Сказки не для детей - Страница 2
Изменить размер шрифта:
– Чьих вы будете, робяты?
Вы откуда и куда?
– Мы – солдаты, шли до хаты,
Заходили в города.
А теперя держим путь
В черемису, али в чудь:
Мы солдаты – не богаты,
Подработать где-нибудь.
– Вот что, бравые вояки,
Не хотите ли без драки
И без всякой суеты
Заработать на порты?
Дело чистое – не вру,
Надо вору одному
Преподать большой урок,
Да урок пошёл чтоб в прок.
Вобчем, надо его взять,
В пуху, в перьях извалять,
Предварительно измазав,
Мёдом или постным маслом.
И на ярманку отвесть,
Чтоб не мог нигде присесть —
К спине доску привязать,
И оставить погулять!
– Дело ясное, лады!
Мы согласны на труды,
Покажи кого, откуда
И вести его куды.
Ваня всё им показал,
Денег дал, «Пока!» – сказал,
И в купеческой повозке
Не поехал – поскакал.
Долго ехал – то не диво,
Даже в сон его сморило,
И вот так, уже во сне,
Подскочил он как на пне.
Конь заржал, остановился —
Ваня кубарем скатился —
Глядь, какой-то идиёт
Прям из лужи воду пьёт.
– Ты, пошто, такой чудило,
Воду пьёшь не из ручья?
– Да в лесу дрова рубил я,
Там делянка-то ничья.
Жажда, вишь ли, одолела,
А воды нигде и нет,
А когда такое дело,
Проклянёшь весь белый свет!
Напоил его Иван,
Благо, браги – целый жбан,
Посадил чудилу в воз
И домой его довёз.
В благодарность мужичок
Дал ему один сапог:
«Как оденешь на ногу,
Не догнать тебя врагу.
Если два оденешь сразу —
Не успеешь моргнуть глазом,
Рукавом смахнуть соплю —
Пробежишь ты землю всю!
Ваня поблагодарил,
Распрощался и отбыл,
И жене привет горячий
Передать он не забыл.
Ну, а что же грек? А вот:
В кабаке Ванюшу ждёт,
Утром слёзы утирает,
Вечером – горилку пьёт.
По ночам, не видя снов,
Кормит он чужих клопов,
А на кухне бусурмане
Вечно варят жирный плов.
Утром встал, перекрестился
И слегка опохмелился,
Чтоб поесть открыл, уж, рот —
В рот не лезет бутерброд.
Бутерброд он, всё же, съел
И лицом порозовел,
Ну, и выпил опосля,
Нешто жизнь пройдёт здесь вся?
Где же Ваня, вот балда!
Что не едет он сюда?
Не случилось ли беды,
Растудыть его туды!
Ты на парня не греши
И ругаться не спеши!
Он, хотя ещё и млад,
Ловок – чёрт ему не брат!
Супостата он найдёт
И деньгу тебе вернёт,
Парень этот – славный малый,
Знает весь его народ.
И почти в тот самый миг
Мчится Ваня напрямик,
Крикнув чрез собачий лай:
«Ворота мне открывай!»
Грека на двор выбегает,
Впопыхах штаны теряет,
Спотыкается и вот:
Пролетает до ворот.
– Ваня, милый, как я рад!
Впрямь, не парень – просто клад!
Зря напраслину возвёл я,
Я теперь опять богат!
Дело сделано добро,
Отдаёт купцу добро,
У того слеза блестит,
Он, сморкаясь, говорит:
– Что бы не был мне укор —
Пуще денег уговор —
Долю получи свою,
И коня тебе дарю!
– Конь теперя мне не впрок:
У меня такой сапог —
Коли на ногу надел бы,
Добежать домой бы смог.
Распрощались, обнялись,
Увидаться поклялись.
Сунул ногу в сапог Ваня
И махнул почти что ввысь…
Свадьбу славную гуляли,
От еды столы трещали,
Мёд и брага и вино
По усам и в рот текло.
На пиру почётным гостем
Был знакомый нам купец…
Мы ж обычно произносим:
«Тут истории конец!»
2013
Про царя и про шута
В коем-то веке, на крутом на бреге, жил-был царь, всей Расеи государь.
Был он глуп, на деньги скуп, засохший стрючок, как гриб сморчок.
Хоть сынов царю прочили – было у него три дочери. Пытался пристроить и так их, и сяк – да всё не выходит никак: прынцев ноне не густо, а в казне как прежде пусто.
Как водиться, был при царе шут-баламут, и простак и плут, не скромён и не спесив, не урод и не красив, и румян и весел, знал много прибауток и песен, да умом совсем не плох, хоть на вид обычный лох. Царь ценил его за это, хоть тот пел востры куплеты, складно сказки говорил – царь за то его хвалил.