Сказания викингов. Истории о древних королях, отважных моряках, сражениях и невиданных странах - Страница 3

Так мы и путешествовали вдоль побережья, получая много богатств и веселья. Через некоторое время мои люди сказали: «Когда же ты подыщешь ферму, Олаф?» А я ответил: «Еще не пришло время. Летом лучше быть викингом. Когда море замерзнет и наш дракон больше не сможет лететь по волнам, мы найдем для себя ферму и останемся там». Когда наступила зима, я сказал своим людям: «Теперь можно подумать и о ферме. Мне приглянулась одна – на берегу в стране короля Хальфдана». И мы направились к ферме. К берегу мы пристали поздно ночью, вытащили лодку на берег и тихо пошли к дому. Это было довольно богатое хозяйство. Там были столы, и кладовая для припасов, и кузница рядом с домом. В дом вела только одна дверь. Мы подошли к ней, и я постучал своим копьем. «Эй, есть кто живой?!» – закричал я. Мои люди тоже подняли шум. Наконец кто-то из дома спросил: «Кто там?» И я ответил: «Открывай, иначе ты тотчас поймешь, что у твоих дверей сам Тор». После этого я сильно стукнул по двери щитом. Дверь слегка приоткрылась, но я распахнул ее и вбежал в дом. Там было очень темно. Я ничего не видел – только угли краснели в очаге. Я остановился спиной к стене: не хотелось получить удар мечом в спину из темноты. «Зажги огонь», – сказал я. Не дождавшись исполнения приказа, я повысил голос: «Поторопись. Ты оказываешь гостям слишком холодный прием». Мои люди засмеялись. «Скупой человек. Он ведет себя так, будто совсем нас не ждал», – сказали они. Тем временем фермер раздул угли и подбросил дров. Вскоре они разгорелись, и в свете огня мы смогли оглядеться. Мы находились в маленьком зале, в середине которого был очаг. Здесь были скамьи для двадцати человек с каждой стороны.

Фермер застыл у очага, боясь пошевелиться. На скамье в дальнем углу мы увидели дюжину человек, сбившихся вместе. «Эй, рабы, – сказал я, – принесите столы. Мы голодны». Они выбежали через дверь в дальнем конце зала. Мои люди вошли и расположились у очага, чтобы согреться. Я приказал двоим из них стоять на страже у дверей. «Послушай, друг мой фермер, – сказал один из моих людей, – почему у тебя такое унылое лицо? Ты не думаешь, что с нами будет весело?» Другой, смеясь, добавил: «Мы пришли, чтобы развлечь тебя. Скучно проводить зиму без гостей». Тут мои люди оживились, заметив, что рабы внесли большой котел с мясом. Они поставили треногу над очагом и подвесили котел. А мы сели вокруг, наблюдая, как варится мясо. Чтобы быстрее прошло время, мы шутили и смеялись.

Наконец начался ужин. Фермер с мрачным видом сидел на скамье и ничего не ел, что, впрочем, неудивительно. Ведь он видел, как мы быстро поглощали гигантские куски его лучшей говядины и целые корзины хлеба. Когда унесли столы и появилась медовуха, я встал, поднял свой наполненный медовухой рог и сказал фермеру: «Ты не ел с нами, но не можешь отказаться от половины моего эля. Я пью его за твое здоровье». Я выпил половину и протянул рог через очаг фермеру. Тот взял его и улыбнулся. «За свое здоровье я, конечно, выпью. А я-то ведь уже стал готовиться к смерти». Я весело засмеялся и проговорил: «Этого ты можешь не опасаться. Ведь мертвец не сможет накрыть для нас стол». Мы пили и становились все веселее и разговорчивее. В конце концов я встал и объявил: «Мне нравится твое гостеприимство, мой друг фермер. И я решил воспользоваться им сполна». Мои люди захохотали. Они стали наперебой предлагать фермеру, как следует поблагодарить меня, утверждая, что у него наверняка еще не было такого высокого гостя, как я. И я продолжил: «Нет смысла принимать гостей, если они не составляют тебе компанию и не развлекают тебя. Поэтому я решил объявить закон. Мои люди больше никогда не оставят тебя в одиночестве. Хакон будет твоим постоянным спутником, друг фермер. Он всегда будет с тобой. Днем и ночью он будет находиться рядом с тобой – работаешь ты, отдыхаешь или спишь. Лейф и Грим станут постоянными спутниками твоих сыновей». Я назвал еще десять имен и сообщил: «А эти люди будут ходить по пятам за твоими рабами. Вот видишь, как я стараюсь сделать твою жизнь веселее». Итак, я приставил своих людей ко всем домочадцам. За всю зиму ни один из них ни разу не ускользнул из поля зрения одного из нас. Так что до соседей не дошло никаких слухов. Кроме того, место было вполне уединенным, и, если повезет, сюда еще долго никто не забредет.

Я сильно стукнул по двери щитом

О, это была сытая и легкая жизнь. Мы прожили в этом доме довольно-таки долгое время, когда Хакон однажды, придя к ужину, сказал: «Сегодня я слышал кукушку». – «Это знак того, что нам снова пора в море», – сказал я. Мои люди возбужденно зашумели. Их глаза сверкали. Большой Торлейф встал и объявил: «Я уже одеревенел от постоянного покоя. Хочу в бой». Я повернулся к фермеру и сказал: «Сегодня наша последняя трапеза с тобой». Тот рассмеялся и признался, что это была его самая трудная зима, но и самая веселая. И пожелал нам удачи. Я вскричал: «Клянусь бородой Одина! Ты принял нашу шутку, как настоящий мужчина!» Мои люди зашумели и стали стучать кулаками по столу. Грим закричал: «Клянусь молотом Тора! Здесь нет скупого труса. Этот человек достоин получить мой рог для питья. Друг, возьми его. Пусть он служит тебе долгие годы. – Грим протянул рог фермеру. – А с ним я оставляю тебе имя – Сиф Дружелюбный. Надеюсь, мы с тобой когда-нибудь выпьем вместе в Валгалле». После этого мои люди собрались вокруг фермера. Они хлопали его по плечам и дарили разные вещи – кто что мог. Один подарил Сифу Дружелюбному кольцо, другой – браслет, третий – меч, с которым не стыдно идти в бой. Я достал пять массивных золотых браслетов из нашей сокровищницы и отдал фермеру. Старик сначала разинул рот от изумления, глядя на богатые дары, но потом, очень довольный, рассмеялся. «Пусть Один посылает мне таких гостей каждую зиму», – сказал он.

На следующее утро мы попрощались с нашим гостеприимным хозяином, поднялись на борт «Бегущей по волнам» и вышли в море. Мои люди спросили, куда мы направимся. Я ответил: «Пусть решат боги». С этими словами я подбросил копье. Когда оно упало на палубу, то указало направление вверх по берегу. И я повел корабль туда. Это очень хороший способ решить, куда направляться, потому что копье обязательно куда-нибудь укажет. А одно направление ничем не хуже другого.

На этот раз копье указало нам на корабли твоего отца. Они приблизились, завязался бой, и люди твоего отца убили моих людей, потопили мою лодку, а меня взяли в плен. Их было по трое против каждого моего воина, поэтому им удалось с нами справиться. Меня привели к королю Хальфдану и сказали: «Это негодяй, который разорял наши берега. Мы потопили его корабль, убили его людей, а его самого привели к тебе».

Король нахмурился: «Викинг-грабитель?» Я высоко поднял голову и рассмеялся ему в лицо. «Да, а тебе со всеми твоими воинами потребовался целый год, чтобы меня поймать». Король рассердился. «Значит, у тебя еще и острый язык? Что ж, вор должен умереть. Торкел, выведи его отсюда и познакомь со своим мечом».

Твоя мать, королева, в это время стояла рядом. Она тронула его руку и улыбнулась. «Он еще так юн. Пусть живет. К тому же это отличный подарок для нашего малыша». Твой отец взглянул на мать и нежно улыбнулся ей в ответ: «У тебя такое мягкое сердце». Потом он обратился к Торкелу и велел отпустить меня. Устремив свой взор на меня, он снова нахмурился: «Пусть у тебя острый язык, но он тебе не поможет. Мы придумаем для тебя ловушку, из которой нет выхода. Наденьте ему на шею железный воротник». Так я остался в живых и стал твоим зубным рабом. Что ж, таковы превратности судьбы. Но, клянусь троном Одина, я не нарушил клятву.

– Да! – воскликнул Харальд, вскочив на ноги. – И ты успел неплохо повеселиться. Когда-нибудь я тоже дам какую-нибудь клятву.