Сабинянские воины - Страница 33

- Должно быть, вы разочарованы? – сказал Треххвостый на моем родном языке и подмигнул. – Вы, наверное, ждали от традиционного общества большей последовательности. Наказать – так наказать, жестко и без поблажек. А тут – какой-то мягкотелый постмодернизм, а?

- Я уже научился тут ничему не удивляться, - рассмеялся я. – В том числе и всему тому, чем вы еще намерены меня удивить. Хотя, пожалуй, да – нестыковочка. Нарушение законов жанра. Вы должны были быть непреклонны. Общество табу не терпит послаблений, иначе – смерть традиции.

Мой спутник понимающе кивнул.

- Все правильно. Только где ж вы тут видите традиции? Они никак не могли возникнуть за 50 лет. Слишком малый срок. Тут еще живы люди, которые приехали из-за стены, из цивилизации.

- Что же скрепляет вас?

- Голый рационализм. Мы делаем лишь то, что разумно и полезно для нашего мира. А что не полезно – не делаем.

- Получается, именно в данном конкретном случае было полезно простить нарушителя?

- Во всяком случае, вреда в этом не было. Насчет пользы – я пока не уверен, но все может быть. Я же не провидец. Вобщем, было 50 на 50 «за» и «против».

- Что же заставило принять решение «за»?

- Потому что ты об этом попросил, - шутливо поклонился он, внезапно перейдя на «ты».

Конечно, я сомневался, что Ержи простили исключительно в угоду мне. Кто я такой, чтобы влиять здесь на принятие решений! Но в целом все сказанное звучало логично. Власть традиции нужна лишь в мифологизированном обществе. Там, где люди давно забыли, почему нарушать тот или иной запрет вредно; они не нарушают, потому что боятся наказания, и все. А если все кругом знают, что это попросту вредно? Тогда традиции, табу, наказания становятся просто не нужны. Но ведь это невозможно – общество совершенных сверхлюдей. Я же отлично знаю, что это невозможно! И потом… это делает избыточной религию. Нужно спросить об этом, да!

Я собрался с духом.

- Скажите… а вы верите в богиню Сабину? Вот лично вы?

- Разумеется, - не моргнув глазом, ответил он.

- А другие? Все остальные, кто здесь живет?

Треххвостый посмотрел поверх моей головы на зеленую долину, освещенную утренним солнцем.

- Как принято в таких случаях отвечать, я не могу быть уверен на все сто процентов, - ответил он с мягкой улыбкой. – Но полагаю, что да.

- Но ведь это иррационально! – воскликнул я. – Это противоречит логике! Вы, который только что говорили мне о разумности и полезности, верите в то, что есть некое сверхсущество, которое отвечает за крошечный кусочек земного шара! А кто в этом случае отвечает за все?

- Этого я не знаю, - серьезно ответил Треххвостый.

- Ты, который знает, что такое постмодернизм, может верить в разделение труда между богами?!

Я так разнервничался, что попеременно называл его то на «ты», то на «вы». Благо, мы вели беседу на моем языке, где это возможно.

- Я не сказал, что верю в разделение труда между богами, - поправил Треххвостый. – Я верю лишь в богиню Сабину…

- Тогда ты должен допускать пантеизм, а это в высшей степени неразумно, - перебил я. – Если гипотеза единого творца всего сущего хоть как-то увязывается с научной картиной мира – ну, предположим, это Бог сотворил Большой взрыв и он же установил все физические законы Вселенной – то идея населить уже существующий мир разными локальными божками и верить, что они им управляют – это, прости, абсурд…

- Прощаю, - улыбнулся Треххвостый. – Хотя по законам традиционного общества должен бы был не простить. Ты же вроде как покусился на самое святое – на веру.

Я побледнел.

- Прости, пожалуйста, я просто хотел понять…

- Ладно, ничего страшного. Но если тебе угодно, то само допущение акта творения мира позволяет следом допустить все, что угодно. Во всяком случае, ничего нелогичного в существовании Сабины для меня нет. И потом, знаешь – я не теолог. Мне не нужно доказывать ее существование. Для меня оно очевидно.

Я не смел ничего сказать и молча шагал рядом. Треххвостый чуть поправил лямки и поморщился – все-таки его тюк был здорово тяжел, судя по тому, как натянулись кожаные ремни. Моя котомка была не в пример легче.

- Понимаешь, само существование нашей страны иррационально. С этим ты, надеюсь, согласишься? Почему нас до сих пор не уничтожили? Почему не уничтожают в данный конкретный момент?

- Это всегда было для меня невероятной загадкой, - выдохнул я.

- И объяснений тому нет. Да, мы сражаемся, когда на нас нападают; некоторые гибнут. Но если бы не какое-то чудо, которое все эти годы хранит нас, все жертвы были бы напрасны. Нас бы давно захватили. В новостях нас объявили бы тоталитарной сектой, члены которой безнадежно одурманены своими вождями вплоть до полного помешательства. В итоге тех, кого бы не убили, навсегда закрыли бы в психушках. А здесь было бы все вырублено и застроено виллами и отелями.

- О, олигархи моей страны поспешили бы сюда первыми, - согласился я.

- Территориальные ресурсы, которые есть у нас, сегодня нужны всем. Они бы быстро прожевали их, а так как нас мало и страна маленькая, о нас бы вскоре забыли. Все бы забыли, даже самая-самая прогрессивная общественность, которая всегда всех жалеет. Несчастий на планете хватает и помимо нас, и они вынуждены были бы забыть. И все было бы кончено навсегда. Понимаешь, как это легко? Так почему же этого не происходит?

- Чудо, - вымолвил я, помолчав.

- Вот именно.

- Значит, она творит это чудо? Сабина?

- Я не вижу других вариантов.

- Но почему бы вам не принять идею христианского бога? Зачем умножать сущности?

- Ты опять обращаешься ко мне, как к богослову-теоретику. Впрочем, если тебе угодно, отвечу, как теоретик. Если бы сабиняне стали христианами, то пришлось бы согласиться с посылкой о богоизбранном народе – в данном случае нашем. Потому что иначе с какой стати бог осыпал такими милостями именно нас? Но мне эта идея кажется искусственной.

Я не унимался.

- Зачем богоизбранный народ? Предположим, Богу угоден такой вот рай на земле, как у вас, поэтому он вас оберегает. Тем самым он, возможно, желает что-то показать остальному человечеству. Ну, предположим, пример праведной жизни… Это как пример, я не настаиваю! И тогда все сойдется удивительно логично, и не потребуется никакой Сабины…

Я остановился, почувствовав, что меня заносит, как после каши Хоба. Треххвостый ласково взглянул на меня.

- Ты предлагаешь мне выбрать подходящую религию, как товар в магазине, по принципу ее логичности? Но верующие люди так не могут. Они просто верят, и все.

- Да, пожалуй, это было странное предложение, - согласился я.

- И вообще, не слишком ли мы увлеклись религиозными спорами?

Мы некоторое время шагали молча. Треххвостый стал дышать медленней и глубже – видно, здорово его сегодня нагрузили. Выходит, и у суперменов есть предел. Удивительно, что при таких нагрузках он ухитрялся еще и вести философские беседы. Мне припомнился рассказ Адольфо Биой Касареса (название я забыл) об одном чрезвычайно логичном интеллектуале, который был адептом классического древнегреческого язычества. Его герой чрезвычайно убедительно показывал, что с точки зрения логики вера во множество богов, по крайней мере, не менее логична, чем христианство.

- А ты не знаешь, мои товарищи остаются на стойбище или тоже куда-нибудь уходят? – спросил я, решив переменить тему. – Я толком не успел попрощаться с ними, не спросил их планов…

- Как ты, наверное, заметил, мы постоянно передвигаемся, - сказал Треххвостый. – Вряд ли и они долго засидятся на одном месте. Но потеряться у нас невозможно. Маленькая страна! Ты еще не раз их всех встретишь.

Я вспомнил рассуждения Марка и решил еще раз поднять вопрос логистики.

- А зачем вы все время передвигаетесь? Ведь логичней было бы экономить энергию. Например, заранее спланировать потребности всех стойбищ и разнести требуемые ресурсы – продукты, стройматериалы, инструменты. Если и делать переходы, то по минимуму. Ведь вы же совершаете массу лишних движений!