S-T-I-K-S. Цвет ее глаз - Страница 22

Изменить размер шрифта:

– А что значит официальная незанятость и нельзя ли сделать Элли занятой?

– Воспитанница считается занятой после того, как ее избранник ставит подпись на брачном договоре.

– Ну так в чем же дело? Одолжить ее избраннику ручку?

– Ее избранник – гражданин Азовского Союза. Процедура оформления брака для граждан занимает несколько дней.

– Ускорить – никак?

– У нас нет возможности влиять на ее избранника, он сейчас слишком далеко, и с ним все сложно. Уж поверьте, мы получше вас знаем всякие хитрости в таком духе, однако пришлось отказаться от всех. Элли должна выйти на дорожку, другого варианта для нее нет.

– А если ваша особенная девочка умрет, не дождавшись этого светлого события?

– Мы подготовим ее тело к погребению, наденем на него белое платье, положим в розовый гроб, зароем его на лужайке за северным крылом, а на могилу положим несколько орхидей редких разновидностей. Элли уйдет от нас красивой, и над ней все тоже будет выглядеть красиво. У нас так принято.

– Действительно строго…

– У нас всегда идеальный порядок во всем, в том числе и в смерти. Это тоже не я придумала, Цветник славится, в том числе, и своими давними традициями.

– Не представляю, где вы сейчас найдете редкие орхидеи.

– В крайнем случае воспользуемся заменителями, сойдут любые белые цветы, но вообще-то это не ваше дело, от вас требуется одно – поднять девочку на ноги.

– А вот тут есть одна загвоздка, – я не уверен, что такое возможно.

– Но, как я догадываюсь, какой-то способ все же имеется?

– Я тут не первый день страдаю из-за поголовной тупости, много разного видел и слышал, запоминать полезное и обдумывать с разных сторон еще не разучился.

– Так что это за способ?

– У некоторых иммунных активация растягивается по времени. Это не доставляет сильных неудобств, но многим хочется побыстрее. Я умею ускорять переход.

– И как нам поможет ускорение?

– Эта девочка застряла на старте активации сразу нескольких умений, отсюда проистекают ее нынешние проблемы, ведь человеческий организм не приспособлен к такой нагрузке, во внешних мирах ни с чем подобным никто не сталкивается, то есть имеет место поголовное эволюционное упущение. Но Улей не терпит немощных, рано или поздно она выкарабкается.

– Нам нужно рано.

– Я понимаю. Можно попробовать трюк с ускорением, но, вполне вероятно, тогда ускорится активация всего, что в ней пробудилось, отделять одно умение от другого я не могу, для такого трюка поищите другого знахаря.

– Вы личный знахарь Герцога, где я сейчас найду знахаря лучше вас?

– Значит, сделаем по-моему. Однако должен предупредить, что, скорее всего, ускорение ее убьет.

– Но шанс есть?

– Шанс есть всегда.

– Ну так делайте, у нас безвыходное положение, а вы предлагаете хоть какой-то вариант.

– То есть вы даете добро на такой риск?

– Я сейчас мало что решаю, решают те, кто прислал вас.

– Но для меня важно именно ваше мнение.

– Я не убийца, чтобы посылать на смерть, но я прекрасно знаю Элли. Своеобразная девочка, но во многом предсказуемая, не сомневаюсь, что в борделе она жить не сможет.

– Неужели ее и впрямь могут туда отправить?

– Мне было сказано именно так, и человеку, который это сказал, приходится верить. Руководство устроит смерть Элли, но не ее беспомощность. Дикость, конечно, но у нас случались ситуации и похуже. Так что сделайте все, что в ваших силах, поднимите ее на ноги и попытайтесь при этом не убить. Ведь наверняка есть способы поднять шансы.

– Разумеется, есть. Ускорится одновременная активация двух и более умений, что, как вы видите, даже без ускорения переносится плохо. То есть она получит за несколько часов порцию боли, которая должна была растянуться на дни или недели. Это ее гарантированно прикончит, от такого даже Улей не защитит. Значит, нам придется как-то с этим справиться, и знахарский дар тут в одиночку не поможет. Предлагаю воспользоваться нетривиальными достижениями биохимии. Вот, взгляните.

– И что это такое?

– Мое маленькое изобретение, почти не имеющее отношения к, так сказать, магии Улья. Я ведь не просто знахарь, я в прошлом врач, крепко друживший с практической фармацевтикой. Крупно повезло с умением, так мало кому везет, ведь это связало прежнюю жизнь с новой. Вот и балуюсь старыми добрыми методиками, адаптируя их под здешние реалии. Это, милая Флора, смесь из веществ, по отдельности дающих краткосрочное фальшивое счастье, но, собранные все вместе, они не подарят вам ничего, кроме гарантированного забытья.

– Все наслышаны о ваших вредных привычках. Это то, о чем я подумала?

– Ну я же не телепат, чтобы читать ваши мысли. Тут всего понемножку: диэтиламид лизергиновой кислоты, метаквалон, героин, кетамин, пентобарбитал, ну и всякая прочая дрянь по мелочам. Все это замешано на самом чистом лайт-спеке и, как видите, выглядит заманчиво.

– Вы хотите обколоть ее своей печально знаменитой дурью?

– А вам известен другой способ сделать так, чтобы она не загнулась от шока, когда в ее голове вспыхнут ярким пламенем неизвестно сколько активировавшихся умений?

– Делайте то, что должны делать.

– В таком случае нам надо подготовить капельницу. Условия здесь не очень, но поскольку в клинику вы ее ни за что не отправите, то придется подумать о многом другом. В том числе о совсем уж приземленных вещах.

– Я вас не понимаю.

– Да что тут понимать, ведь все очевидно.

– Для меня – нет.

– Ладно, намекну прямо – у вас тут есть памперсы?

– Памперсы?! Зачем?!

– Уж поверьте, подгузники вряд ли будут лишними, и желательно запастись большими размерами, она все же не ребенок.

– О боже…

– Что-то не так?

– Я представляю, какие слухи пойдут, когда посторонние узнают, что в Цветник заказали партию подгузников.

– Да нечего там представлять, слухи если и пойдут, то лишь касательно тайны личности гражданина, который ловок до такой степени, что ухитрился кого-то здесь обрюхатить.

– Я о том же. Этот наркотик точно поможет?

– Это никакой не наркотик, это кусочек оранжевой нирваны. Если и он не спасет вашу девочку, то ее вообще невозможно спасти.

– Альбина, вызови Симону, помощь нам не помешает, а она умеет помалкивать. И еще один вопрос – вы бы не могли помочь и этой воспитаннице?

– Уважаемая Флора, и чем же я смогу ей помочь? Здесь вам не Израиль, к тому же я всего лишь знахарь, а не Иисус Христос, а она мертвая девочка, а не Лазарь[3].

– Я понимаю, но нельзя ли… нельзя ли как-нибудь… Понимаете, похороны, как вы уже поняли, у нас строгие. То есть регламентировано абсолютно все.

– Да, я помню ваш перечень: розовый гроб, белые орхидеи на могильном холмике и свадебное платье на покойнице.

– На церемонии прощания гроб должен быть открыт, а она… Она… Ну вы же прекрасно видите.

– Милочка, вам не знахарь нужен, а работник ритуального агентства. Там встречаются специалисты, которые даже месячной давности утопленника могут привести в относительно пристойный вид.

– А вы, значит, никак?

– Увы, но я работаю с живыми, а не с мертвецами. Всегда полагал, что у вас все находятся под присмотром и такое вообще невозможно.

– Не уследили. Не ожидали от нее ничего подобного. Она была очень спокойной и жизнерадостной девочкой и к тому же панически боялась вида крови. Не было никаких предпосылок к тому, что она так поступит. И то, как Саманта это обставила – просто чудовищно. Этот приказ, по которому на смотрины должны выйти все воспитанницы, появился как раз после случившегося. И мы просто не представляем, что же теперь делать с похоронами.

– Ну основная проблема у вас с шеей, а ее можно легко прикрыть платьем с высоким верхом, если найдете такое среди свадебных. А вот что касается лица… Простите за то, что выспрашиваю такие подробности, но что, черт побери, с ним случилось? Это ведь далековато от шеи.

Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com