Шаг вперёд, два шага назад (СИ) - Страница 57

— Не знаю. Пока не в состоянии. А там посмотрим. Как чувствовать себя буду.

Тут я слукавила, потому что Стас определённо дал мне понять, что на работу я сегодня не выйду, а проведу дома в его обществе. Он будет работать врачом, а я — пациент, который не должен ослушаться приказов врача. Ему хотелось обо мне заботиться, и я подумала, что для наших отношений это будет плюсом. Но Нине рассказывать всё равно не хотелось. Может когда-нибудь такой момент наступит — и она искренне порадуется за меня. Но пока её будут раздражать эти разговоры — не надо. Пусть свыкается с мыслью, что мы со Стасом вместе.

— Слушай, мне с тобой поговорить надо, и это не по поводу Стаса, — сказала я Нине.

— Хорошо, какая проблема? Позвони и встретимся. Хотя нет, теперь у тебя одни свидания со Стасом по вечерам, — не смогла обойтись без подколки Нина.

— Язва ты, — беззлобно отметила я факт. — Я позвоню тебе, и мы встретимся. Выздоравливай, чмоки.

Глава 43

Когда мы с Нинкой встретились, мы уже не поднимали тему Стаса.

— Слушай, а ты помнишь предсказание Ерошкиной о Леонове? — попыталась я невинно выйти на интересующую меня тему. — И тут такой странный несчастный случай.

— Почему странный? — поинтересовалась Нина. Похоже, ничего странного она не увидела. Зато вспомнила о предсказании. — А ведь правда! Ерошкина ему тогда на Хэллоуин предсказала. А я забыла!

Нина воодушевлённо на меня посмотрела. Я всё же вернулась к волнующей меня теме.

— Ну как, что странного? Зачем ему, скажи на милость, было открывать окно зимой? И как он мог выпасть?

— Как он мог выпасть, я тебе не скажу, но окно было открыто для проветривания. В тот день уборщица вылила бутылку хлорки у них на этаже. Ты, видно, не знакома с материалами дела. Это подтверждается показаниями.

— Вот как, — разочарованно протянула я. — Но всё равно. Допустим, окно открыл для проветривания. Но как он мог выпасть?

— Кто знает? — пожала плечами Нина. — Причин миллион. Напился, не удержал равновесия. Голова закружилась — у меня вот на высоте часто кружится. Споткнулся, упал. Решил покончить с собой… Неужели ты подозреваешь убийство? — заговорщицки прошипела она. — У тебя есть подозрения?

— Да нет, — пожала я плечами как можно равнодушней. — Я о нём вообще ничего не знаю.

У Нины явно больше не было сведений и подозрений, поэтому пришлось сменить тему.

С тяжёлыми думами и ломая мозг, я направилась домой. Вернее, к Стасу. Чёрт, неужели я теперь именую квартиру Стаса своим домом?

Ни Стасу, ни Нине я о своих подозрениях не сказала. Самой бы разобраться. Всё же либо я верю Чудовищу, либо нет. Я должна это решить для себя.

Ночью впервые приснился странный тягучий сон, который потом стал периодически повторяться. Я оказываюсь в каком-то месте, заполненным молочным туманом так, что почти ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Лишь иногда он расступается, словно выхватывая куски мозаики, которую мне надо будет потом собрать.

— Помоги… — слышу я тихий девичий голос. А затем другой с той же мольбой: — Помоги…

Туман чуть расступается, и я вижу лишь очертания юных девичьих фигур, в длинных белых рубищах, скрывающих их с головы до пят. Девочки появляются и исчезают, они далеко до меня. Я пытаюсь спешить за ними, чтобы догнать, остановить, рассмотреть… но фигуры тают, туман уплотняется, скрывая от меня обзор, и так по кругу.

Я проснулась в липком поту, сон оставил тяжёлый, неприятный осадок. Хочется поскорее стряхнуть его с себя и забыть. Но я вспоминаю тихий шелест: «Помоги»… и меня бьёт озноб. Что это было?!

За несколько дней до Нового года мы со Стасом были приглашены на званый ужин. Стас попросил меня явиться при полном параде и надеть тот «сумасшедше красивый сапфировый браслет». Я пообещала, но, как ни странно, не смогла его найти. Обыскалась, спросила у всех домочадцев, никто не знал и не брал. И я отправилась без него.

Стас сделал вид, что не особо огорчён, хотя, может, это было действительно так. На обратном пути на нас напали грабители.

Трое парней в чёрных одеждах с капюшонами на голове как тени обступили нас у машины на парковке.

— Бабки и украшения на капот, — скомандовал хрипло один, отобрав у меня сумку. Он бросил взгляд на мои руки, вероятно оценивая наличие украшений на пальцах. И тут же начал рыться в сумке.

Стас было дёрнулся, но тут же перед ним сверкнуло лезвие ножа, и я схватила его за руку.

— Не надо, — испуганно попросила его.

Понятно, что ему передо мной хочется погеройствовать, но не нужны мне эти геройства. Я сняла из ушей серёжки с маленькими сапфирами, подарок Стаса, и положила на капот. Стас пренебрежительно вынул из кармана бумажник и кинул к ногам второго парня у капота машины. Тот усмехнулся, но бумажник поднял и положил на капот к другой добыче. Знаком показал отдать ключи от машины, которые Стас вертел в руке, потому что как раз недавно достал их.

Парень раздосадовано рылся в сумке, в нетерпении высыпал всё содержимое на капот. Со стуком, отскакивая, в снег полетели щётка, зеркальце, помада и другие женские мелочи. Выпал и кошелёк, но как ни странно, парень даже не обратил на него внимания. Второй поднял его и положил к остальному. Закусив губу, первый рылся в потайных карманах, но, судя по всему, находки его не радовали.

Он подошёл ко мне и схватил за руки. Посмотрел на них, поднял рукава.

— Где он? — нетерпеливо спросил он.

— Что? — не поняла я.

— Снимай шубу, — приказал он.

Стас опять дёрнулся и второй тотчас же выставил перед ним нож.

— Эй, ты, — грозно позвал Стас первого, но тот нервно смотрел на меня.

Я растерянно посмотрела на Стаса и сняла шубу. Третий забрал её у меня, а первый стал меня осматривать.

— Где браслет? — парень явно нервничал.

— Какой? — «удивилась» я, хотя поняла, какой браслет их интересует.

— Сука, — разозлился первый и ударил меня по лицу.

Стас рванул второго с ножом на себя, парень его оттолкнул и, взяв добычу, они ретировались, легко растворившись в темноте.

Стас подбежал, обнял меня.

— Всё нормально?

Он снял с себя дублёнку и накинул её мне на плечи. Взял в руку лицо, стал осматривать, чертыхаясь.

— Нормально всё, не волнуйся. Надо просто холодное что-то приложить, чтобы синяка не было, — потрогала я саднящую скулу.

Стас наклонился, взял охапку снега и, скомкав, протянул мне. Я приложила к лицу.

— Надо убираться отсюда поскорее, — заметила я появившуюся на стоянке весёлую компанию.

— Как это? Надо вызвать полицию, — растерялся Стас.

— Зачем? Ты думаешь, они их найдут или вернут нам деньги? Из ценного украли только серёёжки, но вряд ли они найдутся. Или у тебя было много денег?

— Нет, но в бумажнике был ворох карточек. Надо как-то объяснять их потерю и сообщить в банки. А твоя шуба?

— А что шуба? Она ничем не отличается от миллиона таких же.

— Они забрали ключи от машины. На них брелок вполне оригинальный.

— Точно, Викин именной подарок. Не знаю, как хочешь.

— Я хочу, чтобы их нашли, — твёрдо сказал Стас и мрачно посмотрел на след от удара на моем лице.

Если честно, мне совсем не хотелось привлекать полицию. Опознать парней мы не сможем, никаких особенных примет у них не было, я даже описать бы их затруднилась. Но самое главное мне не хотелось привлекать внимание к браслету, ведь именно он им и был нужен. Но и Стаса просить о нём умолчать я боялась. В общем, оставила на его усмотрение. Он таки вызвал полицию, и нам пришлось провести несколько часов в отделении. Про браслет Стас то ли забыл, то ли не придал значение, но в общем, умолчал. Чувствовалась только, что он жаждет встречи с обидчиками и мести.

Эта история вызвала в моей и так уже нездоровой головушке массу ненужных вопросов. Кто же причастен и кто заказчик ограбления? Кому нужен мой браслет? О том, что я собиралась его надеть, знал только Стас. Но он также знал, что я его так и не надела. Но мог ли он предупредить нападающих? Или не мог? Браслет волновал ещё также чудовище. Знал ли тот, что я собираюсь его надеть? Нет. Но догадаться, что я могу надеть дорогой браслет, если собираюсь на званый ужин, труда не стоило. Также любому тому, кто хотел завладеть браслетом. Другое дело, кому он ещё нужен?