Счастливые Земли - Страница 11

Вечером они вновь оказались у водной преграды. Мудрый наотрез отказался выходить на берег и остальные его поддержали. Лесоруб и сам не хотел встречаться с неприветливыми местными жителями. Решили тянуть жребий, чтобы сама судьба выбрала водоносов. Когда в его огрубевших от древка алебарды руках оказалась короткая веточка, Лесоруб лишь тяжело вздохнул и посмотрел на товарища по несчастью. Им оказался Мудрый.

За водой ушли как на разведку. На реке царила тишина, могучее, но плавное течение успокаивало взор, плеск играющей рыбы радовал сердце. Спокойствие. И не скажешь, что тут можно встретить корабль, который просто так начнет за тобой охоту. Лесоруб, постоянно озираясь, набрал котелок и поманил за собой Мудрого. Тот же присел на берегу, любуясь на проплывающие мимо листья.

– Идем, Мудрый, – тихо окликнул его алебардист.

– Сейчас. Подожди, – седовласый убедился, что на реке никого нет и повернулся к нему. – Посмотри какая красота!

Лесоруб промолчал. Ему показалось будто на том берегу, где царил зловещий лес, среди деревьев мелькнула здоровенная тень.

– Мудрый…

Издали, по реке, до водоносов докатился смех.

– Проклятье, – Лесоруб даже присел, – это с мыса, что ли?

– Думаю да, по воде звук далеко разносится, – Мудрый настороженно прислушался.

– Это те самые, как думаешь?

– Сомневаюсь, иначе по следу бы пошли… Да и слышишь, как хохочут!

Лесоруб кивнул. Вряд ли после гибели семерых товарищей можно найти силы на смех.

– Может, это тот Горящий с приятелями?

– Возможно, – согласился Мудрый. – Но проверять не станем, хорошо?

– Поганые места. Не люблю бояться, – Лесоруб приподнялся. Далекий лагерь отсюда был не виден. Чернота окружающего леса обступала двоих товарищей все ближе. По спине алебардиста побежали мурашки.

– Угу, – буркнул седовласый. – Ладно, идем.

По пути обратно они молчали, сосредоточено перебираясь через поваленные бобрами деревья и стараясь не расплескать воду из котелка.

– Слушай, а почему мы с Гневом не поговорили? – неприятно осенило Лесоруба. – Ведь был шанс!

– Думаю, не до этого нам было, мой друг. Хотя, конечно, промахнулись, – с досадой ответил Мудрый. Он и сам растерялся. – А ведь надо было расспросить. Хотя бы узнали где город ближайший.

Лесоруб промолчал. Ему подумалось, что не стоит надеяться на радостную встречу в этих краях. Скорее всего странники опять нарвутся на стрелы. Он на миг отвлекся от мыслей, осторожно перешагивая бревно. Тяжелый котел оттягивал руку.

– Вот только, боюсь, хлебом-солью нас в местных городах привечать никто не будет, – поделился схожими опасениями Мудрый.

– Не каркай, – буркнул ему Лесоруб.

Вдалеке заблестел свет костра.

Когда котелок повис над огнем, солдаты чуть оживились. С прошлого вечера в желудке у них ничего не было. Рыбак лежал в стороне и хрипло оплакивал пропавшую дичь.

– Надо было хотя бы одну уточку взять, самую маленькую! А сейчас опять отвар хлебать, – сокрушался он.

Бойцы молча соглашались. Уток было жалко.

– Зато живы, – напомнил Фарш. Он при свете огня изучал какие-то корешки, накопанные Мудрым во время перехода. – Старик, ты уверен, что это жрать можно?

– Угу, – седовласый присел рядом и забрал у воина свою добычу. – Голод притупит.

– Ох, не ошибись, – неуверенно проговорил Фарш.

– Не хочешь – не ешь, вон, у елок пощипли зеленки – вдруг да насытишься, – огрызнулся Мудрый.

– Да ладно тебе, – развел руками Фарш, – не заводись.

– Сейчас бы мяса, – проскулил Рыбак. – Проклятье, ну на хрена Медведь на берег поперся? Пожрали бы утятины, а потом в бега можно было. Да хоть в Бездну топать, но только после мяса…

Пристыженный здоровяк что-то проворчал и уставился в огонь.

– Ладно, хватит, – прервал разговоры Лесоруб. – Давайте думать, что дальше делать…

– Идти, – фыркнул Фарш. – Есть другие предложения?

– Можно переправится на другой берег, – заметил Мудрый. Он ножом шинковал на земле корешки.

– Что-то не хочется, – Лесоруб поежился, вспоминая тень на том берегу. – Совсем не хочется.

– А можно идти дальше по берегу – город должен быть неподалеку, – продолжил седовласый.

– Если только он не в том же состоянии, что и башня, – заметил Фарш.

– Эх, надо было демона расспросить, – покачал головой Мудрый. Воин поднес к котелку горящую ветку, глядя, не кипит ли вода. С шипением в варево упал уголек.

Огонь выхватывал из тьмы только лица солдат. Ночи здесь царили темные.

– Надо было, – согласился Лесоруб. – Не сообразили.

– На север идти надо, в любом случае, – принялся за старое Мудрый.

– Через реку? – деловито поинтересовался Фарш.

– Переплыть-то ее не проблема… – заметил Лесоруб. – Но не нравится мне тот лес, ребята. Совсем не нравится.

Повисла тяжелая тишина, и он понял, что других предложений не услышит:

– Значит идем как шли, – решил он. Ему никто не возразил. Мудрый отстраненно кивнул и высыпал коренья в котел. Фарш с перекошенным и одновременно завороженным лицом смотрел на это действо.

– Шаман ты, – наконец вытолкнул из себя он. – Недобрый шаман!

– Не хочешь – не ешь, – пожал плечами тот.

– Ты туда еще лягушку брось, для запаха, – голодный Фарш заглянул в котелок, надеясь разглядеть, что там творится.

– Все похлебают – тебе лично сварю, – Мудрый поднял глаза на воина. – Идет?

– Не, я, пожалуй, как все, – вызывающе осклабился Фарш.

– Вот и не болтай! – улыбнулся ему седовласый.

Горящий возвращался на родную стоянку. Он осторожно огибал сухие ветви, отводя их подальше от щелей доспеха. С огнем шутки плохи. Одна случайная искра и мирные рощи легко превращаются в пылающий ад. Гнев уже видел такие преображения.

Корабль Хозяев снялся с якоря сразу же как обнаружил на берегу своего старого знакомого. Трепетные отношение Горящего и речных пиратов давно перешли грань дружеских, но связываться с Проклятым никто из бандитов не хотел. Себе дороже. Потому и товарищей своих они бросили, и лодки – лишь бы убраться подальше от Гнева.

Латник брел по лесу к месту, где его ждали товарищи. Их временный лагерь послужил приютом для тех бедолаг, чьи шкуры ему только что удалось спасти. Новичкам повезло, что отряд Ковыль подошел к стоянке почти сразу после того, как на берег высадились пираты. Задержись Гнев на пару минут и никто бы не спас их от рук обнаглевших Хозяев Рек.

Сейчас командир Ковыля и его бойцы с удовольствием уплетали брошенных на стоянке уток.

Джаззи, низкорослый, высоколобый парень со спутанными русыми волосами, не переставал нахваливать кулинарные способности неизвестного повара. Остальные ели молча.

Когда Гнев спустился в ложбинку, Крулин повернулся к нему и вопросительно вскинул голову.

– Порядок, – Горящий остановился недалеко от костра.

– А почему ты один? – поинтересовался развалившийся на земле Генельф. Рыжеволосый и долговязый стрелок был заместителем капитана. Второй человек в отряде.

– У них свой путь, – Гнев повернулся к воину, и пламя в смотровой щели забурлило пуще прежнего. Горящий не любил Генельфа, и чувство это было взаимным.

– Только с Колонны? – Крулин облизал пальцы, а затем вытер их о штаны.

– Да, даже око еще не свели.

– Надо было их хоть в город направить, – покачал головой Джаззи и бросил кость в костер. Огонь зашипел, слизывая жир.

– Найдут, тут только одна дорога.

– Как бы их Веселые не перехватили… – задумчиво пробормотал Крулин. – Плохо, если мы только что усилили их отряд.

– Сомневаюсь, что Гады будут нас искать, – заметил Генельф. – Не тот случай.

Горящий сел на бревно рядом с Джаззи, и тот чуть отодвинулся, чтобы оказаться подальше от жара.

– Главное, с ними в Ан-Да-Геде не столкнуться, – прошипело сидящее в отдалении существо. Волчья морда говорившего смешно сморщилась, словно тварь хотела чихнуть.