Сила и власть личности - Страница 12

Внешность человека обычно очень точно отображает его внутреннее состояние. Особенно лицо выдает образ мыслей и внутренний настрой. «Голова и лицо расскажут вам все о человеке», – утверждал Платон. Вебер называл лицо «протоколом характера», а Шопенгауэр несколько суживает это определение: «Расшифровка лица есть великое и трудное искусство. Им никто не овладеет до конца, даже самый опытный запутается в недоразумениях». А неопытный? Насколько он подвержен «недоразумениям»? Поэтому нужно учиться заглядывать человеку в душу.

Наблюдательный человек в состоянии изо всего сделать выводы; нет ни одной видимой части человеческого тела, в которой не проявлялись бы те или иные черты характера. И «если я исследовал суть человека, то знаю его желанья и поступки», говорит Шиллер.

Знать людей и учиться их понимать – наилучшее средство против страха перед общением. «Людей боится тот, кто их не знает». Страх проистекает из неизвестности.

А скольких разочарований и потерь избежит тот, кто в состоянии понять сущность человека, определить его надежность, выдержку, честность, верность. С тем же, кто этого понять не сумеет, будет так же, как с неким купцом, который взял себе в компаньоны дельного, ну очень дельного человека. Сначала у компаньона был опыт, а у купца деньги. Но вскоре у компаньона появились деньги, а у купца – опыт.

Ниже будут приведены некоторые физиогномические сведения, но только такие, которые каждый легко обнаружит сам, и на основе которых каждый сможет сделать умозаключения о сущности других людей. Детали и тонкости здесь – в силу естественных причин – опустим. Но некоторые обобщения просто неизбежны. Основательные знания по этому вопросу можно получить, читая литературу по характерологии.

Все эти оговорки нужны для того, чтобы ученик Школы жизни не совершил ошибки, а именно: исходя из немногих признаков, попытался бы сделать окончательное заключение относительно сущности повстречавшегося ему человека. Здесь возможны только приблизительные величины. Единичный признак, даже если он подтвержден другими признаками, еще не является достаточным указанием на существование какой-то определенной черты характера; он должен найти свое подтверждение в рамках общей картины.

Отдельные оценки нужно совмещать с большим чувством такта, деликатностью. Причем необходимо избегать дешевых аналогий, то есть выводов, исходящих из похожести или совпадения нескольких или даже многих признаков двух вещей (явлений), якобы говорящих о похожести или одинаковости их свойств или их сущности. Если у некоего господина А короткий большой палец, маленький подбородок, сощуренные маленькие глаза и низкий лоб, если он, как всем известно, податлив и ограничен, а у господина Б – те же самые физиогномические признаки, это еще не доказательство того, что господин Б податлив и ограничен. Работать должны не только глаза, но и инстинкт, чтобы выносить суждения и решения. Нужно почувствовать особенность другого в ненапряженном состоянии; здесь как никогда справедливо изречение: «Если вы на этом не сосредоточены, вы это и уловите».

Кроме того, судя о других, мы должны быть свободны от эмоций, спокойны, очень внимательны и предоставить действовать инстинкту. Мы должны на этот момент «отречься» от себя и следить за тем, чтобы наши оценки не были окрашены или искажены мнениями третьих лиц. А еще мы должны остерегаться любых предрассудков, не имеем права видеть в других нечто, чему нет надежных доказательств. Каждый человек уникален, и его только частично можно сравнивать с другими.

И еще: мы не имеем права судить о человеке с первого взгляда. Выводы можно делать лишь после того, как мы проверим, а выдерживают ли они всю возможную критику, не содержат ли элементов самообмана, подтверждены ли фактами, а если нет, то почему нет? Все новое, что мы узнаем о другом человеке, может быть фрагментом некой цепи. И если потянуть за ее видимое звено, на свет появится множество других решений. Поэтому не станем считать свои суждения окончательными, а будем всегда готовы к тому, чтобы научиться чему-то новому.

Самый надежный способ познания людей – наши инстинкты, которые позволяют непосредственно воспринять чужой характер. Эта способность к чуткому познанию сущности другого дремлет в каждом человеке.

Инстинкт в буквальном переводе означает «побуждение, стимул, импульс, вдохновение». Мы понимаем под этим способность правильно реагировать и действовать, «осуществить некое независимое от деятельности разума стремление, некие действия, полезные для сохранения индивидуума», и правильно ответить. Инстинкт – проникновение в сущность другого человека, с наибольшей надежностью вырастающее из проникновения в самого себя. Он – инстинкт – улавливает самую суть вещей и людей, позволяя нам правильно действовать. Он – голос жизни. Благо тому, кто слышит этот голос.

Инстинкт не обманешь: подчас любезный очаровательный человек с безупречными манерами вызывает у нашего инстинкта неприятное чувство, он предупреждает нас. Почему? О чем? Вежливость оказывается маской, человек этот ненадежен. Однажды мы сами поймем, что поступили правильно, последовав велению инстинкта: выяснится, что любезный человек, оказывается, идет по трупам, пренебрегая благополучием других, преследует свою выгоду. Инстинкт видит дальше, чем разум; он проникает в подсознание другого человека. Это некое внутреннее «предзнание», когда можно ощутить то, что еще только прорастает в другом человеке.

Инстинкт никогда нам не повредит: наоборот, кто следует ему в торговых делах, зачастую удивительно быстро продвигается вперед; кто прислушивается к нему, общаясь с людьми, лучше ладит с другими; кто применяет его в дипломатии, достигает стабильных успехов. Во всех областях сотрудничество с инстинктом приносит выгоду.

Пробуждается инстинкт, прежде всего, тогда, когда вы доверительно его утверждаете в себе. Необходимо подойти к инстинкту так же, как к подсознательному, если мы хотим сделать его своим другом и помощником. Здесь нужно учитывать сказанное в конце двадцать второй учебной недели.

Надо с истовой верой говорить действию инстинкта «да» и поступать так, будто он уже проснулся. Это скорее вызовет его на поверхность вашего сознания. Он потребует вашего доверия, захочет, чтобы к нему относились как к чему-то само собой разумеющемуся, а заодно ему нужно ощутить вашу благодарность за оказанную им помощь. И он проявит себя еще ярче. С первым видимым успехом станет расти ваше доверие к нему, а тем самым и ваша уверенность в успехе и ясность инстинкта. То есть необходимо постоянно утверждать про себя:

«Я всегда могу положиться на свой инстинкт. Он всегда бодрствует, постоянно дает мне четкие советы и всегда мне помогает!».

Тишина – тоже одно из средств для пробуждения инстинкта: мы погружаемся в тишину, закрываем глаза, и всё в нас замолкает. Помещаем в центр сознания образ одного из своих знакомых и предоставляем инстинкту оценить его. Ваша чуткость по отношению к сущности вашего знакомого начнет расти, и, наконец, вы ощутите волны (вибрацию) его мыслей, волны приязни или зависти, любви или ненависти, дружбы или расчета, честности или скрытности.

Контакт с душой другого человека мы укрепляем тем, что смотрим ему в глаза на мгновение дольше, чем обычно, причем представляем себе, что его душа раскрывается перед нами. Тем самым мы включаем тонко настроенный душевный щуп и зонд своего инстинкта, который улавливает характер другого человека, измеряет, взвешивает и оценивает его, молниеносно комбинирует отдельные камешки мозаики, упорядочивает и складывает в единое целое, тут же выдавая нам картину души другого человека в форме четкого внутреннего ощущения.

Эта картина тем достовернее, чем с меньшей предвзятостью мы смотрим на другого, чем свободнее мы от предрассудков.

Если человек отсутствует, достаточно сконцентрировать внимание на фотографии этого человека или, если ее нет, то на внутреннем образе, на представлении о нем. И в этом случае мы концентрируем свой инстинкт на вопросе: «Каков характер у этого человека?», упорно удерживаем его образ, предоставляя все остальное подсознанию. Тогда ответ придет сам собой, иногда позднее – тогда, когда он нам действительно нужен, но всегда вовремя.