Сабинянские воины - Страница 57

- Не помешаю?

Тошук опустил глаза.

- Н-нет, конечно.

Марку досталось место рядом с чьей-то круглой стриженой головой. Голова приподнялась и оказалась… Сотом! Все герои вчерашнего сражения были в сборе. Но вели себя так, словно его и не было. Словно стрелы, копья, кровь и мертвецы были лишь страшным ночным кошмаром.

Марк хотел уже сунуться в свою щель, но внезапно остановился. Все обернулись к нему.

- Ох, нет, не могу.

- Что такое?

- Э-э, я должен сказать, что у меня… клаустрофобия, - виновато выдавил он.

При свете лампы было видно, как он вспотел.

- Дружище, здесь нет других вариантов… - наставительно начал Ченг, но Треххвостый его прервал.

- Если тяжело лезть в нору – ложись прямо тут, под лампой, - небрежно сказал он.

Сот, услышав это, завозился и вытащил скатанный матрасик и одеяло. Все это он по очереди передал Марку.

- Тут справишься?

Марк молча кивнул.

- Да уж, к этим ласточкиным гнездам надо привыкнуть, - заметил Треххвостый, помогая ему. – Особенно тяжело приходится Саману.

- А кто это?

- Мой друг. Сейчас служит в Восточном отряде. А прежде был рыбаком. Он великан. Ну, по нашим меркам великан. 190 сантиметров!

- Да уж, действительно.

- Гм, а по-моему, тут вполне удобно, - снова вступил Ченг, но его опять прервали, на сей раз Марино.

- А где Мария? Вроде она была все время с нами, а теперь куда-то подевалась.

- Да, действительно…

Ченг смутился. Мария была самой верной его почитательницей, а он, оказывается, даже не заметил ее исчезновения.

- Ее Тшат увела. В женское жилище, - ответил Тошук, устраивая себе подушку.

- А, ну конечно! Я так и подумал. Что ж, гендерная сегрегация – это естественно для традиционного образа жизни. А в чем-то даже удобно! – Ченг усмехнулся.

В «гостиной» оставались лишь Марк, Треххвостый и я.

- А ты что не укладываешься? – посмотрел на меня Треххвостый. Он показал глазами на одну из верхних лежанок, которая оставалась свободной. – Или, может, тебе сперва отхожее место показать? Да, ребята, если кому нужно, скажите. И вот еще что: я ведь не предложил поесть. Ужин уже закончился, но у нас тут припасены лепешки и вода.

- Спасибо, но я, наверное, чуть попозже, - забормотал я, забираясь по выщерблинам наверх. – Сначала немножко полежу…

Мне пришло в голову сравнение со спальными полками в поезде, но как следует обдумать его я не успел. Я так устал, что, стоило растянуться на матрасике, как я тут же провалился в сон.

Первое, что я увидел после пробуждения, был тонкий лучик солнца, падающий из вентиляционного окошка на потухшую лампу. Но и помимо него, в комнату – если ее так можно было назвать – проникал свет. Он просачивался сквозь многослойный входной полог. Половина полок были пусты: сабиняне исчезли, высовывались только головы моих товарищей. Тошука тоже не было. Я живо вскочил и, так как вчера не успел даже раздеться, сразу вылез наружу. Уже почти рассвело: должно быть, все давно встали. Хотя видел я только верхнюю часть кулуара, до меня доносились отрывистые голоса. Впрочем, все заглушал шум прибоя. Набегавшие волны сверкали на солнце и шуршали по песку где-то внизу. Я стал осторожно спускаться. Оказалось, это гораздо сложнее, чем лезть наверх. Думая, куда бы поставить ногу, я оглянулся и вдруг увидел голову Гора: он выглядывал из боковой «улочки».

- Если что, наше отхожее место – здесь, - он показал рукой.

Уже не первый раз мы с ним пересекаемся вблизи этого важного объекта, шутливо подумал я. Найдя туалет и сделав все, что мне было нужно (на сей раз конструкция его была более технологичной; я заметил там даже примитивную дренажно-очистную систему, что объяснялось, видимо, близостью моря), я снова полез по главному проходу. На сей раз мне попался Чит.

- Идешь с нами в море? – спросил он, даже не поздоровавшись.

- В море? С вами? О да, да, конечно!

Я надеялся на это приглашение, но сейчас немного опешил от неожиданности.

- Тогда иди скорей поешь. Ты же вчера не ужинал.

Он задумался – видимо, как объяснить мне, где находится кухня. Но, решив, что быстрее будет просто показать, поманил меня рукой и повел за собой. Вскоре показалась пещерка, полог которой был поднят; оказалось, это не спальня, а проход в другой коридор, похожий на наш. Пригнувшись, мы нырнули туда, а пройдя немного вниз, снова свернули вбок. «Настоящий пещерный лабиринт! – думал я. – Хорошо хоть, что он открытый. А то бы я почувствовал то же, что Марк». Наконец, мы попали в круглую, выщербленную в скале котловину. Посреди был устроен очаг, а вокруг на каменных скамьях сидели люди. Даже в сравнении с другими сабинянскими кухнями обстановка была крайне аскетичная. Утвари было по-минимуму. Чтобы не занимать места, припасы извлекались из двух маленьких норок, выходивших в костровую зону. Должно быть, ночью накрапывал небольшой дождь, потому что скалы были еще сырыми, а кухня частично была закрыта тентом. Натянуть его здесь было несложно: сверху по периметру котловины из скалы торчали крюки. Кое-где такие же крепежи я заметил и над коридорами. Но в целом, видимо, укрывать проходы не требовалось, так как все они были сделаны с уклоном к морю, и вода все равно быстро стекала вниз.

У костра я увидел знакомое лицо – это была наша вчерашняя провожатая. В углу, за котлами, еще кто-то возился. Женщина подняла голову и оказалась Марией.

- Привет! Ого, как ты рано встала!

- Рано? Да уж день давно. А остальные? Неужели еще спят?

Она говорила тоном деревенской хозяйки, которая ворчит на ленивых горожан.

- Скоро придут… Не найдется ли мисочки каши?

- Найдется, найдется! – опередила Марию повариха. – Если что, не обессудь. Здешний повар сегодня ушел в море, а я не очень хорошо готовлю.

Я вспомнил Меб, которая говорила то же самое, но еда ее была вполне удовлетворительна. Поблагодарив и усевшись на полочку, я принялся есть, запивая чаем. Каша на сей раз она имела сильный вкус рыбы – впрочем, здесь это было неудивительно. В «кухне» одновременно помещалось не более десяти едоков, поэтому здесь особенно не рассиживались. Поев, рыбаки быстро уходили, а на их место заступали новые. Я вытянул шею, пытаясь увидеть очередь из ожидающих, но ничего такого не было. Неужели они и тут мысленно договариваются, кто пойдет первым, кто вторым? Тогда это была бы замечательная идея для СССР. Ведь его погубили, как известно, именно очереди. А впрочем, наверное, не только…

С моего места был виден морской горизонт и несколько лодок. Издали казалось, что они стоят на месте.

- Это нарушители? – спросил я парня, сидящего рядом.

- Нет, это наши. Граница территориальных вод проходит дальше. Они бы не успели так близко подойти к берегу. Им бы не дали.

Он ничуть не хвастался.

- А наши – это патрули?

- Пока просто рыбаки. Но если понадобится, превратятся и в патрулей, и в солдат.

В кухню из коридорчика всунулась голова Двукосого.

- Как закончишь, спускайся вниз. Мы скоро отходим.

Я торопливо доел и выбрался в проход. Сначала я не сообразил, куда лучше идти – направо или налево, и даже подумал было лезть напрямик по скале. Но один из встреченных по пути мужчин сразу угадал мои мысли и предложил проводить. Быстро лавируя по коридорам, мы добрались до песка. Вдоль воды уже готовились к отплытию пара десятков больших лодок. Я безошибочно узнал нашу: внутри хозяйничал Треххвостый, а Гор, Чит и Многокосый стояли рядом, ожидая команды.

- Прыгай сюда! – позвал меня Эгр.

Шлепая по воде, я подбежал и неловко перевалился через борт. Эгр, наоборот, вылез и подошел к остальным. Навалившись с кормы, они начали медленно сдвигать лодку. Под днищем зашуршал песок.

- Эй, погодите, я вылезу! Вам же тяжело!

В ответ Треххвостый усмехнулся. «Конечно, тяжело», - говорил его взгляд. – «Но без тебя будет уж слишком легко и неинтересно». Лодка соскользнула на воду. Солдаты один за другим попрыгали внутрь, обрызгав меня с ног до головы. Последним забрался Треххвостый. Он уже был в воде по грудь, и товарищи разом отклонились на другой борт, чтобы он не опрокинул лодку, когда подтягивался.