Сильна, как смерть - Страница 41

а.

И он тут же набросал картину, одну из тех картин, которые так хорошо ему удавались, - картину утреннего Леса с его всадниками и амазонками, этого клуба для избранных, где все знают друг друга по именам и даже по уменьшительным именам, знают родственные связи, титулы, добродетели и пороки, как если бы все эти люди жили в одном квартале или в одном провинциальном городишке.

- А вы часто здесь бываете? - спросила она.

- Очень часто; право же, это самый прелестный уголок Парижа.

- По утрам вы ездите верхом?

- Ну да!

- А после, днем, вы делаете визиты?

- Да.

- Но когда же вы работаете в таком случае?

- Ну, работаю я.., когда придется! Ведь я пишу портреты красивых женщин, я выбрал занятие себе по вкусу, - а раз так, я должен видеть и сопровождать их едва ли не всюду.

- И пешком и верхом? - по-прежнему без улыбки прошелестела она.

Он искоса бросил на нее довольный взгляд, казалось, говоривший: "Ну, ну! Уже остришь. Для начала недурно!"

Налетел порыв холодного ветра, примчавшегося издалека, с шири равнин, еще не совсем пробудившихся от спячки, - и весь лес, весь этот кокетливый, зябкий, великосветский лес вздрогнул.

Несколько секунд дрожали листочки на деревьях и платья на плечах. Все женщины почти одинаковым движением снова накрыли руки и грудь спустившимися было с плеч накидками, а лошади рысью понеслись с одного конца аллеи к другому, словно их подхлестнул промчавшийся по их спинам пронизывающий ветер.

На обратном пути, под серебристое позвякивание уздечек, они ехали быстро, и их заливал косой, красный дождь лучей заходящего солнца.

- Разве вы возвращаетесь домой? - спросила художника графиня, знавшая все его привычки.

- Нет, я еду в клуб.

- В таком случае мы вас подвезем.

- Отлично, благодарю вас.

- А когда вы пригласите нас с герцогиней к себе на завтрак?

- В любой удобный для вас день.

Этот придворный живописец парижанок, которого поклонники окрестили "Ватто эпохи реализма", а хулители называли "фотографом дамских платьев и манто", часто принимал у себя то за завтраком, то за обедом красивых женщин, которые ему позировали, а также других дам, непременно известных, непременно знаменитых, и всем им очень нравились эти маленькие развлечения в доме холостяка.

- Может быть, послезавтра? Вам будет удобно послезавтра, дорогая герцогиня? - спросила графиня де Гильруа.

- Да, да; вы очень любезны. Господин Бертен никогда не подумает обо мне в такого рода случаях. Сейчас видно, что я уже немолода.

Графиня, привыкшая смотреть на дом художника до некоторой степени как на свой собственный, сказала:

- Будем только мы вчетвером, только наша сегодняшняя четверка: герцогиня, Аннета, я и вы, - не так ли, господин великий художник?

- Никого, кроме нас, - подтвердил он, выходя из кареты. - Я вас угощу раками по-эльзасски.

- Ох! Этак вы избалуете девочку!

Он откланялся, стоя у дверцы экипажа, потом быстро вошел в парадный вестибюль клуба, бросил пальто и тростьОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com