Рыцари пречистой девы - Страница 24

– Ошибаешься, паладин… – хмыкнул Креол. – Он все-таки колдун: если не умер сразу, значит выживет.

– Я так и подумал, что он колдун, – довольный собственной догадливостью, кивнул паладин.

– Ну ничего, сбежать-то он сбежал, но зато оставил мне пару подарочков… – растянул губы в улыбке маг, крайне осторожно поднимая выроненную Троем Душу Тьмы. – О-очень опасное заклятие… Опасное и омерзительное. Но может статься, что даже его удастся где-нибудь использовать…

Еще больше Креола порадовала кровь, оставшаяся после телепортировавшегося Троя. Кстати, он всегда жалел, что так и не сумел овладеть таким полезным видом магии, как телепортация. Но что поделаешь, никому не удается научиться сразу всему…

– Я сделаю вольт Троя, – со злобной радостью пообещал Креол, собирая красные капельки в крохотный пузыречек. – И пусть он после этого попробует ко мне сунуться: в порошок разотру!

– Эй, здесь еще что-то! – крикнула Ванесса, отошедшая к коцебу.

Маг пошел посмотреть, что там нашла его ученица, а паладин остался со своим конем, внимательно проверяя, не повредил ли ему поганый колдун.

Ванесса нашла на траве большую булькающую лужу чего-то, подозрительно похожего на ртуть. Точно такую же лужу Креол однажды ночью уничтожил в Сан-Франциско, назвав ее Ртутным Проклятием. Кстати, появилась она точно в том месте, куда Трой кинул соринку со своего плаща…

– Да, Ртутное Проклятие, – подтвердил Креол, слегка прищурившись на эту лужу. – Вот тебе наглядный урок, ученица. Ртутное Проклятие – заклятие замедленного действия. Насылают его обычно на дома или еще что-то неподвижное. В данный момент оно не опасно, потому что еще маленькое. Но если дать ему часок-другой, оно вырастет до размеров целого озера, и от дома мало что останется… Поэтому уничтожать его надо вовремя – лучше всего для этого подходит простой огонь… Внимание!

Креол встряхнул ладони, избавляясь от остатков предыдущих заклинаний, и с его рук полились мощные струи пламени. Прямо на лужу ртути. И стоило магическому огню этой лужи коснуться, как она… взорвалась.

Чернильно-черное облако, очень похожее на то, в Канаде, но во много раз меньше, выросло над Ртутным Проклятием подобно ядерному грибу. Но Креола рядом с ним уже не было: он проявил недюжинную реакцию. Точнее, он схватил не успевшую ничего понять Ванессу подмышки и вместе с ней взмыл в небеса, в одно мгновение пролетев метров тридцать.

– Что… что… – заикаясь, пробормотала девушка, едва удерживаясь от тошноты: уж очень резко ее рванули с места.

– Все в порядке, ученица? – очень внимательно посмотрел ей в глаза Креол и что-то тихонько пробормотал.

Ванесса почувствовала, как тошнота отступает, – такие житейские мелочи Креол умел исцелять без особых усилий. Она скосила глаза вниз: там все еще бушевал небольшой черный буран. Очень небольшой – всего метра три в диаметре. Лод Гвэйдеон как стоял поодаль, так и продолжал стоять, недоуменно глядя на новую угрозу, и явно пытаясь решить, рубить ее в капусту, или пусть так пока будет. Сэр Джордж и Хуберт равнодушно наблюдали за крохотной Душой Тьмы с балкона. Бат-Криллах и Хубаксис так вовсе сейчас дрыхли без задних ног – эти двое, в отличие от них с Креолом, в Хрустальных Чертогах не отдыхали, а занимались всякой фигней. Хубаксис, например, подглядывал за купающейся Инанной, и даже успел получить по морде. Трижды.

– Спускаемся, – сообщил Креол слегка напряженным голосом: летать с грузом ему не очень-то нравилось. Левитация и так отнимала немало сил. – Держись за меня крепче, ученица…

– Ты тоже… не отпускай… – неуверенно сказала Вон. Вообще-то, Креол держал ее там, где приличные девушки не позволяют себя трогать, но она ужасно боялась, что если скажет об этом, то он смутится и уронит ее.

Падать с такой высоты совсем не хотелось.

Они приземлились всего в нескольких шагах от Души Тьмы. Лод Гвэйдеон подошел к ним, ведя под уздцы Гордого, и деловито спросил:

– Что это такое, святой Креол? Мне его рубить, или лучше из арбалета?

– Не надо его рубить – твой меч ему, что слону булавка… – пробурчал маг, снова превращая собственные руки в огнеметы. Душа Тьмы поддавалась огню крайне неохотно: черное облако ритмично содрогалось, будто живое. – Трой, мелкий гаденыш… Придумал-таки что-то новенькое.

– Может, все-таки объяснишь? – подошла к нему Ванесса, все еще раздумывая, потребовать ли у Креола не совать свои руки, куда не просят, или теперь уже, мягко говоря, поздновато? – Ты же говорил, что твое Ртутное Проклятье не опасно?

– Оно не мое, это Трой ими балуется, – буркнул Креол. – Само по себе не опасно, но видишь, что этот выползок Лэнга сотворил… Это называется магическая мина: опасное заклятие маскируется сравнительно безобидным. Я уничтожил безобидное, и тем самым активировал опасное. Конечно, без контакта с магом оно получилось очень маленьким, но все равно вполне могло убить и меня, и тебя… и оно повредило коцебу!!!

Действительно, после уничтожения Души Тьмы стало видно, что край бронзового диска, задетый им, выглядит так, будто его обгрызли крысы – та часть, что попала под смертельный туман, попросту рассыпалась в порошок.

– И как же мы теперь полетим дальше? – растерянно спросила Ванесса, уже знавшая, что диск, составляющий основание летательного артефакта, должен быть абсолютно целым.

– Коцебу не сможет взлететь в воздух недели две, – мрачно подытожил Креол, выбравшись из подвала. – Диск восстановится сам, постепенно…

– А починить? – с сомнением предложила Вон.

– Починить трудно, проще сделать новый. Но это еще дольше. Коцебу – очень сложный артефакт, его за один день не скуешь…

– А вы что думаете, лод Гвэйдеон? – спросила Ванесса.

Серебряный Рыцарь все это время что-то бормотал себе под нос, измеряя расстояния и ставя крестики на большой карте в холле. Он поставил семь крестиков – в Кахале, в Империи Ста Тысяч, в Кнегздеке, на острове Слоккерс, в Мерейерее, в Рамиросе и еще один, пунктиром, на крайнем севере, чуть ли не у самого полюса. Точного местонахождения Горы Близнеца не знал даже Генерал Ордена.

Пока Креол определял повреждения, Ванесса подробно объяснила паладину, в чем суть их задания, а также дала прочитать бумаги, выданные Инанной: богиня не рассчитывала на одну только память Креола и перевела всю имеющуюся у нее информацию в письменный вид. Лод Гвэйдеон, как и любой представитель духовенства, умел читать и писать, причем на нескольких языках, а уж «священный шумерский» и вовсе был в их Каббасиане официальным наречием. Паладин немедленно начал стратегическое планирование.

– С какой скоростью движется твой летучий дом, святой Креол?

– Это называется коцебу, – поправил его маг. – Как тебе сказать… Вот с какой скоростью движется твоя бурая скотина?

– Это конь, святой Креол, и его зовут Гордый, – слегка обиделся за боевого товарища паладин. – Смотря каким аллюром. Шагом – три перехода[2] в час. Рысью – семь. А если галопом, то и все двадцать сделает. Гордый – очень резвый конь. У Ордена самые лучшие кони, а мой Гордый – лучше всех! – не удержался, чтобы не похвастаться, лод Гвэйдеон. – Но, конечно, он не может очень долго скакать галопом – выдохнется… А то и падет.

– Вот так, да? – задумался маг, подсчитывая что-то в уме. – В общем, коцебу может лететь вчетверо быстрее шага твоего коня, или вдвое быстрее рыси, или в полтора раза медленней галопа, или… я запутался. Но ты понял?

– Понял, – кивнул паладин, тоже что-то подсчитывая в уме.

– Но зато коцебу не устает, не просит есть, может лететь круглые сутки, и движется по небу. А это значит по прямой, безо всяких дорог и препятствий.

– Это очень хорошо, святой Креол, – воодушевленно поднял глаза к потолку лод Гвэйдеон. – Твой летучий дом движется очень быстро. Может быть, мы все-таки успеем выполнить приказ Пречистой Девы за эти четыре месяца…