобы на то, что она уже двадцать лет без копейки в кармане, что ее бойфренд всегда забывает закрыть кафе перед уходом и что между сигаретой и убийством покупателя – она долго не задумываясь, выберет покупателя, поэтому и не может бросить курить. В действительности, она не слишком милая особа. Может быть, я сижу здесь из-за того, что она американка и так приятно поболтать с кем-то, кроме Светы, на языке, который я понимаю. Или может быть, я просто изголодалась по человеческому общению. В итоге… такое общение выглядит действительно удручающе.

Когда она докуривает последнюю сигарету, а мой кофе уже остыл, попрощавшись, я иду в сторону метро и прогуливаюсь по кварталу Маре, пока не приходит время возвращаться домой.

Здесь много старых зданий наряду с множеством картинных галерей, маленьких кафе и дорогостоящих бутиков отчего район и стал популярным. То, что я больше всего люблю в кварталах - это извилистые улочки, а также маленькие дворики, которые так и манят узнать об их истории или же просто для таких, как я - посидеть с романчиком в руке, окунувшись в любовную историю героев.

В тот самый момент, когда у меня урчит живот, и я готова к обеду, вибрирует телефон в сумке. Я все еще удивлена приятной тяжести в груди при взгляде на фото Светы, высветившееся на экране телефона - селфи с розовыми щеками и дерзкой усмешкой.

Это нежность или любовь? Так что же я чувствую? Святой Иисус, мне определенно нравится, когда она находится рядом, и я постоянно хочу касаться её. Дело не только в том, что она великолепна и очаровательна. Помимо этого, Света добрая и вдумчивая. И ей никогда не придет в голову осудить кого-то за его поступки. Присущая ей легкость обезоруживает, и я не сомневаюсь - куда бы она не пошла и чтобы не делала - никто не останется к Свете равнодушным. Будь он мужчиной или женщиной.

Я почти уверена, что старушка, которая управляет магазинчиком на углу нашего дома, влюблена в неё. По правде говоря, я уверена, что все, кто знает Свету, очарованы ей. Однажды вечером, я видела как она что-то не переставая щебетала на французском, а затем последовала пауза, после которой она прижала свои морщинистые ладони к лицу. Позже, когда мы шли по тротуару и ели мороженое, она объяснила мне, что старушка рассказала, как сильно она напоминает ей девушку, в которую она влюбилась в университете и как вспоминает об этом каждое утро, когда Света заходит за кофе.

- Она поблагодарила меня за то, что ненадолго окунулась в студенческие времена,- рассказывает немного неохотно Света, а затем поворачивается ко мне с кокетливой улыбкой. - И была рада видеть меня женатой на красивой девушке.

- Да уж, всё потому, что ты превращаешь пожилых бабулек в резвых молодок.

- На самом деле я переживаю только за эту даму. - Она поцеловала меня в щечку. - И я не хочу превратить тебя в резвую девицу. Я хочу тебя обнажённую и молящую кончить на мой рот.

Я прежде не знала никого, кто бы обладал такой смесью сексуальности и притворной невинности. Так что, читая её сообщение и пересекая оживленную улицу, я испытываю смесь страха и непонятного азарта.

“Прошлой ночью было весело”, там написано.

Я кусаю губы, придумывая, что ответить. Факт в том, что она поняла, что я делала, поэтому согласилась на игру, и даже предложила сыграть ещё раз, хорошо…

Я делаю глубокий вдох. “Очень весело”, отправляю я.

“Было приятно отбросить все свои мысли?”

Солнце находится высоко над головой, и на улице примерно около 30 градусов жары, но благодаря только одному предложению, ей удается сделать так, что по моим рукам и ногам пробежали мурашки, а соски стали твёрдыми. Если уж затронули эту тему, сознаюсь, подтверждение того, что мы сделали, чувствуется как что-то развратное, если посмотреть на крошечный костюм, висящий сегодня утром в её шкафу, среди её одежды, которую она носит на работу каждый день.

“Да”, я печатаю, и если текст сможет прийти с придыханием, то именно так это будет звучать.

Затем следует длинная пауза, прежде чем она снова начинает набирать сообщение и мне интересно, ей сейчас так же тяжело ответить, как и мне? “Думаю, мы сможем снова позабавиться?”

Я даже не задумываюсь. “Да.”

Её ответ приходит погодя; чувство как будто она набирает сообщение целую вечность. “Иди к станции Мадлен, на 14 платформу и сойди на Шатл. Прогуляйся до центра Жоржа Помпиду, дом 19, улица Бобур, (большой музей, ты его не пропустишь). На эскалаторе поднимись на верхний этаж. Подожди в баре ресторана Жорж 19:00. Лучший вид во всей округе»

Я достаточно близко, чтобы дойти пешком. У меня уже кружится голова от предвкушения, что ползет по позвонкам и окутывает кожу, словно я погружаюсь в теплую ванну. Мои конечности вдруг тяжелеют, а всё тело ноет, я должна зайти под навес перед книжным магазином, чтобы взять себя в руки. Думаю, это чувство подобно тому, которое испытывает бегун на короткой дистанции, услышав выстрел в воздух на старте.

Не знаю, что Света спланировала, но я готова узнать это.

Центр Помпиду легко найти. Благодаря Google, я знаю, что он ориентирован на Центральный Банк Парижа, и находится в районе, известном как район Бобур. После нескольких дней знакомства с городом, я довольно хорошо ориентируюсь. Хотя я и видела фото музея онлайн, я никоим образом не ожидала чудовищных, скелетообразных существ, возвышающихся над городом.

Это как если бы лишить огромное здание облицовки, выставив напоказ его комплексную конструкцию. Трубы, окрашенные в ярко зеленый, синий, желтый и красные цвета, перемежаются с металлическими балками и все вместе выглядит эдаким подобием произведений искусства, располагающимся внутри.

Я следую за указателями, которые приводят меня к большой мощённой площади, заполненной студентами, семьями и группами туристов, прогуливающихся поблизости.