Семейный алтарь - Страница 1

Под лучами солнца изголовье становилось фонтаном, брызжущим ясными бликами. На нем были вырезаны львы, горгульи и бородатые козероги. Даже в полночь оно внушало благоговение. Антонио сел на кровать, расшнуровал ботинки, большой загрубевшей рукой тронул поблескивающую арфу на изголовье. Потом опрокинулся в эту удивительную машину для сновидений. Он лежал, тяжело дышал, и глаза его закрывались.

– Каждую ночь мы спим, словно внутри каллиопы[1], – донесся до него голос жены.

Ее недовольный тон удивил Антонио. Он долго лежал неподвижно прежде чем решился дотронуться до холодного металла, украшающего изголовье, перебрать грубыми пальцами струны той лиры, что спела им за эти годы много песен, неистовых и прекрасных.

– Это не каллиопа, – наконец ответил он.

– Но вопит точно так же, – сказала Мария. – Миллиард человек на этой Земле спят сейчас в своих кроватях. Чем мы хуже, во имя всех святых?

– Вот же кровать, – мягко сказал Антонио.

Он тронул бронзовый рельеф арфы над головой, извлек несколько звуков. Для его слуха это была «Санта Лючия».

– Она вся горбатая, словно под нами верблюд.

– Послушай, Мама, – сказал Антонио. Он называл ее так из-за того, что она до безумия хотела иметь детей. – Ты никогда так не говорила, пока миссис Бранкоцци не купила пять месяцев назад свою новую кровать.

– Кровать миссис Бранкоцци… – мечтательно сказала Мария. – Она как снег. Такая просторная, белая и гладкая.

– К черту снег, а вместе с ним все просторное, белое и гладкое! Вот пружины – пощупай-ка их! – крикнул он сердито. – Они знают меня. Они помнят, что в час ночи я лежу так, а в два часа – этак! В три часа – так, а в четыре – по-другому. За эти годы мы приработались, изучили друг у друга все выпуклости и впадины.

– Иногда мне снится, – со вздохом сказала Мария, – будто мы лежим в миксере для тянучки, что стоит в кондитерской у Бартоле.

– Эта кровать, – провозгласил он во тьму, – служила нашей семье еще до Гарибальди. Из этого источника вышел целый взвод честных офицеров, два галантерейщика, парикмахер, четыре певца – они пели в «Риголетто» и «Трубадурах» – и еще два гения столь универсальных, что всю-жизнь не могли избрать себе занятие.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.