Сироты небесные - Страница 13

ы опять же…

— Бронзовые, — сказал Ярослав. — Местные ребятишки приносят куски великолепной бериллиевой бронзы. Я обалдел, когда увидел. Похоже, отколупывают от какой-то толстостенной трубы диаметром метра четыре. Волновод, телескоп — не знаю. Но где эта труба — молчат, как партизаны. Да. И заказывают топоры.

— Боевые? И ты, конечно, куёшь?

— Кую. Обычные топорики, знаешь, типа плотницких. Приглядитесь там, на Свалке — может, где эта труба и высунет свой конец?

— Ты можешь думать ещё о чем-нибудь? Я твоих детей воспитывать не успеваю! Лучше куй. Или коли дрова.

— Куй — это правильнее. Помогает. А вот дрова не помогают. Когда сами по себе, не куя.

Вовочка сполз под стол.

— Мальчик, вылези обратно, — строго сказал Олег. — Дядя не шутит, дядя на самом деле так думает. У него очень характерное однонаправленное мышление. Мозг так устроен, понимаешь? Поэтому он куёт. И строгает. Мелкоразмашистые периодические движения, имитирующие…

— Слушай, учитель. Ты чему моих детей учишь?

— Это уже не твои дети, это мои дети. Чему надо, тому и учу. Стены в уборной они не расписывают. За исключением некоторых особо отважных…

Вовочка опять сполз под стол. Особо отважным был он, и Олег это, получается, знал. Знал и не сказал никому.

Одно было жалко: кончится ливень, и сразу выступать. Ферма — не город, здесь кормили от пуза, нисколько не жалко, и останавливаться приходилось самому, и за мелкотой ещё присматривать, чтобы не обожрались, сдохнут ведь на марше, а Олег, язва, допинает насчет выдержки и мужского характера. А где ещё пяти голодным пацанам на стол выставят не картохи этой сиреневой, как тоска, а мяска, и не жилистого птичьего, а прыгункового, горячего, с кровью, самую чуточку тронутого огнём, чтобы запеклась только пряная корочка, а серединка вся оставалась сочная, почти живая, язык проглотить можно, Артур четвёртый кусок поволок, ложь обратно, ладно, заначивай, только сейчас не ешь, вон, листиком огуречным зажуй, и как только Олег их мисками наворачивает да нахваливает…

Медленно тормозим. Теперь — полчашки чаю. Несладкого. Кислый Олежкин взгляд — как эти самые листики. Знал бы он, что прыгунка, если сам поймаешь, так живьём и схрумкиваешь… Хотя знает, наверное. Любят взрослые себе жизнь осложнять.

Дождь уже не хлестал, а просто ссыпался по стенам ровным шорохом. Скоро он разбежится в дробную капель и иссякнет, и останется только подождать с полчаса, пока вода уйдёт вглубь. На Земле, говорят, дождь идёт как попало, кое-где и по многу дней, и тогда там становится непролазная грязь — вроде болота, но без травы.

Уф-ф…

Отвалились. Всё.

Олег с паном Яреком опять спорят… Они начали спорить ещё на корабле и с тех пор никак не могут остановиться.

— Олежа, перестань звонить, — говорил пан Ярек, основательно положив волосатые лапы по обе стороны пустой миски. — Я допускаю, что ты гений предвидения, но пока что ничего кошмарного не случилось. И, вполне возможно, не случится… Я тут ещё одну сказку написал. Почти что про тебя.Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com