Секундарные права в гражданском праве Российской Федерации: общие вопросы теории, секундарные права - Страница 10

Определенность содержания определяет волю и тем самым усиливает ее, иначе говоря, степень определенности влияет на ту самую императивность секундарного права. Психическое переживание власти (управомоченности) в секундарных правах достигает наивысшего предела.

Императивность в рамках секундарных прав коренным образом отличается от императивности административного права: властью снабжается частный субъект, вмешательства публичной власти не требуется.

Примечателен анализ волевого акта, проведенный А.Н. Леонтьевым[68]. В качестве волевого акта подразумевался акт, который подчинялся определенной цели. Это применимо к секундарным правам. Далее указывалось, что волевой акт прежде всего должен происходить в условиях выбора. Применительно к секундарным правам выбор состоит в осуществлении либо неосуществлении права. В отношении секундарных обязанностей выбора не имеется. Секундарная обязанность выступает как приказ со стороны нормы объективного права. Дальнейшим признаком воли выделялось наличие препятствий, которые нужно преодолеть. Препятствием воли в секундарном праве или обязанности является наличие или отсутствие правоотношения, которое нужно либо прекратить или изменить, либо создать соответственно.

Следующей характеристикой воли выделяется ее осуществление в условиях полимотивации, т. е. при воздействии нескольких мотивов к действиям. Предпочтение мотивам к разным действиям (положительным или отрицательным) является волевым актом. Применительно к секундарным правам мотивы их не важны, между тем волевым актом будет признаваться только осуществление секундарного права. Неосуществление секундарного права не имеет никакой юридической сути, хотя бы и было мотивировано какой-либо целью.

Еще одним признаком является подкорковое происхождение воли. Воля готовит моторику движений (тоника), исток ее находится в бессознательном уровне. Между тем в праве воля всегда интеллектуализирована, т. е. проходит через сознание (происходит фазика движений)[69]. Ранее уже упоминались психические функции, выделяемые К.Г. Юнгом, и их взаимосвязь с волей. Здесь же следует отметить, что всякая норма права осмыслена и является продуктом разума всегда, поэтому только разумная воля может являться содержанием норм права и соответственно секундарных прав, субъективных прав и прочих средств правового регулирования, предоставляемых субъектам.

Учитывая формирование всех психических процессов и воли в условиях времени и признавая волю ограниченной временны́м пределом, нужно отметить особенности этого предела для секундарного права. В.П. Грибанов рассматривал срок существования субъективных прав как срок действия этого права во времени[70]. Но секундарные права существуют лишь применительно к правоотношению, они закреплены в нормах объективного права и не имеют срока существования. Осуществление секундарных прав носит практически мгновенный характер – достаточно лишь наличия представления о волеизъявлении (воле) в рамках осуществления секундарного права.

Также нужно отметить юридическую специфику воли. Воля при осуществлении секундарных прав имеет властный характер, предполагает подчинение этой воле одной стороны другой стороной, что по сути сближает эту волю с административно-правовым властным воздействием на субъекты со стороны государства при осуществлении властно-управленческой деятельности[71]. Однако здесь необходимо произвести довольно простой анализ воли во взаимодействии с субъектами. В административном праве воля имеет линейную направленность: она исходит от властного субъекта (государства) и адресуется подвластному субъекту – один субъект полностью подчиняется воле другого субъекта. При осуществлении секундарных прав воля обладателя секундарного права расщепляется и воздействует на всех субъектов правоотношения, в том числе на обладателя секундарного права. Для лица, которое не обладает секундарным правом, волеизъявление обладателя секундарного права носит властный характер и требует подчинения. Для обладателя секундарного права воля в рамках секундарного права вызывает самоподчинение. Самоподчинение происходит потому, что воля в правоотношении качественным образом отлична от воли в секундарном праве. В правоотношении воля направлена на продолжение его существования, на исполнение существующих обязанностей и осуществление прав. Воля в секундарном праве противоположна – направлена на «слом», преобразование существующего правоотношения. Оба или более двух субъектов должны подчиняться этой воле в секундарном праве. Эти воззрения показывают, что секундарные права нельзя относить к административным велениям и актам индивидуального применения административного права, что является доказательством гражданско-правовой принадлежности норм, устанавливающих секундарные права.

Предмет правового регулирования отрасли права понимается как общественные отношения либо как поведение участников таких отношений[72]. Воздействие норм права осуществляется на психику субъектов, т. е. воздействие на общественную действительность всегда опосредуется через психическую деятельность. В предмет правового регулирования входит не только само поведение участников правоотношения (в узком смысле), но и любое иное явление, так или иначе подпадающее под воздействие правовых норм. Н.И. Матузов верно вводит в структуру предмета помимо самих общественных отношений субъекты, объекты и социальные факты[73]. Эти социальные явления при помощи права приобретают юридическую форму. Таким образом, предмет правового регулирования следует понимать достаточно широко, поскольку каждый из вышеназванных элементов будет обладать спецификой для каждой отрасли права.

Предмет (наряду с методом правового регулирования) является основанием деления системы права на отрасли.

Предмет гражданского права в самом упрощенном виде определен как имущественные отношения и неимущественные отношения[74]. Предмет гражданского права постоянно расширяется в современное время.

Относительно недавно в предмет гражданского права были включены корпоративные отношения[75]. Корпоративные отношения являются относительными и неимущественными по своему экономическому смыслу и фактически являются неимущественными обязательствами[76].

До законодательного введения в предмет правового регулирования гражданского права существовали различные воззрения относительно места корпоративных отношений в предмете гражданского права, однако бо́льшая часть мнений сводилась к тому, что корпоративные отношения составляли самостоятельный блок отношений, регулируемых подотраслью гражданского права – корпоративным правом[77].

Нужно сказать, что независимо от места корпоративных отношений в предмете гражданского права и дискуссиях о месте корпоративного права несложно все же убедиться в общественной сути корпоративных отношений. Иначе говоря, вопрос о том, что эти отношения являются предметом регулирования некоторого правового образования (отрасли гражданского права, подотрасли корпоративного права либо иной подотрасли гражданского права), сомнения не вызывал никогда.

Имущественные и неимущественные общественные отношения как предмет регулирования гражданского права имеют социальную структуру, которая определяет систему изложения гражданского законодательства, а также курсов по гражданскому праву.