Шаг вперёд, два шага назад (СИ) - Страница 115

Тут на поляне из леса появился призрак, похожий на мою маму.

— Смотри, что я тебе нашла, моя крошка, — обращалась она к моему сыну и несла цветное птичье пёрышко.

Она увидела меня, испуганно застыла. Сын протянул к ней ручки:

— Дай. Баба, дай.

Мама виновато мне улыбнулась.

— Не переживай, дорогая. Он просто развлекается, ему скучно.

Я хотела что-то сказать или спросить, не знаю, но изо рта вырвался только хрип.

Тут следом из леса вышел призрак моего папы. Он направился ко второму призраку и ребёнку, но увидев меня, виновато улыбнулся, развёл руками. Подошёл к жене, крепко обнял и расплылся в улыбке. И я поняла, что было не так в моей маме.

Я помнила суровую женщину с крепко сжатыми губами и сосредоточенным выражением лица. Сейчас же передо мной стояла хоть и призрачная, но счастливая, расслабленная женщина, такая, какой должна была быть. Такая, какой я хотела её видеть и молила об этом каждую ночь перед сном будучи ребёнком.

Она протянула ко мне руки, словно желая меня обнять. Но так как это было невозможно, опустила. Мягко сказала:

— Я не была тебе хорошей матерью, но у меня есть шанс побыть бабушкой.

И она ласково посмотрела на своего внука.

А у меня отчего-то защипало в носу и увлажнились глаза. Но я взяла себя в руки. Перевела взгляд на своих тёть, которые не смогли посмотреть мне в глаза, смотря куда угодно, только не на меня. «Как бы глаза не сломали», — гневно подумала я. Впрочем, пусть, и не жалко, вот совсем. Потом перевела взгляд на маму, папу.

— Кто мне объяснит, что здесь происходит?! — рявкнула я.

Тут из другой стороны леса послышался командирский голос бабушки. Она кого-то отчитывала. И когда они появились на поляне, я увидела кого — оборотня Демьяна.

В это время, не дождавшись меня и желая узнать, что задержало его жену, из лесу вышел Алекс и встал как вкопанный. Я аккуратно взяла его за руку:

— Мужаемся.

Бабушка вышла на поляну, увидела нас и разразилась, прижав руки к левой стороне груди:

— Ох ты, боже мой, ядрена феня… — посмотрела на нас, потом с недовольством обратилась к моему мужу:

— Что так быстро? Мы надеялись на подольше.

— А у вас сердечко, я смотрю, прихватило? — не остался в долгу муж, мрачно посмотрев на бабку.

Она фыркнула и гаркнула на весь лес:

— Выходите все. Нас застукали.

Я повернулась к мужу за поддержкой, но увидела такое же обречённое выражение лица, как у меня. Но тут его взгляд изменился, и я проследила за ним.

На поляну боязливо выходили призраки девушек что водили хоровод. Я уже поняла, кто это был — хранительницы браслета. А также людей, оборотней, но мой муж внимательно смотрел на одну пару, которая стояла в обнимку: золотоволосую хрупкую пожилую женщину с мягким понимающим взглядом и сурового сильно пожилого оборотня с прямой осанкой и мудрым взглядом.

— Отец? Мать?

— Сынок… — женщина всхлипнула и протянула руки, как до этого сделала моя мать. Оборотень крепко прижал её к себе, успокаивающе гладя по плечу и что-то шепча ей на ухо. Она опустила руки, кивая, одну положила сверху на руку мужа. Улыбнулась, перевела взгляд от сына ко мне.

— Здравствуй, дочка.

И тут я уже не смогла сдержать слёз и не считала нужным. А на поляну всё выходили и выходили наши предки — кланов Исцеляющих, оборотней и колдунов. Каждый представлялся родовым именем и объяснял наше родство с ним.

— Я Астрид, дочь клана Исцеляющих, твоя четыре-раза-прабабушка, — вышла вперёд статная дама с уложенными «в корзинку» волосами.

— Я её муж, сын колдуна Игнатия, Арсений Кондратьев, твой пра-пра-пра-прадед, — сделал шаг и встал рядом с Астрид седобородый крепкий высокий мужчина.

Я кивала на каждое представление, а потом мы с мужем, не сговариваясь, склонили головы перед нашим родом. Они вместе. Это самое главное. Нет вражды, нет ненависти, нет больше ничего, что угрожало бы нашим отношениям и нашему сыну. Сыну… Я посмотрела на него. Он невинно хлопал глазками, но при этом хитро улыбался.

— Обычный ребёнок, — вздохнула я с сарказмом.

И тут же услышала девичье хихиканье. То, что я слышала в трёхлетие. Это была та самая юно выглядевшая девочка из хранительниц браслета из моего сна. Совсем как ребёнок. Непоседливый, проказливый и шаловливый.

— И как давно это происходит? — простонала я.

Все так быстро потупили глазки, что я строго посмотрела на бабку, она ведь самая смелая у нас, пусть и несёт ответ.

— Так это, с самого рождения, — нехотя сказала она.

Я вздохнула.

— А ты не замечала, что у тебя ребёнок-то совсем не плачет?

Конечно замечала. И даже были подозрения. Но списала на то, что у нас такой спокойный ребёнок. Да и с ним почти всегда рядом кто-то был и не давал плакать. Но даже когда он был один, он никогда не плакал.

— И по ночам сладко спалось? — задушевно спросила бабка.

Я закусила губу. Ну да, по ночам мальчик, как я думала, крепко спал, я слышала, бывают такие младенцы. А значит, тут дело в другом.

— Ты его совсем одного не оставляла, — почему-то обвиняюще ткнула в меня бабка.

— А надо было? — поразилась я.

— Это была единственная возможность побыть с малышом.

— Мы не хотели пугать тебя, — мягко сказала мама.

И откуда такая мягкость только появилась?

— Вы так переживали, что у вас родится ребёнок со способностями, что мы хотели как можно дольше оградить вас от этого.

И тут все близкие заговорили разом наперебой.

— Он может ходить за грань…

— Он видит призраков и делает их видимыми другим, как сейчас…

— Он путешественник по снам…

— Надеюсь, это все его способности? — осведомилась я.

И снова все потупили глазки, переглядываясь.

— Выкладывайте! — теперь рявкнул муж.

И посмотрел на своих родителей, видимо ожидая от них правды. Его отец, выдержав взгляд, ответил:

— У него проявился ген оборотня.* И он может легко перебрасываться в волчонка и человека. Мы его научили его делать это тогда, когда никого нет рядом, ну, кроме нас. Не переживай. Он способный ученик.

Мы переглянулись и простонали одновременно.

— И давно?

— Так это, почти с рождения. Марина позвала меня сразу, и я принялся обучать его, не теряя ни минуты.

— А ещё он целитель, — встряла малышка, которая любит похихикать над наивной мамой. — Причём он исцеляет всех, независимо от…

И тут же смутилась, потому что на неё предупреждающе смотрели взрослые.

— Но этого не может быть. Я проверяла. Я смотрела. Как мы могли всего этого не заметить? — схватилась я за голову.

— Мы старались, чтобы вы не узнали. Для него обучение игра, но он такой смышлёный и хитрый мальчик, что мне кажется, всё он понимает.

— Есть ещё что-нибудь? — дрогнул мой голос.

Девочка с воодушевлением открыла рот, а у меня внутри всё похолодело. Но ей не дала сказать бабка.

— Я думаю, что сюрпризов пока предостаточно. Пусть родители сами открывают все возможные способности сына. Он будет расти, меняться, одни силы уходить, другие приходить. Впереди вся жизнь для приятных открытий.

— Или неприятных, — буркнул муж.

— Конечно, приятных, — отрезала бабка. И как-то мягко, насколько она умела, посмотрела на меня и предупредила: — Не забывайте, у него кровь не только Исцеляющих, оборотней, но и колдунов.

По-видимому, это всё, что она могла сказать, и я кивнула, хотя внутренне похолодела. Как с этим справиться? В поисках поддержки я крепко сжала руку мужа.

— Зато нам больше не надо прятаться, — довольно выдохнула бабка и засюсюкала с мальчиком. — А то смотри, чтоб то мамы не было, то папы, то ещё кого-нибудь. Да, мой хороший?

— Никаких большей детей! — рыкнул на меня муж.

А я отвела глаза. Где-то послышалось отчётливое фырканье, муж перевёл злой взгляд на призраков. Но им-то что, они уже умерли. Но, тем не менее, все отводили глаза и смотрели в разные стороны, как будто там происходило что-то интересное. Муж подозрительно посмотрел на меня. Я виновато пожала плечами: